"Совсем я что-то не того, - печально думал антиквар. - Социалистическая закалка, будь она трижды неладна. Разве ж нас готовили в миллионеры? Вот вам, пожалуйста, и результат - стоило столкнуться с настоящей "копейкой", и на тебе - чуть ли не до окопной болезни доходит.
Ничего, завтра разберусь с этим Гаркавым, и на дно..." Он несколько раз, ссутулясь, прошелся по комнате. "Насчет хозяина книги они скорее всего приврали - чемто, наверное, я их вспугнул, но сколько она может стоить на самом деле - для них все же темный лес. Это факт. - Лицо антиквара на миг посветлело. - Вид, правда, у этого парня волевой - такой просто так своего не отдаст..." Новиков поморщился. "Да и дружок у него не лучше. Тут нужна ювелирная работа... Фраер ты, Коля! - пронзила мозг совсем нежданная мысль. - Даже миллиона как следует спереть не можешь!"
Ему было тридцать восемь, и впервые за много лет он готов был расплакаться.
Кто знает, что такое синдром Мартина Идена, вряд ли удивится этому.
- А почему ты так легко согласилась пойти со мной в тот день? Гаркавый пристально посмотрел Лене в глаза.
Они сидели в уютном кафе с претенциозным названием "У Саши". На столике перед ними стояли полупустая бутылка "Мартини" и два широких бокала.
- Ты мне понравился, - не смутилась девушка. Длинные, красивые ресницы ее слегка дрогнули.
- А если все, кто понравится, будут тебе предлагать постель? Что тогда?
- Так не бывает, - Лена покраснела и отвела взгляд в сторону небольшой эстрады, на которой пожилой пианист с заплетенными в косичку волосами самозабвенно играл прелюдию Баха "Фа минор".
- Но это всегда подразумевается, - не отставал Гаркавый.
- Не будь занудой, повторяю: ты мне ОЧЕНЬ понравился.
- И сейчас еще ОЧЕНЬ?
- А разве не видно? - девушка посмотрела ему в глаза нежно и призывно.
- Я, если честно, слабоват в женской психологии.
- Не комплексуй - у тебя с этим все нормально. Особенно с сексологией...
Гаркавый легким касанием губ дотронулся до уголка ее рта:
- Мне с тобой хорошо, давай за это выпьем.
Они пригубили вина.
- Расскажи мне, если можешь, подробнее, чем вы занимаетесь с Димой, неожиданно попросила Лена и сделала вид, что приготовилась слушать.
- Тебе это нужно?
- Да, - уверенно ответила она.
- О, это печальная история о двух рыбаках, решивших словить золотую рыбку...
- Я же серьезно, - обиделась Лена.
- Хорошо. Мы с ним занимаемся антиквариатом, притом самым банальным образом: покупаем его, а затем продаем, - как на духу выдал Гаркавый.
- Значит, в музее ты говорил правду?
- А ты разве сомневалась?
- Нет, но если честно, это как-то с трудом вяжется с твоим... имиджем, что ли.
- Я сам себе удивляюсь - так круто повернулась жизнь, - задумчиво проговорил он. - Просто был момент, когда мне позарез нужно было чем-то заняться, чтобы выбраться из душевного и финансового кризиса. Другого тогда Бог не дал - видно, судьба... - Гаркавый вдруг улыбнулся. - Зато, если заработаю миллион зеленых, - вылечим твою маму и на Багамах позагораем.
- Шутишь?
- Верю.
...Во втором часу ночи они вышли из кафе хмельные и счастливые. На улице было свежо и безлюдно.
- Куда? - прижавшись всем телом к Сергею, спросила девушка.
- Ко мне.
Поцеловавшись, они остановили такси. Ночной город приветливо подмигивал счастливой парочке огоньками рекламы.
Едва переступив порог, Гаркавый страстно обнял девушку...
Утром чуть свет Лена осторожно разбудила его.
- Мне пора - брату на работу, - чуть слышно шепнула она на ухо.
- Вечно тебе нужно спешить, - так же тихо сказал Гаркавый и легонько сжал ее руку - ему не хотелось оставаться в одиночестве.
- Вот стану твоей женой, тогда... - девушка, зардевшись, замолчала.
- А это идея! - он притянул ее к себе и поцеловал в щеку. - Я всегда говорил, что ты - прелесть.
- Пусти - опоздаю, - освободившись из объятий, Лена подошла к зеркалу. - Ничего себе страсти-мордасти! - пошутила она, глядя на свои припухшие от поцелуев губы.
- Обожди, - Гаркавый встал. - Я хочу подарить тебе одну вещицу. - Он протянул девушке золотой старинный крестик на тонкой ажурной цепочке. Чтобы не забывала меня...
- Какая прелесть! - девушка тут же украсила подарком шею. - Спасибо... - она встала на цыпочки и чмокнула Сергея в щеку. - Разве ж я могу тебя забыть? Такого...
Проводив Лену, Гаркавый позвонил Новикову. Тот их уже ждал.
- Через часик будем, - пообещал Гаркавый и, положив трубку, отправился готовить завтрак.
Минут через тридцать в квартиру ввалился Скитович.
- Ну как там антиквар - не свалил с нашей книгой? - вместо приветствия спросил он.
- Уже ждет, - успокоил Гаркавый.
- Поехали?
- Я еще не успел попить чаю. Составишь компанию?
- Только недолго.
- Успеем, - Гаркавый, махнув рукой в сторону дивана, подался на кухню. - Тебе какой? - донеслось оттуда.
- У тебя что, на выбор? - Скитович расслабленно плюхнулся на мягкое сиденье. - Куркуль...
- Есть цейлонский, есть кенийский.
- Цейлонский.
- Зря, кенийский лучше.
- Тогда кенийский.
Гаркавый принес поднос с дымящимся напитком.
- Как в ресторане, - удовлетворенно заметил Скитович.
Гаркавый слегка покачал чашку, наблюдая, как чай меняет глубину окраски.
- Обрати внимание, какой у него цвет: красноватый и слегка золотистый...
- Цвет как цвет, - пробубнил Скитович, заглянув в свою.
- Ну, не скажи. Ты просто никогда не приглядывался к тому, что пьешь.
- Зачем?
- Все должно стремиться к совершенству, - Гаркавый сделал маленький глоток ароматного напитка.
- Все должно стремиться к удовольствию, - поправил Скитович.
- Ты что, гедонист? - Гаркавый с любопытством посмотрел на друга.
- Не понял...
- Ну, человек, который живет ради удовольствий.
- А разве кто-то живет ради другого?
- Ради детей, например, живут.
- А разве это не удовольствие?
В воздухе зависла пауза.
- Сколько будем просить за книгу? - не найдя, что ответить, перевел Гаркавый разговор в другое русло.