- Что же вы, милочка, дотянули до такого срока и ни разу не обратились в больницу? Вам же больше 35 лет и вы находитесь в группе риска. Нельзя же быть такой безответственной.
На скорую выписку даже не надейтесь, пока не пройдёте все обследования, - непреклонно заявила Ксении, которая лежала под капельницей, врач-гинеколог
Трудный выбор
Глава 9
Вот уже неделю Ксения лежала в отдельной палате в отделении гинекологии городской больницы. Врачи рьяно взялись за обследование здоровья будущей мамы и её малыша, как бы навёрстывая упущенное время. А она очень скучала по мужу и дому.
Александр регулярно навещал жену и уговаривал немного потерпеть. Ведь сейчас главное это её здоровье и малыша. Ксения с ним соглашалась, но потом в который уж раз, когда он собирался уходить, она плакала и просилась домой. Но врачи были неумолимы и непреклонны.
В один день Александра вызвали в больницу для того, чтобы поговорить с будущим отцом. Они обязаны были сообщить обоим родителям эту безрадостную новость, потому что это, возможно самое важное решение в своей жизни, супруги должны принимать только вместе.
Обследование дало не слишком обнадёживающий прогноз относительно здоровья малыша. По всем признакам у ребёнка лишняя хромосома в ДНК и это означает, что ребёнок в утробе Ксении с диагнозом Синдром Дауна.
Аборт делать уже поздно, но по медицинским показаниям ей могут сделать искусственные роды. Вновь перед женщиной встал этот нелёгкий выбор. Тогда первый раз она была молодая и глупая и пожалела об этом уже сто тысяч раз, каждый раз вымаливая у Бога прощения.
Видимо именно за ту ошибку и наказывает её сейчас Господь. Если и на этот раз она убьёт своё дитя, то тогда уже точно никогда ей не познать радость материнства. Врач дал им на раздумье три дня. Александр хоть и подбодрил жену, но по пути домой он шёл будто оглушённый.
Им с Ксенией грозила безрадостная перспектива и решение нужно было принимать как можно скорее. Впервые ему захотелось напиться и забыть о том, что он сейчас узнал, стереть из памяти.
По пути домой мужчина зашёл в магазин и купил водки. Дома он сразу же, чтобы ни о чём не думать, собрал на стол кое-какую снедь и налил себе водку в гранёный стакан, стараясь скорее впасть в забытье.
Заглушая боль он пил и пил, быстро опустошая бутылку. Мужчина очень быстро опьянел, так как почти не употреблял спиртное, разве что по праздникам, да по хорошему поводу в компании.
Сейчас ему было всё равно, лишь бы исчезла картинка стоящего перед глазами ребёнка с признаками дауна, с бессмысленным выражением лица и со слюнями рекой. Водка ему как будто помогла. Александру захотелось спать. Он, не раздеваясь, рухнул на кровать и быстро заснул.
Всю ночь его мучили странные сны. Он видел Ксению на летнем лугу. Она брела грустная, понурив голову, а он всё никак не мог её догнать. Он бежал следом и тянул к ней руки и сквозь сон слышал детский переливчатый смех.
Но лица ребёнка он не видел, потому что солнце било ему прямо в глаза, из-за этого и лицо Ксении тоже скрылось, словно в тумане. Она удалялась от него всё дальше и дальше, а он продолжал бежать, потому что не хотел её терять.
Даже во сне она была дорога ему и ребёнок, чей смех слышался в конце этого поля, тоже был для него родным. Потом ему всё же удалось схватить жену за руку и она оборачивается к нему счастливая и говорит:
- Посмотри, какой он красивый, давай заберём его отсюда, ему без нас здесь плохо и одиноко, - и протягивает ему большой цветок подсолнуха, который смеётся тем самым звонким переливчатым детским смехом.
Мужчина проснулся разбитый, весь в холодном поту. Оглядев себя, ему стало стыдно от своей слабости. "Взял и напился, как последний трус, а каково сейчас ей, Ксении? У неё-то нет возможности напиться и забыть об этой проблеме", - думал он про себя.
Он быстро вскочил и тут же стал убирать признаки своей вчерашней слабости. Потом он заскочил в душ и смыл остатки себя, с душонкой трусливого зайца. Ему хотелось как можно быстрее увидеть и обнять жену. Какое-бы решение она не приняла, он её поддержит.
Но умом Александр уже понимал, что жена будет рожать. А если он её не поддержит и откажется от малыша, то навсегда потеряет Ксению, она останется на том поле одна и будет бродить потерянная в своём мире.
Нет, он не может этого допустить, потому что очень любит её и ещё он понимает, что и малыша своего он тоже любит. Он вспомнил, как тогда 4 года назад, когда вместе с Валерией погиб и его сын, он вопрошал у Господа Бога за что он не дал ни единого шанса родиться их малышу?