В то время как продажа подпортила мои отношения с отцом, его отношения с Уэстом едва не закончились.
— Если ты действительно хочешь покатать на сеновале, я не собираюсь стоять у тебя на пути. — Дома меня ждало несколько проектов, которыми я был бы не прочь заняться.
— Отлично. Я бы с удовольствием это сделал. — Он хлопнул меня по плечу, затем надел перчатки. — Я вернусь после обеда. Мы же в три часа едем?
Я кивнул.
— Да. В три часа. Гости могут заглянуть в столовую за напитками. Затем они отправятся сюда, чтобы загрузиться.
— Звучит заманчиво. — Он помахал рукой и направился к двери.
Как только он ушел, я медленно осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, что на сегодня нет ничего срочного. Затем я выключил свет в своем офисе и направился к своему грузовику, припаркованному снаружи, чтобы поехать домой.
Дорога представляла собой не что иное, как две узкие протоптанные дорожки из следов шин на снегу, но мне и не нужна была большая дорога. Не тогда, когда я был единственным человеком, который регулярно проезжал этой дорогой. Иногда папа, Уэст или мои бабушка с дедушкой заезжали ко мне домой, но, по большей части, у меня было не так много гостей. В моем распоряжении был этот тихий, уединенный уголок Ранчо «Хейвен Ривер».
Давным-давно мои бабушка и дедушка построили два коттеджа для постоянного проживания сотрудников. Ими пользовались, когда папа был ребенком, но это было задолго до моего рождения. Большую часть моей жизни они простояли пустыми, из года в год переживая суровые времена года Монтаны.
Когда я был ребенком, коттеджи были моим убежищем. Когда я был подростком, мы с друзьями тайком выбирались из дома и устраивали в них вечеринки. Затем, после колледжа, когда я переехал домой, чтобы жить на ранчо, я решил забрать их себе, восстанавливая по очереди.
Потребовались годы напряженной работы, чтобы превратить их в дома. Большую часть ремонта я сделал сам, прибегнув к помощи Уэста, когда мне понадобились дополнительные рабочие руки. Мой дом был уже достроен. Несколько лет назад я сделал большую пристройку, и он едва ли напоминал то маленькое жилище, которым был когда-то.
Второй коттедж был моим последним проектом. Поскольку я там не жил, работы по обновлению шли медленно, но через несколько месяцев он тоже будет почти закончен.
Я владел пятьюстами акрами, окружавшими мои дома. Я все еще не был уверен, что заслужил этот подарок от Индии и Уэста.
В то время как они с Уэстом владели большей частью земли, у моих бабушки и дедушки, а также у нас с папой тоже был приличный кусок.
У меня было самое красивое место на всей территории. Уэст утверждал, что участок, на котором они построили свой дом, был лучше — мой брат нечасто ошибался, но в данном случае он был неправ.
Обширный луг, окружавший мой дом, был покрыт снегом. Вечнозеленые растения, покрытые инеем, сверкали под лучами утреннего солнца. Из вентиляционного отверстия в крыше моего дома поднимался столб пара.
Я проложил тропинку в снегу к коттеджу рядом со своим домом и вошел внутрь. Дубовые полы были новыми, и я хотел, чтобы они еще какое-то время оставались идеальными, поэтому, войдя внутрь, я снял ботинки и направился в прачечную в задней части дома.
Это было последнее помещение, которое оставалось доделать. Все остальные комнаты были закончены и обставлены мебелью. Каменная плитка была на месте, и ее нужно было затереть. Затем я нанесу немного герметика и привезу новую стиральную машину и сушилку.
Папа считал, что ремонт в этом доме — пустая трата денег. Он считал, что сровнять его с землей с помощью бульдозера было бы лучшим использованием моего времени. Возможно, он был прав. Он был в пятидесяти ярдах от моего собственного дома, и я не хотел, чтобы у меня были соседи. Но идея сровнять с землей одно из дедушкиных творений показалась мне неправильной.
Конечно, он выглядел иначе, чем когда он его строил. Но он все еще стоял. Это чего-то да стоило, верно?
Я сохранил как можно больше деталей. В обоих домах я сохранил оригинальный деревянный сайдинг и использовал его в качестве акцента на новой обшивке. Я заново отделал и повесил несколько оригинальных дверей — одну в кладовую, а другую в прачечную. Я даже приберег одну из старых бабушкиных ванн на ножках для ванной комнаты в моем основном доме.
Приготовив все необходимое, я принялся за работу, заливая цементом весь пол, как раз в тот момент, когда мой желудок заурчал от желания пообедать. Я стоял у кухонной раковины и мыл посуду, когда снаружи послышался шум мотора. Я вытер руки и направился к двери, открыв ее как раз в тот момент, когда Уэст вылез из своего грузовика.
— Привет. — Я помахал ему рукой, приглашая войти.
— Привет. — Он пожал мне руку и шагнул внутрь, его ботинки соприкоснулись с моими. — Это место выглядит великолепно. Ты многое сделал с тех пор, как я был здесь в последний раз.
— Спасибо. Это не давало мне покоя с самого Рождества.
Он прошел вглубь дома, медленно поворачиваясь по кругу.
— Ты все это обставил?
Я пожал плечами.
— Я подумал, что, возможно, это может быть гостевой дом, когда у нас будут гости, которые не захотят оставаться в лодже.
Не то чтобы у нас когда-либо было много гостей. У меня то точно. У меня не было ни теть, ни дядь. У моих бабушки и дедушки был свой дом. У папы был свой. Мои приятели по колледжу приезжали время от времени, но это происходило не часто.
Может быть, я просто буду ночевать здесь, когда мне понадобится другой вид из окна.
Уэст хмыкнул, потирая рукой заросший щетиной подбородок.
— Это может сработать.
— Что может сработать?
— Мне, э-э, нужна твоя помощь. — Он еще раз медленно повернулся, прежде чем снова повернуться ко мне лицом. — Мне нужно, чтобы ты разрешил Саше жить здесь.
Вряд ли я правильно расслышал.
— Повтори.
Глава 4
Саша
На экране моего компьютера появилось электронное письмо. Слова слились в размытые серые пятна. Это была моя третья попытка прочитать сообщение. Оно было от организатора свадьбы в Финиксе. Невеста хотела… что. Каждый раз, когда я переходила ко второму предложению, мои мысли блуждали.
Мой мозг был прикован к тому звонку от Майки.
Вчера с Эдди произошел инцидент. «Ссора» по словам Майки. Имеется в виду очередная драка. Им пришлось изолировать его. Снова.
Майка не мог вдаваться в подробности. Программа Эдди предусматривала строгую конфиденциальность. Но поскольку ему требовалось медицинское обслуживание, он не хотел, чтобы я удивилась, когда увижу дополнительную плату в своем предстоящем счете.
Я просила разрешения поговорить с Эдди, но Майка сказал, что пока нет.
Просто продолжай писать письма.
Это и будет ответом Майки на все вопросы? Письма?
Меньше всего мне хотелось писать еще одно. Каждый раз, когда я опускала его в почтовый ящик, мне казалось, что я отправляю частичку своего сердца в пустоту, зная, что никогда не получу ее обратно. Но если это все, что у нас было, то так тому и быть. Мы справимся с этим. Я справлюсь с этим. Даже если это требует писем.
Итак, после того, как Майка закончил наш разговор, я написала письмо Эдди.
Оно было небольшим. Мои письма, казалось, становились все короче и короче. Может быть, когда Эдди ответит, когда мы построим диалог с помощью этих писем, у меня будет больше материала для написания. А пока придется ограничиться кратким изложением.
После того, как конверт был запечатан и уложен в мою сумку, готовый к отправке на почту по дороге домой, я снова сосредоточилась на своем электронном письме. Перечитывая его в четвертый раз, я была очарована. Невеста хотела сфотографироваться на лошадях для свадебной фотосессии, но не на обычных лошадях, а на двух вороных лошадях (прим. ред.: вороная лошадь — это чёрный конь с чёрной гривой и чёрными копытами. Иногда у таких лошадей попадаются небольшие белые пятнышки на лбу или на ногах). Можем ли мы предоставить им их? Были ли у нас две вороные лошади?