А потом добавил:
— Мы ещё увидимся.
И поплыл на середину озера.
А Арнфрид вышла из воды, оделась, вскочила на Асту и обернулась назад. Хравн смотрел на неё и махал ей рукой.
Под шумным лесом проснулось пламя.
Предвидя это, он к ней явился.
Не к ней, вернее, а просто рядом,
Вот прибыл просто, и поселился.
А ей не пó сердцу дома стало,
Не собираясь с судьбой мириться,
Она как будто его искала.
Судьба с усмешкой дала свершиться.
Пропала пара кобыл как будто.
Она поехала то проверить.
А вечер шагом ступает гулким.
Её лошадка тропинки мерит.
Над блёстко-тёплой озерной гладью
С лучами солнца сияньем споря,
И споря статью с хорошей сталью,
Стоял мужчина в воде по пояс.
Она скользнула на землю тихо
И, скинув платье, скользнула в воду.
И тёплы воды легко и лихо
Коснулись тела душе в угоду.
Má enginn renna undan því sem honum er skapað. — Никто не избежит того, что ему предназначено. Но ни Хравн, ни Арнфрид тогда об этом не думали.
[1] Имеется в виду геотермальный водоём, которые не так уж редки в Исландии.
[2] Бывший раб, отпущенный на свободу.
[3] Довольно сложное понятие,скорее даже не территориальное, а социальное, объединяющее бондов (т.е. свободных землевладельцев), признающих определённого годи своим лидером.
[4] Женщина, которая приходила в дом бонда по договору с её отцом, в результате так называемого неполного брака. Она имела меньше прав, чем основная жена, но её дети признавались обществом как законные.
[5] В том, что люди совместно купались в термальном водоёме обнажёнными (равно как и вместе мылись в бане), ничего непристойного не было. Нормальная гигиеническая процедура. Вдали от глаз туристов исландцы и сейчас это практикуют. У них, вообще, очень простое отношение к человеческой наготе.
Глава 3. Расплата
Когда на следующий вечер Раудульв узнал, что к Арнфрид опять пришли женские крови, он ничего не сказал, лишь посмотрел на неё странным взглядом, в котором смешались укоризна, печаль и сожаление. А через некоторое время он со своими близкими людьми отправился на восток к Атли Белобородому, у которого, как знала Арнфрид, была дочь на выданье. И Раудульв сказал, что вернётся через несколько дней.
В тот же вечер Арнфрид вышла из дома, чтобы проверить, заперты ли хозяйственные постройки, и всё ли в порядке в усадьбе. Она открыла дверь бани, расположенной в самом дальнем конце двора, и заглянула внутрь, и в этот момент крепкие руки обвили её стан и увлекли в тёмное чрево банной землянки. Нетерпеливые мужские губы обхватили её рот так, что Арнфрид даже не успела вскрикнуть. Но ей и не хотелось кричать и звать на помощь. Она узнала лёгкий аромат золотых волос Хравна, положила руки ему на плечи и несмело ответила на его поцелуй.
Арнфрид не знала, откуда Хравну стало известно, что Раудульва нет в усадьбе. Она не хотела ни о чём думать. Она хотела ощущать тепло этого мужчины, вкус его губ, крепость его объятий, силу его желания. Она хотела ему принадлежать. А он хотел обладать ею.
Рано утром Хравн оделся, легко коснулся губ Арнфрид своими губами, заткнул за пояс топор без ножен, сказал, что вернётся следующей ночью, и выскользнул из бани.
Весь день прошёл для Арнфрид, как во сне. Она отдавала распоряжения служанкам, проверяла запасы в кладовой, выполняла все остальные дела, обычные для хозяйки большой усадьбы, но мысли её были только о следующей ночи. О Хравне. Она хотела ощущать тепло этого мужчины, вкус его губ, крепость его объятий, силу его желания. Она хотела принадлежать ему. Только ему.
И когда все в доме уснули, она взяла одеяло из тонкой овечьей шерсти, выкрашенное в синий цвет, незаметно вышла из дома и направилась в дальний конец двора.
Хравн уже ждал её. Он хотел ощущать тепло тела Арнфрид, вкус её губ, нежность её объятий, влагу её желания. Он хотел обладать ею. Только ею.
Стремления, желания и телá Хравна и Арнфрид сплелись и слились. И души их потянулись друг к дружке.
Mörg eru konungs eyru. — У конунга много ушей. А в доме годи оказалось много глаз. Арнфрид, охваченной внезапно вспыхнувшим неизведанным ранее чувством, только показалось, что ей удалось покинуть дом незамеченной. Одна их прежних наложниц Раудульва, которой после женитьбы на Арнфрид он отказал в праве возлежать на его ложе, быстро сообразила, что к чему, оседлала коня и поскакала в сторону хутора Атли Белобородого, благо ясной летней ночью так же светло, как пасмурным днём.