— Задумчив. — Я приподнял бровь. — Ты, должно быть, перепутала меня с Уэстом.
— Уэст не задумчивый.
— Ты не знала его до Индии.
Она вздохнула.
— Отличная отговорка.
— Я в порядке. — Я смахнул немного корицы и сахара с уголка ее рта. — Наверное, я тоже просто устал. Это была долгая неделя.
Мы все еще были в самом разгаре напряженного сезона, хотя календарь был перевернут на сентябрь. Вместо того, чтобы развлекать семьи на летних каникулах, мы принимали у себя большие группы взрослых.
Вчера группа из пятнадцати парней лет тридцати с небольшим приехала на встречу выпускников, чтобы провести неделю в походах, верховой езде и рыбалке. Позже в этом месяце состояться еще две свадьбы, и на обеих были распроданы все коттеджи.
Саша не сбавляла темпов, несмотря на то, что срок родов стремительно приближался. Индия возьмет на себя основную часть работы Саши, пока та будет в декретном отпуске. Тара и другие менеджеры тоже придут на помощь. Но Саша делала все возможное, чтобы подготовиться к ее отсутствию. Она работала так лихорадочно, словно боялась, что ее работа не будет ждать ее.
Но она будет. Она всегда будет ждать ее.
Как и я. Всегда.
— Хочешь завтра собрать кроватку? — спросил я ее.
— О, эм, я планировала завтра поработать.
Завтра была суббота, но я не собирался напоминать об этом.
— Мы займемся этим, когда ты закончишь.
— Хорошо. — Только, судя по ее голосу, она предпочла бы заняться чем-нибудь другим.
Детская в доме была завалена пакетами и коробками с подарками. В прошлом месяце Индия устроила для Саши вечеринку в честь рождения ребенка, и щедрость не только Индии, но и всех гостей курорта потрясла даже меня. Это были не просто одежда и подгузники. Они даже мебель кое-какую купили нам.
Куча подарков на полу в детской была практически горой.
Я предположил, что Саша не начала убирать беспорядок потому, что очень устала. Или, может быть, ей было сложно.
Но царивший беспорядок начинал действовать мне на нервы.
Детская, наряду с основной спальней, была одной из спален, которые я пристроил к дому во время реконструкции. Раньше это была комната для гостей, но я перенес кровать и другую мебель в кладовку.
Разве Саша не хотела начать обустраивать ее? Организовывать? Разве беременным женщинам не положено проходить через период подготовки к родам? Во всяком случае, она, казалось, избегала этой комнаты. Почему?
— Почему ты не хочешь собирать… — прежде чем я успел спросить, о чем она думает, мое внимание привлекла суматоха в Пивном саду.
Кэлвин, спотыкаясь, вышел сада спиной вперед, как будто кто-то протолкнул его.
— Черт, — пробормотал я.
Саша остановилась, ее рука сжалась в моей.
Я подвинулся и наклонился к ней, пока Кэлвин восстанавливал равновесие. Ну, вроде того.
Пошатываясь, он побрел прочь из сада, подняв руку, чтобы оттолкнуть кого-то внутри.
— Отвали.
Кто-то крикнул в ответ то же самое.
Он усмехнулся, но отошел на два шага, затем на три. В тот момент, когда он повернулся и посмотрел вверх, он заметил нас и остановился. Губы Кэлвина скривились. Его глаза остекленели. Лицо покраснело.
— Черт. Он пьян.
Я схватил Сашу за руку, собираясь уходить, потому что последнее, что мне было нужно моей беременной девушке — была ли она моей девушкой? — это драма между пьяными и мудаками.
Но прежде чем мы успели повернуться, Кэлвин выкрикнул мое имя.
— Хейвен. Я так и думал, что ты будешь здесь. Удивлен, что ты не с моей женой.
— Бывшей женой. — Или скоро ею станет. Эмери подала документы, и теперь они просто ждали окончательного оформления развода.
Кэлвин подошел настолько близко, что я почувствовал запах пива в его дыхании. Он пристально посмотрел на меня, затем перевел взгляд на Сашу и ее живот.
— Тебя не волнует, что он годами тайком трахался с Эмери?
— Хватит, Кэлвин, — огрызнулся я. — У нас с Эмери ничего нет. И никогда не было.
— Может, не сейчас, когда ты обрюхатил эту сучку.
Моя реакция была мгновенной. Я выпустил руку Саши с мини-пончиками. Я двигался так быстро, что ублюдок и глазом моргнуть не успел, как мой кулак попал ему в нос, и брызнула кровь.
Саша задохнулся.
— Блять! — Кэлвин схватился руками за нос, согнулся пополам, потерял равновесие и шлепнулся на задницу. — Ты сломал мне чертов нос!
— Никогда больше не говори о ней. — Моя грудь вздымалась от прилива адреналина и ярости.
Люди высыпали из сада, чтобы посмотреть, что происходит. Уэст и папа были с ними, и оба поспешили ко мне, вероятно, чтобы остановить полномасштабную драку, как только Кэлвин встанет на ноги.
Вмешательство было излишним. Я поднял обе руки и отступил назад.
— С меня хватит.
Женщина, которую я знал, бросилась к Кэлвину.
— Малыш, боже мой.
Малыш? Очевидно, он не так уж был зациклен на Эмери, если уже решил двигаться дальше. Или, может быть, он годами изменял Эмери, перекладывая на нее свои собственные ошибки. Не важно. Это больше не моя проблема.
— Все хорошо? — спросил Уэст.
— Да. — Черт возьми. Я потряс костяшками пальцев.
Женщина помогла Кэлвину подняться на ноги, подхватив его под руку.
Он бросил на меня сердитый взгляд, из его носа все еще текла кровь, но впервые в жизни он принял правильное решение и позволил женщине помочь ему добраться до туалета.
— Что это было? — спросил папа.
— Он назвал Сашу сукой. Это меня разозлило.
— Что ж, в этом есть смысл. — Уэст огляделся. — Где она?
— Прямо… — здесь. Она была совсем рядом со мной. — Саша?
Я огляделся вокруг, но не смог найти ее в толпе.
— Саша, — позвал я.
Никто не ответил.
— Мне пора, — сказал я Уэсту и папе, уже уходя, и снова принялся разминать костяшки пальцев, осматривая ряды киосков с сувенирами.
Куда она ушла? Я оглянулся через плечо, собираясь направиться в другую сторону, но мое внимание привлек взмах темных волос, мелькнувших у выхода.
— Саша!
Она продолжала идти. Быстро.
— Черт возьми. — Я перешел на бег, лавируя между прохожими, чтобы догнать ее.
Она была уже на полпути к парковке, когда я поравнялся с ней.
— Детка…
— Я хочу домой, Джекс. Сейчас, — ее голос был холоден как лед.
Я вздохнул.
— Хорошо.
Мы молча дошли до моего грузовика, и даже когда я открыл дверцу, чтобы помочь ей забраться внутрь, она уклонилась от моего прикосновения.
— Прости, — сказал я, садясь за руль. — Мне не следовало его бить.
Она с трудом сглотнула, затем отвернулась и уставилась в окно.
Сукин сын. Как бы мне ни хотелось свалить все на занозу в заднице, которой был Кэлвин Хилл, это была моя вина.
— Саша. — Я подождал, пока она не посмотрела на меня. — Мне жаль.
Все, что она мне ответила, это кивок. Потом она снова уставилась в окно и с каждой милей по дороге домой не двигалась ни на дюйм.
Как только я припарковался в гараже, она уже вышла.
Я догнал ее в прихожей и протянул руку, чтобы поддержать, пока она снимала обувь. Но в тот момент, когда мои пальцы коснулись ее локтя, она отступила.
Затем она оставила меня наедине с двумя сброшенными белыми кроссовками «Найк».
И костяшками пальцев, к которым нужно было приложить лёд.
Глава 24
Саша
— Джекс, — мой голос был едва громче вздоха.
Он не пошевелился. Его рот был приоткрыт, так как он спал на другой стороне кровати, и, хотя между нами было расстояние всего в фут, с таким же успехом это могла быть миля.
Мы не разговаривали после родео. Я не могла с ним заговорить, пока нет. Сначала мне нужно было время, чтобы справиться с плохими воспоминаниями. О летящих кулаках. О сломанном носу. О хлещущей крови.