Дженсен не знал, что сказать. Их работа опасна, и каждый рейнджер знал, на что он идёт, получая пропуск в зоны ближнего или дальнего космоса. Но что можно сказать в ответ? С нами такого не случится? Мне жаль? Джаред и так это знает. Поэтому, Дженсен просто накрыл ладонью руку Джареда, лежащую на столе, и сжал его длинные пальцы.
Падалеки вовсе не обязательно знать, что он каждый день запрашивал сводки. Вдруг на этот раз не пронесёт, и он увидит знакомую фамилию? Из его курса и из тех, с кем Дженсен был знаком уже по совместным операциям в космосе, пока никто не встречался. Ранение Сэмира, пожалуй, явилось самым тяжёлым испытанием для него и команды, но у парня были реальные шансы выжить, и он их использовал. Им повезло, что отделались малой кровью. Но кто знает, сколько будет длиться это везение? Никто из них не застрахован от смерти. Эклз не знал пока, каково это, когда на твоих глазах гибнет твой друг. Бруни, например? Или Джаред?
Даже мысль об этом сжала его сердце тисками. Он глубоко вздохнул, и Джаред вдруг пристально посмотрел на него. Немигающим гипнотическим взглядом, от которого волосы на теле Дженсена вздыбились. На один краткий миг ему снова показалось, что Джаред читает его мысли. Такое уже было и не раз. Он почувствовал, как пальцы Джареда выскальзывают из его хватки и тут же охватывают запястье в ответном пожатии. Волна неконтролируемого возбуждения накрыла Эклза с головой. Дженсен снова вывернул кисть и переплёл их пальцы вместе, сжав на этот раз руку в кулак.
...Они смотрели друг другу в глаза и сжимали пальцы друг друга, а за толстым стеклом кафе величественный окольцованный Сатурн скрывался за линией горизонта. Звуки посуды и тихая речь посетителей ─ всё исчезло. Дженсену вновь почудилось, как на его плечо садится огромная синяя бабочка из прошлого. В какой-то момент он не смог различить, где заканчиваются пальцы Джареда, и начинается его собственная ладонь, и задержал дыхание. В глазах танцевали синие и голубые всполохи, исчез разделяющий их стол. Дженсену казалось, что они стоят рядом, слившись в тесном объятии; он словно наяву почувствовал, как его губы согревает осторожный тёплый рот.
Наваждение длилось так долго, что он запомнил запах и вкус Падалеки. А может, ему всё померещилось? Но когда кровь застучала молоточками в висках от нехватки воздуха, а сердце уже билось в глотке, Джаред прервал контакт их глаз; длинные ресницы упали вниз как жалюзи, и Дженсен смог дышать дальше, успокаивая сумасшедшее сердцебиение.
Когда Джаред снова посмотрел на него, ничего гипнотического в его глазах больше не было, обычная серо-зелёная радужка с карими крапинками и доверчивый взгляд. Рядом сновала официантка с роботом-носильщиком, сервирующая их стол и выкладывающая заказ. Вернулись звуки и запахи, привычные для столовой. Где-то рядом раздался взрыв весёлого смеха. Чуть дальше звякнула вилка, упавшая на пол.
Джаред снова отвёл глаза, переключаясь на лёгкий флирт с девушкой, давая Дженсену возможность прийти в себя. Что это было? Они на самом деле поцеловались, или это было видение? Видение будущего?
─ Приятного аппетита! ─ прощебетала официантка и, улыбнувшись Падалеки, ушла.
Джаред молча указал на еду на столе, словно приглашая Дженсена разделить с ним трапезу, и, дождавшись, когда Дженсен взял у руки вилку и нож, тоже потянулся за столовыми приборами.
Выгрузка биоматериала прошла в штатном режиме. Камнеежки вернулись на родину и быстро растворились в привычной для себя среде.
Экипаж Падалеки наблюдал за их работой, сканируя местность, но либо разведка ошиблась, либо Брэмэр поменял свои планы. В какой-то мере они оба облегчённо выдохнули, когда операция была завершена, но поговорить после не успели. Джареда срочно вызвали на Тефию, а Дженсена ─ снова на Сатурн.
Экипажи благополучно стартовали с Титана. Прощаясь на орбите спутника через матрицу, Джаред вдруг напомнил ему о своём старом предупреждении. Это удивило Дженсена. В скором будущем он не планировал возвращаться на Титан, поэтому успокоил Падалеки:
─ Признай, ты бесишься, что угадал лишь наполовину. Мы всё-таки встретились на Титане. И ничего не случилось.
─ Возможно, всё ещё может измениться.
─ Я точно знаю, что все камнеежки на родине, новая партия ещё не поступила, и мой шеф говорил что-то о внеочередном патрулировании Пояса астероидов.
─ Кто знает, Дженсен. Просто будь осторожен. О большем не прошу.
─ Окей, осторожность ─ это наше всё. Успокойся, я обещал маме вернуться живым из космоса и намерен исполнить обещание.
─ Будь благословенна твоя мама.
На том и попрощались.
*****
Спустя пару часов, когда экипаж Дженсена, завершив все дела по Титану и выпущенным животным, готовился к старту домой, как гром среди ясного неба, прозвучала общая тревога:
─ В районе Тефии обнаружена группа браконьеров! Общий сбор!!!
Бесстрастный голос матрицы ещё несколько раз повторил сообщение, потом на связь вышел Мигеро со срочной директивой: экипаж Эклза поступает в распоряжение начальника Сатурновского сектора.
Дженсена настораживали такие совпадения, ведь совсем недавно именно на Тефию был вызван Джаред. Его предупреждение о том, чтобы Дженсен держался подальше от Титана, заиграло новыми красками.
Вент довольно потер руки, предвкушая погоню, Сэмир флегматично начал проверять вооружение и защитное экранирование, а Бруни погрузилась в себя, время от времени бросая на Дженсена взволнованные взгляды. Она тоже сложила два и два, догадавшись, что Джаред сейчас находился в эпицентре происходящего; он и раньше бросался в авантюры, не думая о себе, так что глупо было надеяться, что став старше, Падалеки будет вести себя по-другому. И вряд ли кто смог бы его удержать приказами.
Дженсен был с ней не совсем согласен. Конечно, Джаред рисковал, не всегда обоснованно, здесь вопросов не возникало, но он сомневался, что тот делал это бездумно. Возможно, так казалось со стороны, но после того, как они немного сблизились общими делами, Дженсен, был убеждён: во всем, что делал Джаред, были смысл и логика, неведомая непосвящённому человеку. А дождаться объяснений от наглого «желторотика» ─ утопия! Поэтому Дженсен не подавал вида, что волнуется о Джареде, но разделял опасения Бруни в том, что Падалеки уже по самые уши в гуще событий, сто процентов.
Пока они мчались к Тефии, базы Комитета и Бюро снабжали их информацией о перемещениях кораблей браконьеров и, в конце концов, уже подлетая к району событий, они дождались самой важной новости: в секторе поиска зафиксировано три корабля нарушителей.
Едва они пересекли невидимую границу зоны, к ним присоединились коллеги по Комитету и ещё один корабль Бюро.
Как только корабли влетели дружным косяком в заданный сектор, Дженсен тут же получил последние сводки: один из трёх кораблей противника, добротный «Кальмар», исчез с мониторов ещё до того, как команда Эклза присоединилась к операции, корабль, зафиксированный первым, сейчас находился на мушке матричного поисковика экипажа Бюро. Которого именно не указали, но Дженсен и без подсказок знал, что это «Ригель».
Бруни вывела на голографический экран прикреплённое фото корабля-нарушителя. Дженсен изучал его целую минуту. Аппарат был непривычный для глаза: ни большой, ни маленький, что-то среднее между «мантой» рейнджеров и боевым «кальмаром». По данным разведки Бюро, за последние тридцать лет, с тех пор как Брэмэр объединил браконьеров и возглавил Сеть, у них разительно изменился парк летательных средств. Денег браконьеры не жалели, даже наоборот, скорее переплачивали сверх меры, если дельцов не останавливал страх попасть на Меркурий. Барыши, которыми их одаривали преступники, перевешивали всё.
...Увы... те, кто мечтал, что человечество в будущем вдруг преобразится и станет гуманным, справедливым и законопослушным ─ идеалисты и фантазёры. Природа человека такова, что он стремится быть первым, победителем, значит, кому-то придётся быть вторым и подчиняться. А если так, то всегда будут те, кто приказывает, и те, кто исполняет ─ по желанию или против своей воли ─ всё равно.