Этот тоскливый взгляд навсегда засел у Дженсена на подкорке, как заноза: и не забыть, и не вытащить. Почему-то ему пришло на ум, что так может смотреть собака, потерявшая своего хозяина. Дженсен пытался поставить себя на место майора, привязанного ранением к Земле, и не смог этого сделать. Он не понимал, каково это ─ продолжать жить и работать, зная, что никогда больше не увидеть звёзд напрямую из космоса, без плотной атмосферной оболочки, искажающей цвет, размер и блеск.
Руал пользовался у курсантов авторитетом, его уважали и любили. Его лекции считались информативнее любого, даже самого новейшего учебника, а опыт ─ уникальным, потому что он воочию сталкивался с большей частью странных организмов, которых курсанты пока видели только в голографическом изображении и знал на практике, на что эти животные способны. Дженсен не мог забыть его первую лекцию, то, с каким воодушевлением, граничащим с восторгом, Учитель Депортиво рассказывал об открытии Туннелей, о том, как они изменили ход истории человечества в целом и представление о разнообразии живых организмов вне Земли. И какое сожаление напополам с горечью звучало в его голосе, когда речь заходила о возникновении нового вида преступников ─ космических браконьеров.
Великие открытия, как считал Дженсен, так или иначе были результатом взаимодействия четырёх ипостасей: знаний, опыта, гения и ошибок* одного конкретного человека (или группы лиц в редких случаях). Дженсен ещё бы добавил, что случайность тоже вносила свои коррективы, но Вент с этим согласен не был, и они часто цапались, доказывая друг другу свою точку зрения. Дженсен считал, что, если человек от природы туп как дерево, машину времени ему никогда не изобрести. Кстати говоря, несмотря на научный прорыв землян, пресловутый ДеЛореан** так и не был создан. Но Вент был оптимистом, и утверждал, что это открытие не за горами. Ведь кто мог подумать ещё два века тому назад, что обычная рядовая прокладка новой ветки метро обернётся для человечества волшебной дверью в неведомое космическое Зазеркалье. Найденные останки конструкции, напоминающей летательный аппарат, были сами по себе Событием, но ещё чудеснее оказалась начинка ─ зашифрованные данные, содержащие огромное количество кодированной информации.
Находка перевернула привычный мир земной науки с ног на голову. Объём найденного был настолько велик, что сразу стало ясно ─ скрыть его не удастся. Это раз. Для того чтобы расшифровать абсолютно всё, сил одной страны ни за что не хватило бы. Это два. Поэтому, были созданы десятки научно-исследовательских институтов в разных странах, перед которыми была поставлена только одна-единственная задача: разгадать послания.
Дженсен помнил из курса истории, что потребовались десятилетия, прежде чем хоть что-то удалось понять в закодированном сигнале. Зашифрованные послания были словно запрограммированы открываться в определённое время, и никак не раньше срока, установленного кем-то. В результате расшифровки этих данных появились новые сплавы, механизмы, искусственный интеллект ─ матрица, заменивший всё, что можно заменить в информационном пространстве. Но сердцем находки оказались Туннели, благодаря которым Солнечная Система стала неожиданно близкой, только руку протяни ─ и дотронешься до звёзд.
Путешествия по Туннелям доказали, что человек пока единственное разумное существо в Солнечной Системе. Но открылась другая истина ─ она всё-таки населена! Описания сказочных животных, которые ставили в тупик многочисленных учёных, оказались настоящим прорывом в познании внеземной флоры и фауны. А когда первый корабль землян, построенный при помощи новых технологий и использовавший транспортную артерию Туннелей, впервые сел на Венеру, людям открылся уникальный мир организмов, живущих вне Земли.
Всего два века назад люди считали, что высадка на Луне и орбитальные станции ─ это огромный прогресс для человечества. Однако проекты полётов на Марс и дальше так бы и остались только одиозными проектами, если бы не Туннели. Познание марсианского животного и растительного мира, да и других планет за астероидным поясом, продолжалось до сих пор и особенно активно ─ в последние семьдесят лет. Битва за полезные ископаемые Солнечной Системы тоже началась с Туннелей. И если бы только это. Нет ни конца, ни края у человеческой жадности, когда речь идет о редкостях.
Дженсен давно пришел к выводу, что человек может находиться только в двух состояниях: либо он созидает, либо он разрушает, третьего не дано. И самое главное, что этот процесс происходит постоянно: каждый день, каждый час, каждую секунду человек делает выбор между сотворить или разрушить.
Однако, третий вариант всё-таки существовал, ведь если нельзя создать и невозможно разрушить, то можно отнять и присвоить себе. Вся история человечества тому пример. Главное, чтобы был Спрос. Всё продавалось, если находился желающий купить нечто редкостное или уникальное, и дела шли гораздо быстрее, если покупателей было больше одного. Поэтому, предложения не заставляли себя ждать и цена накручивалась автоматически. Восторженный трепет человека перед иными мирами быстро растаял, когда в дело вступили суровые законы экономики, и животно-растительный мир Солнечной Системы стал разменной монетой, заложником их времени, обычным товаром, пользующимся постоянным спросом. Тут же появились браконьеры, промышляющие нелегальным ввозом на Землю невиданных зверушек. Этих нелюдей не останавливал факт возможного вымирания человечества, ведь не все создания божьи были безобидными. Но, несмотря на научный прогресс и достижения, находились отморозки и среди частных коллекционеров, и среди тех, кто выбрал преступный путь браконьерства.
Содружеству Стран*** пришлось всерьёз заняться этой проблемой чуть больше века назад, когда неожиданно для правоохранительных органов разрозненные и малочисленные банды охотников за внеземными организмами вдруг объединились в одно целое, создав так называемую Браконьерскую Сеть. Она за пару десятилетий создала столько проблем для человечества, выпорхнувшего в космос, что возникла необходимость военного вмешательства, дабы покончить с произволом. Но спрос на животных увеличивался, чёрные рынки расширялись, росла численность Сети. Государственными мужами был упущен момент, когда эту гидру еще можно было уничтожить малой кровью. Сеть росла не по дням, а по часам, наращивала свой флот, своё присутствие в Солнечной Системе, строила секретные базы и перевалочные пункты, и вербовала бойцов среди тех, кто жаждал приключений, быстрой наживы и эйфории от безнаказанности за содеянное.
Вакханалия продолжалась некоторое время.
Пока браконьеры бесчинствовали в планетных системах, государственная элита Земли всё никак не могла прийти к обоюдному согласию в вопросе о том, как и чем лучше ответить на необъявленную войну. Но первый же теракт, организованный Сетью и заразивший Япетской лихорадкой карликовое государство Андорру, положил конец дебатам. В результате на базе Интерпола зародились две самостоятельные, не подконтрольные друг другу структуры, которые впоследствии стали конкурировать между собой в методах борьбы с космическими пиратами.
Международное Бюро Расследований занималась складированием внеземных организмов, разведкой и внедрением агентов в Сеть.
Объединённый Комитет по Противодействию Деятельности Космических Браконьеров непосредственно участвовал в стычках с браконьерами, планировал операции по захвату преступников, но главная задача ведомства заключалась всё же в возврате и транспортировке изъятой биомассы на родину. Последнее было крайне важным фактором ─ вернуть внеземной организм в среду его обитания. То есть, не просто доставить, например, скунбриков на Марс и выбросить с высоты в любом месте, а выпустить именно там, где животное обитало в пределах своего ареала. В боевых условиях большими полномочиями обладало Бюро, так как они готовили разведчиков буквально с пелёнок, но если существовала хотя бы минимальная угроза эпидемии на Земле, сотруднику Комитета подчинялись беспрекословно, потому что никто лучше комитетчика не разбирался в протоколах взаимодействия человека и внеземного существа. В конце концов, их этому тоже серьёзно учили.