Оказавшись в укрытии, Скитович торопливо достал автомат. Гаркавый озадаченно посмотрел на него:
— Выручай.
Тот кивнул и осторожно выглянул.
— Бегут, ретивые… — Он легко вскинул «винторез» и, почти не целясь, выстрелил.
Один из преследователей упал с простреленной ногой. Гаркавый, вторя другу, несколько раз нажал на курок…
— Хорош. — Скитович дернул его за руку. Двое, бросив раненого, кинулись наутек. — Да они, видать, совсем еще пороха не нюхали, — усмехнулся он и отер со лба пот, — вояки хреновы…
Вдалеке послышался вой сирены. «Милиция!» — одновременно догадались друзья и что есть силы помчались к темневшей вдали лесопосадке.
— Кто они вообще такие? — раздраженно спросил помощника Сажин, едва тот закончил доклад о событиях на улице Белой.
— Разбираемся, Иван Григорьевич. — Глеб был слегка растерян. — Они явились к Косареву без предварительного звонка, поэтому нам удалось получить запись лишь до того момента, когда один из них обнаружил нашу камеру.
— Поставь, я хочу сам увидеть этих «индейцев». — Сажин повернулся к огромному экрану проекционного телевизора «Филлипс».
— Вот, — Глеб нажал кнопку пульта дистанционного управления, и из темноты экрана мгновенно проявилась фигура стоящего затылком мужчины. — Рассматривает фотографию, — пояснил он.
Голова незнакомца повернулась, и глаза задумчиво уставились прямо в объектив камеры. «Мужественное лицо», — отметил про себя Сажин. «Можно я посмотрю часы? — Пожалуйста», — донеслось из динамиков. Лицо мужчины, точнее парня, заняло весь экран, и тут же изображение пропало.
— Это все? — Сажин задумчиво прикрыл глаза ладонью.
— Да. Камера работала в дежурном режиме и включалась на две минуты в начале каждого часа. Это удалось снять по чистой случайности — было начало двенадцатого.
Группа слежения еле успела…
— Что за фотографию он рассматривал? — перебил Санин помощника.
Тот вновь заманипулировал кнопками пульта: рука со снимком расширилась до размеров экрана.
— Изображение не просматривается, — проговорил он, — неудачная позиция по отношению к камере.
— Вижу. — Сажин забарабанил пальцами по подлокотнику кресла. — Размножь его физиономию и раздай охране — не удивлюсь, если он появится и здесь.
— Иван Григорьевич! — Глеб сделал обиженное лицо. — Ни один человек не может приблизиться к дому незамеченным, будь он трижды невидимкой. Наши компьютерные системы наблюдения фиксируют даже порывы ветра.
— Я что, по-твоему, должен сидеть здесь невылазно? — Сажин резко встал. — Еще чего!
— Но они даже и не подозревают о вашем существовании, — счел нужным внести ясность Глеб.
— Где гарантии? Ведь на Косарева они как-то вышли? — Сажин несколько раз прошелся по кабинету. — А что удалось выяснить по брошенной машине?
— Машина зарегистрирована… — Глеб достал блокнот, — на имя Скитовича Дмитрия Ивановича. Кстати, состоит она на учете в городе… — он сделал небольшую паузу, — откуда к нам поступила Библия Гутенберга.
Сажин удивленно вскинул брови.
— Да, Иван Григорьевич, похоже, за книгой потянулся «хвост».
— Час от часу не легче, — Сажин расстегнул воротник сорочки. — Но, насколько мне известно, этот Новиков был осторожным человеком и умел хранить свои секреты. Как получилось, что в дело оказались втянуты еще какие-то силы?
— Может, какая-то информация просочилась через его телохранителя? — предположил Глеб. — Может, это «быки» Тихого?
Сажин отрицательно помотал головой:
— Я хорошо знаю повадки антикваров и уверен — ни одна душа в городе, кроме самого Новикова, не знала об истинной стоимости книги. Но у нее должен быть прежний хозяин… и, если мне не изменяет чутье, этот, — Сажин кивнул на экран, — вместе с дружком как-то должны быть с ним связаны.
— Но мы полностью записали разговор Новикова и Косарева. Новиков однозначно утверждал, что книга его.
— Хорошо, оставим пока этот вопрос открытым. — Сажин несколько раз прошелся от кресла к окну и обратно. — Нужно собрать всю информацию об ее изъятии. До мельчайших подробностей. Может, «орлы» Ладиса сработали нечисто?
— Кизиль сделал запись их доклада Ладису, но мы пока с ней не работали, — Глеб потупился, — мое упущение — посчитал, что это может подождать.
— Кстати, о Кизиле, — Сажин не стал заострять внимания на признании помощника, — нужно сделать так, чтобы он временно исчез из «Реквиема», отпуск, тетя заболела или что-нибудь в этом роде. Откуда у Косарева часы, эти двое уже знают — Кизиль следующее звено в интересующей их цепочке. При этом Ладису не надо знать, что мой человек в фирме занимался прослушиванием его разговоров.