- Но мы же никого из них не знаем...
- Вот и познакомитесь, - был нам ответ.
Благо в наш век не обязательно брать тетрадь у человека, чтобы переписать лекцию - достаточно просто сфотографировать. Так что ребят мы не напрягли. Спросили, у кого самый разборчивый подчерк, сфотографировали на телефон с самой хорошей камерой и скинули в беседу нашей группы. Единственное - время пришлось потратить, чтобы всё это переписать. А написали они за неделю довольно много.
Было ощущение, будто мы прогуливали, а не ездили учиться по распоряжению декана.
Но если с учёбой всё было вполне поправимо и терпимо, то с соседками по комнате у меня не задалось.
Как я и опасалась, за эту неделю без меня они сплотились и обжились. Катю приняли без проблем, а меня воспринимали словно навязанного ребёнка. По возрасту они оказались близки друг к другу - Катя явно поступила сюда не после школы, а потому была ровесницей третьекурсниц. Всем было в районе 20 лет, а мне всего 17.
Не такая и большая разница, но воспринималась она словно пропасть. Я видела, что между собой они общаются на равных, вместе куда-то ходят, даже кооперируются с готовкой. Ко мне же обращаются снисходительно. А ещё я ощущаю напряжение, будто моё присутствие мешает им свободно общаться и приходится фильтровать темы для разговора. Особенно это чувствуется, когда захожу в комнату - и разговор затихает. Значит, обо мне говорили. И чем же я им так мешаю?
Пока я была в «Солнечном», они даже дорожку мою сложили так, чтобы она покрывала территорию лишь перед моей кроватью, окончательно меня обособив. А ведь эта дорожка, хотя бы частично покрывала ужасный плиточный пол.
Но это всё полбеды. Что меня действительно сильно напрягало, так это холодильник.
На 6 человек низенький "Свияга" оказался слишком маленьким...
Девчонки объяснили, что всегда питались пара на пару, а потому две полки в холодильнике давно поделены. Теперь к одной из групп по питанию присоединилась и Катя. На время её пребывания здесь. И они питались 2 на 3 человека. Логично было в такой ситуации взять меня во вторую команду, но мне такого варианта не предложили. Более того, когда я сама его озвучила, девчонки замялись и привели несколько отговорок.
Не очень-то и хотелось на самом деле. Я предпочитала питаться сама. Покупать только то, что мне нужно и готовить то, что я хочу и когда я хочу.
Но всё упиралось в чёртовы полки в холодильнике, на которых для меня не было места!
Весь холодильник был столь плотно завален чужими продуктами, что мне просто негде было там приткнуться.
Мне же выделили немного места на дверке, куда можно было поставить масло и сыр для бутербродов.
Я возмущалась подобным исходом, но как всегда в ответственных ситуациях и без какой-либо поддержки за спиной, у меня вырывался невнятный писк.
Жаловаться на подобный беспредел я приходила к Ане. Там даже Маша прониклась моей историей и грозилась пойти и "нащёлкать" моим соседям. Я понимала, что такая грозная она только на словах, но поддержка мне была приятна.
Но этого мне было мало, поэтому я также жаловалась Ире с Надей и звонила плакаться маме, с которой у меня всегда были доверительные отношения.
Поддержку я находила у всех, даже у соседок моих девчонок. Поначалу, когда и в комнату Ани с Машей и в комнату Иры с Надей приехали их соседки со старших курсов, я чувствовала себя неуютно, приходя к ним в гости. Но вскоре со всеми познакомилась, и стало проще.
Всем моим одногрупницам повезло куда больше чем мне. Во-первых, всех подселяли по двое, причём расселяли с умом. Так Аня с Машей, до заселения, даже знакомы не были, но родом из одной области, и им очень удобно вместе, учитывая, что они обе ездят домой редко, а как соберутся, могут скооперироваться. Ира и Надя тоже не просились вместе, но они из одного села. И так многие. Но даже не по регионам - у каждой имелась соседка одногрупница. Двоих сплотившихся новичков подмять под себя тяжелее, чем одного, как это произошло со мной. И я отчаянно завидовала одногрупницам и злилась на себя – если бы не попросилась вместе с той девчонкой из очереди, глядишь и мне бы досталась нормальная комната и пара.