— Это больше, чем я смогу съесть.
— Все в порядке. — Он поднял руку и убрал прядь волос с моего виска.
По моей коже пробежали мурашки, когда его пальцы задержались на мочке моего уха. Затем его рука исчезла, и я, казалось, не могла вспомнить, как дышать.
Он полил блинчики сиропом, а я сделала глубокий вдох.
Что мы делали? Чего он хотел от меня? Чего я хотела от него?
Без понятия. Но мне нравилось, что он прикасался ко мне. Мне нравилось, что он был ласковым. Даже если это было запутанно и безрассудно и только усложняло ситуацию еще больше.
Мне нравилось быть здесь, на этом острове, снова есть завтрак на ужинать.
Возможно, мне не стоило так много игнорировать в течение последнего месяца. Было легко вернуться на этот стул. Мне нравилось, что здесь, рядом с ним, было легко находиться.
Но в его жизни были такие люди, не так ли? Людям нравился Джекс, они попадали в его поле зрения. Я была просто еще одной из этих людей. Той, у которой, как оказалось, был его ребенок.
— Расскажи мне историю, — попросил он.
— Какую историю?
— Какую угодно. — Он слегка подтолкнул меня локтем, одарив игривой улыбкой. — За последний месяц мы не очень-то хорошо узнали друг друга, не так ли?
— Нет, думаю, что нет. — В его тоне по-прежнему не было обвинения.
Может быть, потому, что я была не единственной, кто волновался. Может быть, я была не единственной, кто не знал, как с этим справиться. Может быть, я была не единственной, кто был рад игнорировать это некоторое время.
— В выпускном классе я был королевой бала, — сказала я.
— А-а, — ухмыльнулся он. — Ты была популярной девочкой.
— Довольно. Я была чирлидершей.
— Встречалась со звездным квотербеком футбольной команды? — поддразнил он.
— Да. — Моя улыбка погасла.
Когда я в последний раз думала о старшей школе? О девушке, которой я была раньше?
Это была другая жизнь. Девочка, которая носила бальные платья и диадемы, и не пережила смерть своих родителей.
Где бы я была, если бы мама и папа были живы? Что было бы со мной и Эдди? Возможно, все сложилось бы точно так же. Может, и нет.
Но я сомневалась, что была бы в Монтане. Я бы не встретила Джекса. У меня бы не было ребенка.
Сальто. Мир снова перевернулся с ног на голову.
— Открой мне секрет, — попросил он.
На этот раз мне не пришлось долго думать.
— Вчера я застала Тару целующейся с Ридом в коридоре.
— Что? — У Джекса отвисла челюсть, а вилка застыла в воздухе. — Рид? Шеф-повар Рид? И Тара?
— Да.
Тара много лет проработала в отеле горничной, затем помощником управляющего. Она была вспыльчивой, но честной. Когда я только начинала работать на курорте, она с радостью отвечала на мои вопросы и приняла меня в штат.
Поначалу Рид был довольно придирчивым, не желая подчиняться моим приказам, ведь он так долго отчитывался перед Индией. Но в конце концов мы нашли общий язык. Я позволила ему делать свою работу, и он понял, что, когда я вносила предложения, я просто пыталась выполнять свою.
— Я не знаю, что чувствую по этому поводу. — Джекс отложил вилку и провел рукой по волосам. — Тара мне как тетя. Она проработала в лодже всю мою жизнь. Она лучшая подруга Лили. Я люблю Тару. А Рид, ну… Рид. Большую часть времени он сварливый ублюдок. Они всегда ссорятся. Я думал, они недолюбливают друг друга.
Я пожала плечами.
— Может быть, это было прелюдией.
— Фууу. Теперь я не могу выбросить из головы их совместный образ. — Он поморщился. — Это все равно что думать о том, как твои родители занимаются сексом.
— Прости. — Я рассмеялась.
— Прибереги подобные секреты на то время, когда мы не будем есть. — Он усмехнулся, снова принимаясь за еду.
— Твоя очередь.
— Секрет или история?
Я пожала плечами.
— На твой выбор.
Джекс что-то проворчал, пережевывая. Затем он снова отложил вилку и повернулся боком, чтобы посмотреть на меня.
— Когда я был ребенком, я часто представлял, как появляется моя мама. Она говорит, что сожалеет о том, что оставила меня здесь, но она помогала другим детям по всему миру, у которых не было безопасного места для жизни, как у меня на ранчо.
— Джекс. — Я не была уверена, что сказать. Это был секрет, которого я не ожидала.
— Я много думал о ней в последнее время. С тех пор, как мы поговорили о ней. Я никогда не говорю о ней. Ни с кем.
Кроме меня. Он доверился мне.
— У тебя есть какие-нибудь предположения, где она?
— Да. — Он взял вилку, чтобы поковырять в своей яичнице. — Не спасает детей по всему миру. Несколько лет назад мне стало любопытно. Я просто хотел знать, жива ли она еще. Поэтому я нанял детектива, чтобы разыскать ее. В настоящее время она отбывает семилетний срок в Неваде за торговлю наркотиками.
— Ч-что? Боже мой.
— Никто этого не знает, — сказал он. — Я был бы признателен, если бы это осталось между нами.
— Конечно. — Ему даже не нужно было спрашивать. Я бы никогда не поделилась этим без его разрешения.
— Я ненавижу наркотики.
— Я тоже. — В этом мы всегда были согласны.
— Прости. Это была, э-э, не совсем та беззаботная беседа за ужином, которую я планировал. Но… подумал, что тебе следует знать.
Мы могли бы делиться случайными фактами и простыми секретами. Но мы были связаны друг с другом навсегда. Поэтому должны были делиться и тяжелым. Я не могла держать все в себе, только не с Джексом.
— Спасибо, что рассказал мне.
— Конечно. — Он положил руку мне на плечо, слегка массируя.
Я подалась навстречу его прикосновениям, пока он продолжал разминать меня пальцами.
Напряжение покинуло мои мышцы. Мои глаза закрылись, и я подавила стон.
Боже, у него были великолепные руки. Как я могла забыть об этом после нашей ночи, проведенной вместе? Джекс оказывал идеальное давление, проявляя силу и нежность.
Было ли это тем, чего мне не хватало весь месяц? Завтрак на ужин и массаж плеч, чтобы снять стресс?
— Знаешь, если бы ты перестала избегать меня, это могло бы стать обычным делом, — сказал он, словно прочитав мои мысли.
— Я не избегала тебя. Ты знаешь, где я нахожусь.
— Так это моя вина?
— В общем-то.
Его тихий смешок уличил меня во лжи.
— Как насчет того, чтобы поужинать в городе…
Стук в дверь помешал ему закончить приглашение.
Его рука опустилась, когда он встал и направился ко входу.
Мы должны были услышать шум подъезжающей машины. Снаружи должна была вспыхнуть вспышка света. Но, я думаю, никто из нас не обращал особого внимания ни на что, кроме друг друга.
— Привет, — ответил Джекс. — Заходи.
— Извини. — Из коридора донесся женский голос. — Я пыталась дозвониться, но ты не отвечал.
— Все в порядке.
— Здесь вкусно пахнет… — Красивая женщина, которая сидела за рулем джипа, вышла из машины с рюкзаком и остановилась, заметив меня на острове. — Ой. Мне так жаль. Я помешала.
Джекс встал у нее за спиной и грустно улыбнулся мне.
— Ты должен был сказать мне, что у тебя свидание. — Она потянулась и шлепнула Джекса по животу.
— Это не свидание, — сказала я, в то время как он ответил:
— У меня свидание.
Она закатила глаза, затем подошла ко мне и протянула руку.
— Привет. Я Эмери.
— Я Саша.
Эмери была потрясающей. Даже с покрасневшими глазами и пятнами на щеках, все еще влажными от слез, она была великолепна. Ее волосы густыми волнистыми прядями ниспадали на плечи. У нее была стройная, гибкая фигура, несмотря на толстовку свободного покроя.
Такую же толстовку я носила месяц назад на этом острове.