— Как «невесть за что»? — возмутился Ладис. — Кто тебя, доходягу, можно сказать, на улице подобрал, обул, одел? Дядя? А машину кто купил? Квартиру упаковал, девочки каждый день разные…
— Машину я не на себя гроблю, — злобно огрызнулся Стрема, скулы на его лице побелели, — а девочки по нынешним временам не такая уж и роскошь.
— И сколько вы хотели бы получить? — директор грудью навалился на стол. — А?
— По два с половиной «куска» на брата, — Стрема тайком глянул на дружка: тот равнодушно рассматривал ногти, руки его мелко дрожали.
— Морда не треснет?
— Не треснет.
— Хорошо, — неожиданно легко согласился Ладис, — не в моих правилах изменять условия договора, но… — он бросил взгляд на сверкающий бриллиантами орден, — так тому и быть. Получите и на сей раз компенсацию за сложность. Довольны?
— За меньшие бабки мы вообще больше никуда не поедем, — наконец вмешался Клим. — Отныне два с половиной «куска» — тариф, плюс каждый раз за сложность.
— Это грабеж, — попытался отвертеться директор.
— Это по справедливости.
— Ладно, уговорили, — Ладис, немного поколебавшись, положил орден в сейф и извлек оттуда пачку стодолларовых купюр. На глаз располовинив пачку, он протянул деньги Стреме. — Считай.
Тот деловито смочил слюной палец и быстро начал пересчитывать купюры.
В стопке их оказалось ровно пятьдесят.
— Фокус? — удивленно спросил Стрема.
— Опыт, — соврал Ладис. Он никогда не работал в банковской сфере и располовинил пачку случайно. — Советую деньгами особо не сорить, — на всякий случай предупредил он, — а то я вас знаю.
— Разберемся как-нибудь сами, — Стрема передал Климу его долю. — Куда в следующий раз?
— Не спешите, — директор подошел к окну и выглянул на улицу. — Теперь к операциям будем готовиться более тщательно, — он опустил жалюзи. — Шума вы уже наделали предостаточно, прете напролом там, где можно было бы обойти. Старика нужно было связать, а затем уж обрабатывать. То, что он на ладан дышал, не давало гарантий невозможности рывка. Вот он и рванул по своей финишной… Люди — живучие твари, сколько живу, в этом убеждаюсь. — Ладис расстегнул ворот рубашки и включил вентилятор. — Ко мне в производство поступают не от насморка. Вон, на прошлой неделе хоронили одного: семь пулевых ранений, и все, говорят, смертельные, а он по лесу еще полкилометра прополз. Да что там говорить, порой диву даешься.
— Лопухнулись, — признался Клим. — Жанна без проблем охранника из квартиры выманила, вот мы и обрадовались. Думаем, теперь старика сделать, как два пальца обоссать. Как всегда, дыма в замочную скважину пустили, звоним — пожар, мол. Старик забеспокоился, дверь-то и открыл. А у него этажом выше еще один охранник живет, и звонок к нему выведен. Старикан скумекал, что к чему, и к кнопке… Тут я его и подстрелил, прямо в сердце попал. — Клим криво усмехнулся.
— А нужно было опередить, — поучительным тоном сказал Ладис, — в Пскове ведь была почти аналогичная ситуация! Не делаете вы выводов, смотрю.
— Какие, к черту, выводы?! — неожиданно взорвался Клим. — Доли секунды все решали! — Лицо его нервно задергалось. — Выводы, бля.
— Нервы, — директор внимательно всмотрелся в Климовы зрачки, — надо тебе, Игорь, нервишки подлечить, а ты все гадостью разной травишься. Ломает небось?
— Да так… — замялся Клим. Всплеск агрессии в нем моментально сменился апатией.
— Игорь, Игорь… — директор озабоченно вздохнул, — орден-то хоть легко нашли?
— Минут пять пришлось повозиться. Но опыт есть опыт, — хвастливо сообщил Стрема. Неожиданно легко разрешившийся финансовый вопрос его заметно взбодрил.
— На гаишников с какими номерами напоролись? — Ладис открыл записную книжку.
— Белорусскими.
— Хорошо, эти вычеркиваю. В следующий раз получите латвийские. Все. Пока можете отдыхать. — Ладис нажал кнопку под крышкой стола. — Оленька, сказал он вошедшей секретарше, — проводите молодых людей и зайдите потом ко мне.
Ольге Севериной было девятнадцать лет. Не очень красивая, но плотненькая, пышущая здоровьем, сексуальная — она рано поняла, что, с умом эксплуатируя свои достоинства, добьешься в жизни многого, и, нужно отметить, до сих пор ей это удавалось. «Если почаще раздвигать ноги, то можно добраться до края света», — любила повторять она слова одной киногероини. При этом ноздри ее хищно раздувались…
— Оленька, — Ладис, как только девушка вошла, запер за ней дверь, — как тебе твой новый авто? — Неделю назад он подарил девушке изящную спортивную модель «БМВ», чем привел ее в неописуемый восторг.