— Смотри! — обратился он к немому карну. — Это наш Символ! Он гневается на крэнгов. Каждый раз крэнги прячутся в песок при его появлении. Разве наш Символ не Высший Тог?
«Да, этот Символ, действительно полная противоположность операторам и кибернетикам, — смотрел карн на разговорчивого двойника и моргал ему. — Он выше крэнгов и сильнее их!»
— Раз в цикл мы поднимаемся из шахты смотреть на Высшего Тога, чтобы получать от него силу, — рассказывал двойник. — Символ заряжает нас и хранит. Он указал нам путь к источникам. Пойдём за мной.
Спустившись опять в провал, тоги, через подземный ход, вышли к одному из транспортно-сырьевых тоннелей, проложенному крэнгами менее глубоко. Подход к сырьевому тоннелю, образовался естественным путём — провал грунта, но лишь луч второго красного солнца указал тогам путь к источнику. По круглому и сухому тоннелю крэнги перемещали из комплекса в комплекс разнообразные грузы: необработанные кристаллы, контейнеры с жидкостями и газами, части роботов, приборы. В оба конца тоннеля по нитяным тросам быстро скользили бесконечные однотипные чёрные капсулы разного веса, маркированные определённым образом. Здесь же, сбежавшие в разное время карны, именующие себя тогами, забирали себе часть груза. В основном тоги резали двигающиеся капсулы с необработанными кристаллами, из которых последствии самостоятельно, обработав плазмой, аккумулировали психоэнергию. Особую ценность представляли капсулы содержащие кубики биохимического питания, такие попадались нечасто, но одной капсулы хватало надолго. Транспортно-сырьевых тоннелей между Сорхамром и Хамсорешем было проложено несколько, и лишь в одном из них, самом длинном, крэнгами наблюдались незначительные потери капсул. Что, конечно, вызывало недоумение, но и находило свои технические объяснения. И вот, войдя, не без помощи Верховного Тога, в такой тоннель, карны оказались там, где их меньше всего предполагал найти Мезак.
«В оба конца тоннеля будет выход к крэнгам, — рассуждал новый тог. — К немедленной утилизации. Но и уходить далеко от источников энергии — значит не сохранить себя как единицу».
— Тог, видишь на дне кристаллы? Забирай их, чтобы не пришлось снова резать капсулы. Много резать нельзя…, — учил карн-абориген своего нового тога. — Выплавим несколько единиц энергии до следующего зенита Символа.
Новый тог стоял и, моделируя своё будущее сохранение, снова обращался к сегментам памяти своего мозгоблока. Услышав, голос своего помощника и проводника, он поднял из пыли и песка один грубо отколотый кристалл и замер. Внутри кристалла белыми тонкими ниточками пузырьков был выложен некий абстрактный, трудно различимый в тёмном тоннеле, рисунок. Маленькая фигурка внутри кристалла поднимала руки к небесным объектам над ней. Карн, напрягая весь ресурс своего мозгоблока, догадался, что это рисунок его самого. Свобода лежит в стороне, где символ поднимается в зенит. «Высший Тог всегда рождается там, где нет крэнгов, — карн-бунтовщик находился во власти идеи самосохранения, — а значит, следует идти туда. Здесь, в зоне отсроченной утилизации, оставаться нельзя».
Карн поднял голову и смотрел на карна-двойника, хватающего кристаллы. Когда тот, весь в пыли и песке, прижимая к себе самые крупные кристаллы, поднялся в уровень карна и посмотрел в искусственные глаза нового брата, то всё понял. Понял, что новый тог пойдёт только своей дорогой. Своей непохожей дорогой.
— Мне не понятны твои цели, — повторил карн-двойник, — но знай, что крэнги контролируют всё, кроме внешней пустыни, так как там нет источников.
С этими словами, крепко держа кристаллы в обеих руках, он вылез из сырьевого тоннеля в провал и скрылся в подземных переходах. Карн остался стоять посреди вибрирующих струн-тросов и скользящих по ним со свистом, чёрных капсул. «Надо двигаться во внешнюю пустыню, выходить из Каньона, — думал он, - уходить от крэнгов!» При этом по поверхности Каньона перемещаться нельзя. Тог догадывался, что на поверхности внутренней пустыни высока вероятность встречи с техниками или солдатами, и поэтому этот маршрут он забраковал. Что он будет делать там, где поднимается красный символ тогов, он тоже не знал, но такое решение подсказывала прогрессирующая псевдоэмоциональность, и он подчинился ей.
Карн-тог определил по валяющимся мелким кристаллам и другому мусору, что основное направление движения капсул было в сторону Хамсореша, как находящемуся ближе всего к внешней пустыне. Туда он и направил свой путь. Идти по тоннелю между тросов в полный рост оказалось относительно удобно. Очевидно, что он мог быть приспособлен для перемещения по нему крупной техники. Изредка, а потом всё меньше и меньше ему попадались, сломанные и разукомплектованные другими тогами, капсулы и их содержимое. Тоннель не освещался, но тогу это не мешало, равно как и чёрным контейнерам, пролетавшим мимо него на большой скорости. Крэнги предполагали герметичность тоннеля и поэтому не снабдили его никакими сопутствующими коммуникациями вроде вентиляции или газоотвода.
Тог шёл уже долго, и всё следил за расходом энергий. Усталости он не знал – крэнги хорошо позаботились о материале псевдомышц и сухожилий — физически и конструктивно карны были сильнее крэнгов, но значительно уступали им интеллектуально. Тог помнил, что когда он пытался разобрать речь крэнгов, то это получалось у него плохо. Они изъяснялись технологично, речь содержала много терминов и только рабочие команды оператора, поступающие на уже удалённый кристалл, казались совершенно ясными и конкретными. Впрочем, тог совсем не собирался общаться с крэнгами. Однажды он уже вступал с крэнгами в невербальный контакт, когда оказался случайным свидетелем утилизации. Тогда крэнги подвергли кремации своих инженеров, обвинённых в саботаже. Всего за несколько отрезков времени живые гуманоиды превратились в несколько единиц энергии, которая была на вес воды в тот последний энергетический кризис. «Но встреча с солдатами неизбежна», — карн, настраивал себя на сопротивление.
Действительно, выход во внешнюю пустыню проходил через Хамсореш и тог рассчитывал пройти сквозь него или сгореть. В такой установке на столкновение тог, растеряв половину психоэнергии и четверть биохимии, дошёл до конца тоннеля, заканчивающегося большим грузораспределительным отсеком.
4
Нерабочий цикл Мезака завершался, но результат поиска сбежавшего карна был равен пустоте. Ни одна из расставленных по периметру полей влагосборников импульсных ловушек не сработала. Техники закончили обслуживание порошковых фильтров поля №11 и удалились на другой объект — подземный, производственный участок. В солдатских сводках, оперативно просматриваемых Мезаком в УНИКМе, отсутствовала сколько-нибудь ценная информация об отдельной единице типа карн. В данныхна текущий цикл фигурировали лишь эпизоды ложного вызова солдат на поверхность и продуктового саботажа 5-го уровня, что не давало полезной информации по засекреченному поиску карна-бунтовщика. Мезак с солдатом несколько раз перемещали свой зонд по периметру всей зоны поиска, но результата не было. Лишь карны на площадке гелио-аккумуляторов продолжали свою работу. Криогенщику стало очевидно, что убийца, не осознавая того сам, обошёл его линию обнаружения, на практике оказавшуюся не совершенной. Но такой вывод Мезаку не следовало передавать Шнарку на Сорхамр, чтобы не заронить в старом и хитром учёном мысль об ошибке организации поиска. «Карн не пересекал мою линию, — быстро прогоняя в голове блоки информации, рассуждал Мезак, — это, сверхвероятно, означает окончательную потерю им энергетических характеристик тела. Он лежит на песке где-то в Каньоне!» С этой мыслью криогенщик поставил солдату, пилотировавшему зонд, последнюю полётную задачу — двигаться в сторону Сорхамра.
На борту зонда оставалось уже мало сжигаемого }газа, но всё же он полетел вглубь внутренней пустыни, на поверхности которой иногда встречались скалистые оазисы. Контрольный счётчик радиации и цифры бортового УНИКМа сообщали крэнгам о заходе первого солнца, что сигнализировало о повышенной опасности фотонов. Практически это означало невозможность выхода из зонда на поверхность пустыни. Хотя Мезак сам и не собирался выходить наружу, но имел достаточно власти поставить солдату такую задачу и требовать её немедленного выполнения.