- Остальные вопросы вечером? – полуулыбнувшись, приподнял бровь, вырывая меня из размышлений.
Покивала, взяв цветы и вставая со скамейки, сердобольно решив больше не мучить его и без того сделавшего довольно многое для своего состояния и обстоятельств. Стас тоже поднялся, разминая плечи и шею. Я повернулась к подъезду, понимая, что если буду на это смотреть, то моя сердобольность может вот-вот закончиться и я поволоку его домой, пользуясь тем, что он не особо сможет сопротивляться. Да и не захочет, наверное… Мысль стала еще соблазнительней.
Вежливо, почти светски попрощались и я зашла в подъезд, думая, что у меня на этот вечер большие планы, точнее, относительно того, как и где он завершится, поэтому надо выспаться и квартиру прибрать.
Глава 5
Ксенон фар черного бумера прорезал преждевременно сгустившийся сумрак хмурого вечера, укрывшего небо свинцовыми тучами, пролившимися на улицы города холодным дождем.
Сидя в темном салоне рядом с Милашей, неторопливо ведущей автомобиль Самвела по проспекту Мира, я слегка поморщилась зачинающемуся ненастью за пределами тонированных окон. Она, поставившая «дворники» уже на второй режим из возможных трех, с долей сожаления скосила взгляд на меня, на которую потратила много времени и сил, перед моим свиданием малюя мне фейс и укладывая волосы.
Собирала меня Милана не потому, что я сама могла перегнуть с мейком и превратиться в индейца выходящего на тропу войны в отпугивающем противника боевом раскрасе, а потому что она лучший из всех знакомых мне и стилист и визажист в одном флаконе, способный добиться очень естественного и свежего вида несмотря на бессонную ночь полную потрясений, и уложить мои волосы так, будто с ними ничего не делали, но выглядела эта фальшивая полунебрежность изумительно. Да и гардероб у нее был больше чем у меня, но и я была больше чем она, о чем очень сожалела. Настолько, что позвонив Абрамовой, сказала, что фитнес два раза в неделю это мало. Катя согласилась со мной, но три раза в неделю подыхать в зале отказалась.
Благо, размер обуви у нас с Милашей был один и она, с таким видом, будто от сердца отрывает, одолжила мне свои замшевые ботфорты, идеально вписавшиеся с бежевым миди платье-свитером крупной вязки. Тонкий ремень на талии, сумка в цвет и крупная подвеска сделали аутфит весьма стильным и непринужденным. Мы с Миланкой были мной довольны.
Дворники по лобовому зачастили еще, так как дождь усилился и я, оценив расстояние от автомобиля до входа в кофейню и забитую линию парковки рядом с ней, быстро провела собственную инвентаризацию в зеркале откинутого козырька и попросила:
- Ты меня прямо возле входа выброси, а то всё смоется, пока добегу.
- Главное сапоги мои не намочи, - велела Милаша, включая аварийки, начиная снижать скорость и прижиматься к линии парковки. – По лужам не бегайте, поняла?
- Ес, мэм, - отдала рукой честь, второй закрывая козырек.
Перевела взгляд в Миланкин профиль, и за ним, в тонированным окне двери узрела фигуру, идущую параллельно с замедляющимся автомобилем.
- Милаш, - впившись взглядом в смазываемый тонировкой и непогодой силуэт, почти шепотом позвала я. Как только взгляд кошачьих глаз Миланы обратился ко мне, не отводя взгляда от силуэта, кивнула в его сторону, - это он.
Она, все так же плавно замедляя бэху, повернула голову к своему окну, и уже через секунду с одобрением заключила:
- Пиздат…
- Лучше не скажешь, - согласилась, чувствуя себя под гипнозом визуального воплощения Миланкиной характеристики.