Неужели я уже стала всеобщим посмешищем? В течение моей первой недели пребывания здесь я разговаривала с гостем, который жил в Биг Тимбер. Он привез свою жену на выходные в честь их годовщины, чтобы ненадолго отвлечься и насладиться нашим спа-салоном и кухней от шеф-повара. Когда я сказала ему, что я из Сакраменто, он пошутил, что большинство калифорнийцев выдерживают только одну зиму в Монтане.
Возможно, он был прав.
Какого черта я здесь делала?
Я была чужой. Все в этом грузовике, все на этом ранчо знали, что я здесь чужая.
Но мне платили почти вдвое больше, чем раньше. И, конечно, сегодня утром у меня закончилась вода, а моими соседями были порнозвезды-любители, но арендная плата была очень дешевой.
Сейчас мне нужен был каждый пенни.
Так что Джекс и Минди могли посмеяться. Они не ошиблись. Я была чужой.
Но я не собиралась уходить. Еще нет.
Когда Джекс подъехал к служебному входу в лодж, я выдохнула. По крайней мере, он не заставит меня идти по вестибюлю с замерзшими, намыленными волосами и в спортивной одежде, которая знавала времена и получше. На мне даже лифчика не было.
— Спасибо. — Я выпрыгнула, собираясь сбежать, когда Джекс снова опустил стекло и протянул руку. Это было что-то вроде «дай пять» или что-то в этом роде? — Что?
— Ключи.
— О. — Температура была ниже нуля, но мое лицо пылало рядом с этим человеком. Черт возьми. Это действительно, действительно нужно было прекратить.
— Эм… спасибо. — Я выудила ключи из сумочки и протянула их. Затем, пятясь, я присела в реверансе.
На парковке, одетая в потертый спортивный костюм, я присела в реверансе, как будто приветствовала королеву Англии. Моя сумка соскользнула с плеча, и я чуть не потеряла равновесие, прежде чем выпрямилась.
Что это было? Я не приседала в реверансе. Никогда. Ни разу в жизни я не приседала в реверансе. Какого черта я приседала в реверансе? Это был кошмар. Это было похоже на те моменты, когда официант говорит: «Приятного аппетита», а я отвечаю: «Спасибо, и вам тоже». Что со мной сегодня было не так?
Джекс, как и ожидалось, ухмыльнулся.
Прежде чем он закрыл окно, чтобы уехать, я бросилась к двери.
Раздевалки для сотрудников не были просторными, но, к счастью, они были пусты. И после долгого горячего душа, переодевшись в джинсы и свой самый теплый свитер, я отыскала чашку обжигающего кофе и вернулась в свой кабинет.
— Реверанс? — Я съежилась, садясь за свой стол.
Когда-нибудь, когда я буду далеко-далеко от Монтаны, я, возможно, вспомню этот момент и рассмеюсь. Но не сегодня. Сегодня я боролась с желанием свернуться калачиком под своим столом и спрятаться там навечно.
Поскольку это тоже было невозможно, я провела следующие несколько часов, погрузившись в работу, делая все, что в моих силах, чтобы забыть об утре. Чтобы выбросить из головы ухмылку Джекса.
Три месяца я была объектом его насмешек. Первая произошла на следующий день после нашей встречи, в мое первое утро в качестве менеджера Ранчо «Хейвен Ривер». В то утро я притворилась, что никогда раньше не встречала Джекса.
Он ухмыльнулся, и с тех пор я не переставала это замечать. А через три месяца все в нем стало выводить меня из себя.
Этот человек ни к чему не относился серьезно, и каждый раз, когда у нас было совещание с руководством, он вел себя скорее как служащий, чем как владелец. Он был таким бесцеремонным. Таким беззаботным. Таким до смешного привлекательным, что я невольно разозлилась.
Почему он должен был быть таким сексуальным? Почему он должен был работать именно здесь? Почему он не мог работать где-нибудь еще?
— Привет, Саша. — Индия постучала в открытую дверь моего кабинета и вошла внутрь. Ее вьющиеся светлые волосы каскадом рассыпались по плечам, одна прядь упала на лицо, когда она копалась в сумочке, доставая мои ключи, чтобы положить их на стол. — Уэст припарковал твою машину на обычном месте.
— Спасибо. — Я глубоко вздохнула. — Я чувствую себя такой идиоткой.
— Не надо. — Она отмахнулась. — Люди постоянно здесь застревают. Никому нет до этого дела.
— Я передам ему, когда увижу в следующий раз, но не могла бы и ты передать мою благодарность Уэсту?
— Конечно. — Она подошла к креслу для гостей, не столько села, сколько откинулась на спинку, автоматически сложив руки на своем беременном животе.
Индия, вместе с Уэстом и Джексом, владела Ранчо «Хейвен Ривер». У них было больше денег, чем я могла когда-либо мечтать, в отличие от большинства наших гостей на курорте. Мы обслуживали богатую клиентуру по всей Америке. Но, несмотря на свое богатство, Индия была милой, приземленной и… обычной. Работать на нее последние три месяца было моей мечтой.
В другой жизни я бы хотела стать ее подругой.
В этой жизни я согласилась стать ее сотрудником.
— Сегодня на улице так красиво. — Ее взгляд скользнул мимо меня к окнам, выходящим во внутренний дворик.
Я повернулась на стуле, проследив за ее взглядом.
Снег искрился на солнце. Небо было безоблачно голубым. Из гидромассажной ванны на открытом воздухе валил пар. Это был настоящий зимний рай. По крайней мере, так мы говорили нашим гостям.
Да, это было прекрасно. Но почему должно было быть так холодно?
— Ты ведь не любишь зиму, не так ли? — спросила Индия.
— Я неравнодушна к лету.
— Тебе нравится здесь? В Монтане? — Выражение ее лица было так полно надежды, что я чуть не солгала.
— Это, э-э, что-то новенькое. Я не любитель прогулок на свежем воздухе, так что это… — Ужасно. — Придется приспосабливаться. Мое съемное жилье тоже не из приятных. Соседи, э-э, шумные. И у меня проблемы водоснабжением.
Индия выпучила глаза.
— Тебе здесь не нравится?
На этот раз я солгала.
— Нет, мне здесь не противно.
Она долго изучала мое лицо.
— Саша, скажи честно. Тебе нравится эта работа?
— Да. — Это была правда. — Я просто с трудом переношу зиму. Она мне не нравится.
— Тебе плохо? Я не хочу, чтобы ты была несчастна.
— Я не несчастна. — Я не была счастлива, но и несчастной тоже не была.
— Пожалуйста, не уходи, — прошептала она, и в ее голосе послышалась паника.
— Я не собираюсь уходить.
— Ты уверена?
— Да, я уверена.
— Что я могу сделать? — Индия протянула руки, словно могла волшебным образом приковать меня к этому стулу. — Чем я могу помочь?
— Ничем. Все в порядке. Правда. — Опять ложь. Ничего хорошего не было в том, что я была в Монтане. Но это было необходимо. На данный момент.
— Могу я попросить тебя об одолжении? Если ты решишь уйти, пожалуйста, сначала подойди и поговори со мной.
Я кивнула.
— Я не собираюсь уходить. Но если что-то изменится, то да, я поговорю с тобой первой.
Ее плечи поникли.
— Я проведу вторую половину дня в своем офисе, разбирая электронную почту, если тебе что-нибудь понадобится. Уэст приведет мальчиков попозже на субботний костер.
На Ранчо «Хейвен Ривер» это стало традицией. Каждую субботу во внутреннем дворике разводили костер, на котором дети могли приготовить хот-доги и запечь смор. Гости могли отведать бургеры, приготовленные на открытом огне. До того, как выпал снег, во дворе проводились игры и развлечения на лужайке. Иногда Индия нанимала местного музыканта, чтобы он пел и играл на гитаре.
Хейвены обязательно приходили каждую субботу. Обычно здесь были Уэст и Индия. Хотя Джекс тоже часто приходил. Я также взяла за правило быть доступной, чтобы поддержать персонал и пообщаться с гостями.
Запах дыма от костра всегда въедался в мои волосы. Обычно это не было проблемой, потому что я приходила домой и принимала душ перед сном. Но сегодня вечером не было никаких гарантий, что у меня будет вода.