─ В трюме. Джаред сейчас наденет починенную экипировку, и мы выйдем.
─ Окей. Просто парни из Бюро уже грунт роют носами, так им не терпится забрать от нас своего парня.
─ Принято. Выходим через минуту.
Перед тем, как надеть шлем, Джаред немного смущённо ему улыбнулся и зачесал волосы назад, как смог. Затем привычное двойное стекло разделило их, так как Дженсен тоже надел свой шлем, собираясь поздороваться с конкурентами и, заодно, проводить Джареда. Последнее было предпочтительнее.
Ожидая, пока матрицы закончат тестирование оболочек скафандра, Дженсен спросил:
─ Так... когда теперь увидимся, оракул? Снова придётся ждать два года или как? После скунбриков твои шансы повысились. Если честно, я готов поверить всему, что ты скажешь.
Джаред засмеялся. В шлемофоне его смех был слегка изменённым, но не менее заразительным.
─ Не знаю, Дженсен. На этот раз я ничего не вижу.
─ Ты так и не ответил, как тебе удалось вырвать меня из объятий пыльного демона.
─ Зачем тебе знать? Ты жив, я счастлив, пусть так и остаётся.
─ Не люблю загадок, «желторотик».
─ А я их обожаю!
─ У нас нет ничего общего.
─ Точно! Но мы всё время встречаемся. И оба не любим скунбриков. Это знак, Эклз.
─ Мне кажется, ты меня преследуешь. Зачем?
─ Я всего лишь присматриваю за тобой. Считай, это моё хобби. У рейнджеров мало возможностей заниматься своими увлечениями, мы даже собаку себе не можем позволить завести, или кошку. Так что каждый развлекается как может.
«Манта» снова качнулась. Джаред поднял руку в перчатке и сжал пальцы в кулак.
─ Это «Ригель». Флинт несколько минут назад вышел на связь. Мне пора.
Дженсен кивнул, немного помедлил, и, глядя в глаза Джареда, нажал кнопку на панели. Люк стал медленно отъезжать в сторону.
Когда они спрыгнули на поверхность Марса, Дженсен увидел команду Падалеки в полном составе. Дженсен направился прямо к ним и пожал всем руки, благодаря за помощь. Улыбнулся высокой Ариэль. Руку Марка он сжал сильнее, чем рассчитывал, пытаясь передать взглядом, что не держит на него зла и сохранит его тайну. Баризи прищурился и кивнул, встряхивая его руку также мощно.
Потом они перебросились информацией с функционерами Бюро, с командой патрульной системы Марса. В это время «манту» Бруни уже начали грузить в трюм «Солнечного ветра». Очевидно, Вент и Сэмир закончили работу раньше, и когда началась эта свистопляска, решили идти на помощь во всеоружии.
Переходя от группы к группе, Дженсен постоянно следил глазами за Падалеки. Джаред на него вроде не смотрел, но Дженсен постоянно чувствовал на себе его жаркий взгляд.
Наконец, всё было погружено, все разговоры завершены, и команды разошлись по кораблям.
Дженсен только что пожал напоследок руку Джареда, невзначай оказавшись рядом. Или это Джаред незаметно приблизился к нему? Но разорвать рукопожатие было физически трудно.
Дженсен еще раз оглянулся на «Ригель», когда запрыгнул в шлюзовый отсек. Джаред стоял на последней ступеньке своего корабля и смотрел в его сторону.
─ Дженсен, держись подальше от Титана. А если не сможешь, то просто будь крайне осторожен.
Он махнул рукой на прощание, и люк плавно закрылся за ним.
Дженсен тихо рассмеялся.
Всё-таки парень чертовски предсказуем! Не может не предсказывать.
Титан значит. Держаться подальше? Да чёрта с два, если Падалеки назначил ему там очередное свидание. Надо быть дебилом, чтобы думать об осторожности, когда ему светит увидеть Джареда на одном из самых загадочных спутников Сатурна.
Эпизод 5
Титановый капкан
(год спустя)
Ещё будучи курсантом Лётной Школы, Дженсен знал, что система Сатурна являлась вторым лакомым кусочком для браконьеров после Юпитера. Сногсшибательные панорамные виды интереса не вызывали, а минимум человеческого влияния вкупе с богатой морской флорой и фауной ─ очень манили. Животный мир был не столь разнообразен, как на Венере, Марсе и спутниках Юпитера, но зато очень специфичен. К сожалению, большинство опаснейших организмов, живущих здесь, имели большой спрос на чёрном рынке. Особенно повезло в этом плане Титану ─ настоящей жемчужине Солнечной Системы.
На Сатурне действовали небольшие, но постоянные базы Бюро и Комитета: функционировал научный городок и две стационарные лаборатории на орбите. Однако, всё это не мешало браконьерам регулярно шастать по системе как у себя дома. Несмотря на массовое проникновение людей в космос, территория за Поясом Астероидов до сих пор оставалось малозаселённой. В отличие от Марса, Луны и того же Меркурия, с его исправительной системой, в этой зоне военные по численности преобладали над гражданским населением. И чем дальше от Сатурна, тем сильнее ощущался этот разрыв.
Плутоновская экспедиция должна была принести свои плоды в освоении удалённых от Сатурна территорий: чем активнее шли разведка и заселение, тем неуютнее чувствовали себя в таких местах браконьеры.
Дженсену раньше не доводилось патрулировать систему Сатурна в одиночку. Он делал это только в составе объединённой эскадры Комитета и Бюро, хотя на некоторых спутниках Эклз побывать успел, выполняя разовые операции по возврату биоматериала. Кроме Титана. Четверть представителей флоры и фауны спутника были крайне опасны для землян, и пилоты знали: если им дают зелёный свет на Титан, особенно, если они функционеры других структур, это многое значит. Во-первых, пропуск на самый знаменитый спутник Солнечной Системы, во-вторых, участие в операциях повышенной сложности, связанных с доставкой местных животных. Всё, что касалось Титана, негласно находилось под официальной юрисдикцией Бюро, которое здесь являлось царем и Богом, и транспортировкой опасных тварей обычно занимались бойцы именно этой организации.
Поэтому Дженсен был крайне удивлён заданием, которое прислал его непосредственный начальник Нагу Мигеро, более подробно рассказавший о нём в матричном видеоотчёте. Эклз был взволнован и рад, именно в такой последовательности. Бюро неохотно выдавало ордера на Титан новым рейнджерам Комитета, предпочитая своих резервистов. У Дженсена возник законный вопрос, с чем связан интерес к его экипажу? Нагу пожал плечами; он тоже не знал, почему именно «Солнечный ветер» был заявлен на Титан. Единственное, о чём упомянул Мигеро, было, что кое-кто в Бюро активно и настойчиво рекламировал опытный, проверенный операциями комитетский экипаж, а дальше машина закрутилась сама. Дженсен озвучил пришедшую в голову мысль о том, что это может быть кто-то из тех людей, которые когда-то работали с его отцом, на что Мигеро снова пожал плечами. Дженсен не сомневался: если бы он знал источник, то обязательно сказал бы своему лучшему рейнджеру. Потом шеф пожелал им благополучного завершения работы, предупредив об осторожности и необходимости неукоснительно выполнять все протоколы. Каждый комитетчик знал, что функционеры Бюро помешаны на отчётностях. Дженсен не был в восторге от писанины, но поделать тут ничего не мог. Напоследок Дженсен спросил о «Ригеле», но Мигеро пожал плечами в третий раз, от себя добавив, что корабля нет даже в сводках новостей, что уж тут говорить об его местонахождении; этого Нагу просто не знал. Дженсен ничего другого и не ждал, но спросить был обязан. Ну, так просто, на удачу.
За биомассой пришлось лететь на Землю, в главный штаб Бюро. Дженсен никогда там не бывал, и, переступив порог старейшей государственной структуры, частью которой был Джаред, испытал странное чувство сопричастности с «желторотиком». Однако, миновав матричный контроль идентификации, Дженсен почувствовал себя неуютно в своей тёмно-зелёной форме с серебряными нашивками на кителе. Он в ней казался таким же «незаметным», как страусы на фоне антарктических пингвинов. Хорошо, что догадался взять с собой Вента, вдвоём они немного разбавили гудящую чёрно-золотую толпу функционеров Бюро, в которой оказались. И чувство неуютности если и не исчезло совсем, то заметно уменьшилось от локтя Вента, задевавшего при ходьбе его руку.