За последние десять лет по данным Сатурновской лаборатории Комитета, наблюдающей за популяцией камнеежек, численность особей увеличилась. Животные стали более агрессивными, непонятно, по каким причинам, учёные пока молча разводили руками. У Дженсена были некоторые соображения по этому поводу после марсианского забега со скунбриками. Хотелось бы поговорить об этом с Джаредом. Может быть, не такая уж это и ерундовая мысль?
Наконец, они проскочили последний слой облачности, закрывающей поверхность Титана от визуального наблюдения ─ оранжевый слой тумана на высоте сорока миль.
...Они лежали рядом: два корабля с добром и злом внутри. Оба напоминали груду искорёженных дымящихся обломков. Экипажу Дженсена, как и его сопровождающим, было ясно с первого взгляда: там нет живых ─ ни рейнджеров, ни браконьеров.
Кораблю Комитета досталось больше: вся кормовая часть была срезана взрывом и последующим ударом о грунт; лопнувшие иллюминаторы и лобовое «окно» рубки, метровые трещины в оплавившейся обшивке ─ полная разгерметизация.
Пока они пытались пробиться внутрь пострадавшего корабля, Вент стоял чуть поодаль, крепко сжимая в руках стандартное переносное вооружение рейнджеров ─ компактный парализатор. Один из бойцов Бюро остался на корабле, и Дженсен знал, что палец незнакомого рейнджера сейчас замер на кнопке импульсной пушки. Эти двое охраняли объединённую команду Бюро и Комитета от сюрпризов, которые могли случиться, пока они находились по уши в груде искорёженного металла, разгребая проходы от мусора, перепутанных оплавившихся кабелей и пластин обшивки, покрытых жидким керамическим материалом*. Добраться до рубки удалось только спустя час, где они нашли четыре тела. Хотя вся команда была в скафандрах, выжить никому не удалось. Несмотря на очевидное, Сэмир и Бруни всё равно просканировали жизненные показатели на датчиках скафандров. Чуда не произошло.
Когда тела погибших рейнджеров перенесли в холодильник трюма «Солнечного ветра», все, кроме Бруни и Сэмира, оставшихся охранять периметр места падения, собрались вокруг корабля браконьеров. Двое бойцов Бюро просканировали обломки трижды, пока Дженсен и Вент пытались пробиться через покореженный металл в шлюзовую камеру. Когда это им, наконец, удалось, внутри обнаружились парочка чудом уцелевших контейнеров с тефийскими хамелеонами и поющим мхом с Мимамса. В поисках тел браконьеров парни облазили весь корабль сверху донизу, и после того, как добрались до машинного отделения, поняли, куда исчезли «тела»: на борту не оказалось ни одного спасательного бота. Очевидно, когда корабль был атакован рейнджерами, браконьеры успели покинуть его на спасательных шлюпках, бросив и гибнущий корабль, и свою добычу. Шлюпок было как минимум две. И кто знает, куда они полетели, может быть, за помощью, пока рейнджеры здесь ковыряются в руинах?
...До слёз было обидно, что матрицы четырёх кораблей проворонили этот факт. Или всё-таки кое-кто почувствовал?
Дженсен даже застыл от пронзившей его догадки.
Падалеки!!!
Другой приказ, который он якобы получил, когда его помощь нужна была здесь? Джаред не хотел рисковать их экипажем и даже оставил им команду Бюро, которая по идее должна была прикрывать Падалеки. А сам кинулся в погоню за сбежавшими спасательными ботами.
Дженсен тяжело сглотнул, правильно догадавшись, что Джаред оберегал его, как мог. Даже отказался от своего прикрытия. Чёртов «желторотик»... А если он сам попадётся в ловушку?
Внезапно в шлеме раздался знакомый голос, напугавший Дженсена до чёртиков, ведь он только что думал о его обладателе. Звук шёл с помехами. Матричный анализатор пытался подчистить звуковую дорожку, но не особо получалось. Кроме странных помех, не похожих на статический шум планеты, когда Джаред говорил, создавалось впечатление, что он запыхался и спешил сказать всё что хотел, пока в лёгких не исчез воздух. Дженсен никогда не слышал, чтобы Падалеки глотал слова и захлёбывался ими. Но додумать эту мысль до конца не получилось, когда он разобрал, о чём торопиться сказать ему Падалеки:
─ Дж...с слыш... еня?..
─ Слышу, но с помехами. Где ты? С вами порядок?
─ Нуж...а ...омщь...
Координаты Джаред повторял четыре раза, пока голосовая матрица пыталась их расшифровать, а Дженсен ─ понять, в каком направлении лететь. Из обрывков разговора он уловил, что Падалеки нужна помощь и срочно. Он нашёл что-то такое, о чём не мог сказать в эфире, прекрасно зная, как легко профессионал может перехватить даже кодированный сигнал, тем более, когда рядом бродят браконьеры. Очевидно, находка действительно была стоящей, если Джаред Падалеки, умница и гениальный лётчик, всегда и всё выполняющий самостоятельно и просчитывающий свои ходы как минимум на сотню шагов вперёд, просил помощи у Дженсена Эклза.
Дженсен не колебался ни секунды.
Он немедленно связался с Вентом и объяснил ситуацию. Вент неожиданно резко высказался против его идеи лететь одному. Но Бруни и Сэмир были заняты в охране, а трое бойцов Бюро занимались переноской контейнеров с животными и сбором вещественных доказательств и информации для отчёта. Вент умолял дождаться патрульного отряда, который должен был прибыть с минуты на минуту, но Дженсен ничего не желал слушать и был неумолим: Джареду нужна помощь, и он летит немедленно.
Точка.
Дженсен понимал, что место катастрофы покидать нельзя, ведь где-то притаились ещё два корабля браконьеров, которые они потеряли в самом начале операции.
Относительно свободным оставался только он, Дженсен. Скрепя сердце, Вент угомонился, но напомнил, что Эклз нарушает основное правило рейнджеров ─ никогда не оставаться в одиночестве во время проведения операций. Дженсен тоже прекрасно понимал, что нарушает протокол, но ему было наплевать; где-то там был Джаред, который просил его помощи. Поэтому он обязан быть рядом с ним, особенно, если «желторотик» звал именно его.
Усаживаясь в кресле «манты», Дженсен не мог вспомнить, когда он летал один. По всему получалось, что со времён стажировки на Луне, как минимум.
Радостное предчувствие скорой встречи с Джаредом охватило его, несмотря на то, что сегодня снова погиб один из экипажей, и радоваться было нечему. Людей они потеряли, браконьеров упустили. Положительным моментом были выжившие животные, но Дженсен впервые подумал, что лучше бы погибли они, чем рейнджеры. Могло быть намного хуже, они могли все погибнуть, если бы залп с Титана был более точным, но у него не было ощущения, что беда и на этот раз обошла их стороной. Предчувствие, что он должен как можно быстрее добраться до Джареда только усиливалось.
Дженсен ненавидел себя за крамольные мысли, которые долбились в его голове с момента нападения, но ничего не мог с собой поделать. Он был счастлив, что с «Солнечным ветром» и «Ригелем» ничего не случилось. Да простят его погибшие товарищи...
Дженсен не сразу нашёл заданный Джаредом квадрат поиска. На Титане он был впервые, и хотя они изучали в своё время географию каждого спутника и планеты достаточно подробно, всё же знания немного ржавели без практики. Наконец, он сориентировался на местности и долго кружил над сектором, соответствовавшим полученным координатам, недоумевая: «Ригеля» нигде не было видно. Что за дьявольщина?
Он снова попытался связаться с Падалеки на зафиксированной ранее волне, но кроме статического треска и естественного шума спутника ничего не услышал.
Не верить координатам, которые передал Джаред, было глупо, Дженсен был уверен, что они верны, поэтому решился на посадку. Может быть, Джаред летит сюда?
*****
...Вент же предупреждал, что, нарушив одно правило, не заметишь, как нарушишь и второе, а дальше всё покатится комом. А Дженсен просрал самое главное: рейнджерам запрещено нарушать протокол!