─ Не могу поверить! ─ воскликнула Бруни. ─ Мы сможем увидеть сами, что там за пределами нашей Галактики.
─ Фантастика! Я не верю! Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, ─ выдохнул Вент, прикладывая руку к сердцу.
─ Надо же, новые миры. В недалёком будущем рейнджерам грозит переподготовка. Кто знает, что мы найдём там, ─ философски заметил Сэмир, поднимая голову и глядя через прозрачный купол на чёрное небо Плутона, усеянное звёздами.
─ Могу сказать точно уже прямо сейчас: работы у нас прибавится, ребята, но впервые меня это не пугает. Чёрт возьми! Вы только представьте ─ Проксима. Мы увидим Проксиму! ─ казалось, Дженсен тоже не мог в это поверить и поэтому повторял вслух, чтобы новость стала реальней. Но всё равно, ощущение, что они проснулись в сказке, не исчезало.
─ Значит, скоро мы сменим статус? ─ спросила немного успокоившаяся Бруни, оглядывая парней.
─ В каком смысле?
─ Ну, были мы рейнджерами-системщиками, а станем звёздными рейнджерами.
─ А что? ─ переспросил Вент, обнимая девушку за талию и притягивая к себе. ─ Мне нравится, как это звучит. Звёздный рейнджер.
Некоторое время они молчали, переваривая услышанное. Затем Дженсен с улыбкой подвёл итог:
─ Ладно, ребята, вечером посидим и отметим это дело, а пока у нас есть работа. Рутина, к сожалению. Клодель выписал нам пропуск в Чёрную долину и попросил помочь с сортировкой. На прошлой неделе при бурении там обрушился большой пласт замёрзшего азота, и рабочие нашли вход в рукотворную пещеру, протяжённостью почти два километра. И всё это пространство было занято контейнерами с биоматериалом. Часть сохранить не удалось, потому что при обрушении произошла разгерметизация упаковок, но большинство контейнеров с животными уцелели. Все организмы из Зоны Дальнего Космоса, очень много вирусов и бактерий. Бюро и Комитету нужны опытные экипажи, а мы лучшие из лучших.
─ Надо же. У браконьеров и здесь оказалась тайная лёжка? ─ спросил Вент.
─ Скорее схрон биоматериала в привычной для них среде, далеко от центра и от рейнджеров. Бойцы Бюро регулярно делают рейды, и вообще сейчас этот район почти под колпаком. Муха не пролетит. Специалисты, которые осматривали контейнеры, сделали вывод, что собранному биоматериалу от двух до пяти лет, а есть экземпляры, которым и побольше годков. Очевидно, их не успели вывезти до прилёта экспедиции и замуровали вход до лучших времён. Все животные находятся в состоянии искусственного анабиоза, так что им почти ничего не грозит, ну, кроме тех несчастных особей, которых придавило, и которые не выносят метана.
Дженсен остановился, почесал макушку и добавил:
─ Думаю, что Сеть делала себе запасы на будущее уже многие десятилетия, догадывались же, сволочи продажные, что когда-нибудь их сильно прижмут. Из Пояса астероидов их почти выжили, рассекретили базы на Юпитере и логово на Титане. Им же надо где-то укрываться? Где-то здесь их командный пункт, я чую это. И ещё мне кажется, что они подозревают об открытии и готовы землю рыть, чтобы узнать подробности. Надо быть осторожнее.
─ Мы всегда осторожны, ─ возразил Сэмир, но Дженсен грустно покачал головой.
─ Не всегда. На Титане я был уверен на сто процентов, что на помощь звал именно Джаред. Чёрт возьми, я знаю этого парня сто лет! А оказалось, что Ясуда грёбаный гений-имитатор. Даже лучшие из нас ошибаются, Сэмми, поэтому я напоминаю: быть предельно осторожными. Надо придумать секретный код, слово или ещё что-нибудь, на случай, если мы снова разделимся, чтобы мы знали, что на помощь зовут именно свои. Не забывайте, что Ясуда теперь тоже на свободе.
─ Есть, кэп!
Немного нестройный, но всё равно дружный отзыв вызвал улыбку на губах Дженсена. В который уже раз он испытывал чувство гордости за то, что у него такой отличный экипаж, понимающий всё с полуслова.
─ Тогда по местам!
Парней как ветром сдуло в шлюзовую, а Бруни составила компанию Дженсену, помогая с подготовкой к отлёту.
Когда они поднялись на борт и задраили люк, отсекая себя от звуков терминала, она спросила:
─ Как думаешь, Джаред уже знает про Туннели?
─ Уверен, что он был в курсе новости ещё на Уране. У него было странное выражение лица. А может, я ошибаюсь.
─ Позвонишь ему?
─ Наверное. Клодель говорил о запрете для гражданских лиц; те, кто сейчас задействован в этом секторе, давно уже в курсе. Но думаю, тайну не удастся сохранить долго, учитывая количество людей, которые её уже знают и способы добычи информации, доступные браконьерам. Это понимают и наверху, поэтому Клодель обмолвился, что скоро будет сделано официальное заявление.
Бруни немного помолчала, наблюдая, как он вбивает коды доступа по Чёрной долине, и всё-таки не выдержала:
─ Знаешь, Дженс, я очень люблю свою работу. Но вот именно сейчас я хочу другого, и это так странно.
Дженсен добавил вслух матричный код, завершая настройки, и с улыбкой ответил ей:
─ Это нормально. Пять лет назад, когда экспедиция готовилась стартовать на Плутон, я жутко хотел стать её частью. Но это была мечта, знаешь, исполнение которой не ожидается в принципе, потому что меня всё устраивало в настоящем. А теперь, после этой новости, я чувствую себя мальчишкой, который готов бросить всё, что ему дорого и к чему он стремился долгие годы, лишь бы оказаться в числе тех, кто первыми полетит к звёздам. Так что, дорогая, не тебе одной хочется примерить на себя корону звездного первопроходца.
─ Угадал. Только мне бы ещё хотелось, чтобы Джаред был с нами.
─ Мне тоже, Бруни. Особенно мне.
*****
Пока они летели над ледяными просторами мрачного Плутона, Дженсен изучал полученные от Мигеро данные о планете.
Вообще, с Плутоном была полная неразбериха ещё с момента его открытия в 1930 году. Тогда же он попал в состав Солнечной Системы девятой планетой. Со временем, которое потребовалось, чтобы наука и развитие оптической промышленности шагнуло далеко вперёд, изучение Плутона стало наводить на мысли, что с этой планетой далеко не всё так просто.
Во-первых, Плутон был меньше всех известных планет в Солнечной Системе.
Во-вторых, спустя полвека после открытия у планеты нашёлся спутник, названный Хароном, и оказалось, что барический центр системы Плутон-Харон находится вне поверхности Плутона и Харона, поэтому некоторые астрономы присвоили им статус двойной планеты. Тридцать лет спустя были обнаружены ещё два спутника поменьше ─ Никта и Гидра, которые обращались вокруг Плутона и Харона одновременно, и потому добавили странностей к уже существующим.
В-третьих, на рубеже XX и XXI веков во внешней части Солнечной системы за орбитой Нептуна было открыто множество объектов. Среди них Квавар, Седна и особенно Эрида, которая оказалась почти на четверть массивнее Плутона. Тогда стало ясно, что Плутон под понятие «планета» никак не попадает. И «несчастного» отнесли к новой категории карликовых планет вместе с Эридой и Церерой.
Часть учёных ─ и тогда, и сейчас ─ даже с открытием Туннелей, продолжали считать, что Плутону нужно вернуть статус планеты. Здесь существовала жизнь, которая большей частью обитала под поверхностью в огромном океане, опоясывающем ядро Плутона. Наземных животных наблюдалось крайне мало, однако водных было достаточно для этого удалённого участка Системы, куда тепло Солнца уже никак не проникало. По всем признакам, и особенно, по входам в подземный океан, планета сильно напоминала Тритон.
Сортируя снимки и рассматривая голографические изображения поверхности Плутона, Дженсен думал о том, что планета ─ настоящее царство сказочной Снежной Королевы. Куда ни брось взгляд ─ везде вечная тьма и сплошной лёд из замёрзшего азота, углерода и метана. Всё это сверкало и переливалось миллионами огоньков, источником которых было уже не далёкое Солнце, а свет других звёзд, к которым Плутон был намного ближе, чем Земля. Если бы не Туннели, они так бы и не узнали никогда, что в плотном ядре шёл распад радиоактивных минералов, нагревающий планету изнутри, и это явилось причиной образования океана из талых вод на глубине трёхсот километров.
Дженсену удалось поработать на Плутоне всего четыре раза за время службы. Года три назад резко возрос спрос на радиоактивных медуз, обитающих в подземном океане планеты, и названных вполне прозрачно и без затей ─ плуто. Они были очень любопытными тварями. Медузами их назвали за частичную прозрачность тела, но на этом сходство с земными сородичами и заканчивалось. Венту плуто напоминали бесцветных и безмозглых кораллов, Сэмир видел просто полупрозрачный комок грязи, который в любой момент мог пустить вам в лицо поток ионизированных частиц, не слабее рядовой вспышки на солнце. Ганимедская пчёлка по сравнению с плуто всё равно, что огонёк спички против лесного пожара. А Дженсену животное казалось прекрасным в своей неповторимости. Бруни разделяла его восторг, потому что рядом с плуто можно было обновить свой загар, главное не забывать включать двойной фильтр на шлеме, когда работаешь с ним.