*****
Второй день они провели в голографическом зоопарке-музее животного мира Солнечной Системы, который был открыт здесь совсем недавно, и уже стал хитом после настоящих зоопарков на Луне и Марсе. Экспонатами являлись не сами животные, а их изображения в формате 4D в натуральную величину. Рты посетителей не захлопывались ни на минуту и даже Дженсен, который всех этих чудищ видел своими собственными глазами и не по одному разу за долгие годы службы, ходил за гидом слегка ошарашенным. Это ему напомнило детские годы, когда он, будучи пацаном, вот также с жадностью глядел на сказочных существ в Лунном зоопарке, а рядом был отец, который умел рассказать о каждом животном так, что воображение уносило Дженсена в космические дали.
Не могло быть и речи, чтобы уйти отсюда, не посмотрев всё! А Музей тянулся на десятки миль.
В конце дня они едва переставляли ноги, поэтому воспользовались скользящими дорожками. Но все были довольны, потому что всё-таки обошли почти все залы.
Переступив порог гостиницы, Дженсен быстро попрощался и сбежал первым, получив в ответ недоумённые взгляды своих парней, удивлённые от команды Падалеки, осуждающий от Бруни и растерянный от Джареда.
Приняв душ, Дженсен из принципа ни разу не взглянул на чёртову дверь. Решительно выпив снотворное, он свалился на всё ещё непривычно мягкую постель и уснул. Всю ночь ему снился кошмар. Он снова стажировался на Лунной базе и раз за разом заваливал тест, суть которого ─ владеть своими эмоциями. Дженсен проснулся в поту, но, к своему удивлению, прекрасно выспавшимся. И на том спасибо.
Если судить по лицу Падалеки, тот тоже прекрасно спал. Интересно, в его номере были те же лекарства?
Как обычно за завтраком они прикинули, чем займутся. Мнения разошлись, и пришлось бросить старый добрый жребий из зубочисток на столе. Победили воздушные аттракционы главного корпуса. Сэмир, Вент, Флинт и Бруни с Ариэль просто рвались туда, так хотелось им снова погонять на «ласках» и «горностаях», вспомнить курсантскую беззаботную юность. Джаред одобрительно кивнул, и Дженсен тоже решил, что они давно не дурачились.
Связавшись с Сэтом, они обрисовали ему ситуацию и свои пожелания, а спустя час заходили на посадку в экваториальной части Урана на комфортабельном «кальмаре». Экскурсовод, услышав обрывки разговоров и заметив интерес, предложил им в обязательном порядке посетить Титанию, в особенности её турбазу «Гертруда», расположенную в метеорном кратере крупнейшего спутника Урана. База включала в себя стандартный набор развлечений, однако, её главной специализацией были экскурсии на летательных аппаратах, воздушные аттракционы, связанные с демонстрацией возможностей пилотов и наличие парка машин, которые туристы могли снять без проблем и сами ─ за штурвалом или в компании с инструктором ─ «пробороздить просторы Вселенной».
Глаза Бруни и Ариэль загорелись, но узнать подробности они не успели, так как «кальмар» пошёл на посадку. Джаред же помрачнел. И Дженсен вполне мог этого не заметить, если бы у него было туго с памятью, но, к сожалению, всё, что-то касалось Падалеки, засело в его голове намертво. Дженсен просто вспомнил, в каком контексте ему знакомо слово «Гертруда». Но туристический бот уже садился, и Джаред улыбался, как ни в чём не бывало, поэтому Дженсен промолчал.
Народу на лётном поле было много, так что пришлось подождать своей очереди. Одетые в облегчённые скафандры, они ни чем не отличались от обычных туристов и, так же, как и все вокруг, с восторгом наблюдали кренделя, которые выписывал в небе спец-персонал, и комментировали происходящее, отключив свой профессионализм. Но едва сами расселись по машинам и взмыли в тёмное небо Урана, все навыки вернулись, и они сделали своё шоу с бочками, мертвой петлёй и знаменитой коробочкой.
Дженсен и Джаред сидели в одноместных «ласках» и такое выделывали на глазах толпы, что люди хватались то за сердце, то за голову, то орали «Бис!», то ругали инструкторов, почему они ничего не делают, чтобы осадить безумцев. Но, в конце концов, красота фигур, созданных их реверс-следами в разреженной атмосфере планеты, заставила наблюдающих успокоиться. Дженсен никогда не летал в паре с Падалеки, но сегодня они чувствовали друг друга, будто они ─ единое целое, живой организм. Сегодня они доверяли друг другу полностью, продолжая или заканчивая манёвр за другого. И неважно кто был ведомым, а кто ведущим. Понять партнёра с полуслова, с едва заметного наклона крыльев или хвоста им не составляло труда. Дух соперничества, который терзал их обоих в Школе, именно сейчас достиг настоящего совершенства, подводя итог под тем, что они оба чертовски хороши, а вместе ─ просто чума!
Когда они сели, эйфория от оваций и аплодисментов так вскружила им голову, что оба обнялись. И на долгий миг оказались наедине друг с другом, несмотря на восхищённую толпу вокруг. Поздравления от инструкторов и туристов сыпались со всех сторон. Потом в небе откатали свою программу Бруни с Ариэль, затем парни. Всё это время Дженсен не отпускал руку Джареда, боясь, что тот исчезнет в толпе, как туман. Падалеки смирно стоял рядом, прикасаясь левым плечом к правой лопатке Дженсена, и не спускал глаз с друзей, парящих в сумеречном небе Урана.
Эйфория от полётов сохранилась до самого вечера, и Дженсен почти не удивился, когда за секунду до того, как он сам, наконец-то, решил постучать в разделяющую их номера дверь, в неё кто-то осторожно поскрёбся, и после разрешения дверная ручка плавно скользнула вниз. На пороге стоял Джаред с бутылкой вина в руке и шальной улыбкой на губах.
─ Можно?
─ Заходи.
─ Бруни прислала и, если честно, я не знаю, что с ней делать.
Дженсен смотрел, как Джаред, переступив порог, осторожно входил в его гостиную. Так странно, он видел Джареда в обычной земной одежде уже третий день подряд, но никак не мог к ней привыкнуть. Падалеки не успел переодеться, на нём всё ещё были дранные джинсы и серый пуловер с V-образным вырезом, открывающим его ключицы и соблазнительную ямку между ними, а Дженсену казалось, что он видит его в этих вещах впервые.
─ Что значит «не знаю, что делать»? Открыть и выпить в приятной компании, ─ ответил Дженсен, прикрывая дверь и делая широкий жест рукой, мол, проходи, устраивайся.
─ Я «приятная компания»?
─ Вполне.
─ Я уже говорил, что мне не требуется допинг...
─ Я понял, «желторотик». Если наклюкаешься, тащить тебя недалеко. Да и какой это допинг? Так, баловство одно.
Джаред рассмеялся и тряхнул головой, отчего непослушная прядь привычно упала ему на глаза, и Дженсен едва удержал порыв поднять руку и убрать её за ухо.
...Они пили вино из прозрачных хрустальных бокалов, в которых вспыхивали разноцветные искорки, ужасно напоминавшие алмазные блики на стенах туннелей Тритона, и разговаривали до глубокой ночи. Они говорили обо всём на свете, уютно устроившись перед огромным окном гостиной, за которым блестела восходящая Титания. Не касались лишь двух пока запретных для себя тем: личных отношений и своего прошлого.