Я старалась глубоко не вдыхать убивающий рациональность запах и смотреть только в экран, на который только что пришел ответ:
«Да а что? Вы на сайт оплаты перешли?».
И Стас меня немало удивил, набрав:
«Перешла. Просто вы такой солидный мужчина на фотке. Может, в кино? Платим пополам, но у меня сейчас на карте денег нет, только наличка, я при встрече отдам. Сейчас кину ссылку на сайт кинотеатра».
«Антик)))) Здоровки, братиш))) Ты с кем работаешь?)))» - быстро ответил Стасу скамер, скрывающийся за фотографией грузного бородатого мужчины в костюме с рынка фром нулевые.
- Антик? – повторила, поднимая взгляд на профиль Стаса, невозмутимо пояснившего:
- Антикино. Это дешевый развод одиноких сердец, где скамер под видом симпатичной девушки знакомится на сайтах с мужчинами, уговаривает их сходить в кино по схеме выше. Бедолага соглашается, переходит на поддельный сайт несуществующего лаунж-кинотеатра, а дальше степень ущерба зависит от степени наивности жертвы, порой по несколько раз вводящей данные карты и веря, что ему вернут, как и обещают, все больше снимаемые со счета суммы. - Стас, потянувшись за своим бокалом, слегка нахмурился, глядя в экран и явно пытаясь что-то припомнить, - с кем работаешь… Как их там… Коза-Ностра какая-то, что ли… а, вайс… - прицокнул языком и одновременно с этим написал скамеру:
«Ты бы так не палился здесь)».
И следом отправил собеседнику имя пользователя в одном из популярных мессенджеров с просьбой отписаться там.
- Так у него наверняка ВПН, - задумалась я, усилием заставляя себя отвести взгляд от его шеи, где при глотке приподнялось адамово яблоко, - плюс мессенджер один их самых анонимных.
- По моему опыту – он тоже в этом уверен и сейчас зайдет в него наплевав на ВПН, а если и не наплевав, то ему это не поможет. Такие скамеры чаще всего сидят на одном интересном ВПН, которое очень громко кричит о своей надежности и очень скромно молчит, что регает все айпишники своих пользователей, что противоречит самой сути сервиса, но мы им об этом не расскажем, – бросил на меня лукавый заговорщицкий взгляд. Я улыбнулась и покивала, ощущая слабый мандраж, потому что он говорил с такими знакомыми интонациями, которые я много раз слышала на его вью и выступлениях. Почувствовала что-то сродни дериализации находясь рядом с тем самым человеком, годами работающим в сложном цифровом пространстве. А он, не замечая, как я немного робею, продолжал, - к тому же анонимность не равно конфиденциальность, бывает, что на этом даже неплохие технари валятся, что уж про таких скамеров говорить. Разрабам этого мессенджера неоднократно писали о дыре в безопасности в виде очень условной анонимности, но они всё еще не чешутся. Сквозное шифрование идет через сервер, а при правильном подходе входящий на него трафик можно отследить. Иногда даже перехватить, но нам достаточно просто отследить. – Стас слабо усмехнулся, отложив мой телефон и взяв свой, запустил на нем приложение, - имея вот такой анализатор сетевых протоколов и умея с ним работать, анонимность собеседника почти всегда аннулируется.
Я, заинтересованно приблизившись, смотрела, как он забивал в фильтре нужный протокол и менял пакет, выписывая несколько строк кода, прямо на ходу немного перепрограммировав функционал анализатора. Включил прогу и почти в тот же момент из мессенджера на его телефоне пришло оповещение, что к нему добавилась некая Мария Петровская с аватаркой полуголой девушки, которая написала:
«салам еще раз))))
так ты у кого?».
- Со строчной буквы сообщения, значит с компа зашел. Прекрасно. – Хмыкнул Стас, и быстро ответив: «Вечер в хату) ViceNostra», свернул окно и вернулся к анализатору.
- Что за Вайс-Коза-Ностра? – полюбопытствовала я, осторожно пригубив чай и прокатывая горячий фруктовый вкус на языке, с интересом наблюдая как он продолжает шаманить в анализаторе.