Во дворе народа на удивление было много, а двор наш, как колодец, — такой же квадратный, холодный и неуютный. Дома стоят прямоугольником, поэтому получился такой двор, в который солнце почти не заглядывает, а если и появится, то ненадолго. Но качели есть, территория огорожена забором, и дети с родителями здесь гуляют, потому что больше просто негде.
Мэри увидела, что двор полон людей, моментально сползла с рук, косичку закинула, спинку выпрямила и пошла. Посмотрите и подивитесь!
Все сразу и обратили на нас внимание.
— Это у вас из последней коллекции Кензо? — ткнув пальцем в курточку Мэри, спросила молодая мамочка.
— Нет, из предпоследней. Просто мы носим так аккуратно, — пояснила я.
Народ переглянулся: «это она так придуривается» — поняла я по их выразительным взглядам.
Я отошла к скамейке, присела и уткнулась в журнал «Космо». Конечно, что же еще может читать няня на прогулке? Все затихли опять на пару минут. Зато и ко мне с глупыми расспросами, сколько стоит мой час работы, никто не пристал.
Мэри самозабвенно носилась по площадке, изображая реактивный самолет. Наблюдая за ней, я заметила знакомую коляску и молодую женщину в вечернем платье с наброшенной на плечи шалью. «Явно не на прогулку с ребенком собиралась», — подумала я, оценивая красоту вечернего наряда.
Малыш не спал, изумленно таращил глазки и что-то нежно ворковал. Женщина, неуверенно ступая на высоких каблуках, толкала коляску.
Картинно перелистывая гламурные страницы, я наблюдала за Мэри и размышляла: сказать этой молодой женщине, как няня укладывает спать ее малыша или промолчать?
«Ты никогда ни во что не вмешивалась, — напомнила я себе давнюю заповедь. — У всех есть глаза и уши, мамочка сама все увидит и все для себя решит. Если у нее такая няня, значит, ее это устраивает, — убеждала я себя, — не лезть не в свое дело».
Интересно, какое агентство подобрало ей такую злобную тетку?
«Спрошу, пожалуй, — делая шаг вперед, наконец решилась я. — Поинтересуюсь агентством и все. Если умная, сама все поймет».
— Смотрю, коляска знакомая, — нерешительно начала я, все еще неуверенная, стоит ли заводить разговор. — Видела вашего малыша с няней…
— И что?
— Вам ее подбирали в агентстве? — все-таки спросила я, ясно понимая, что мой вопрос вызовет раздражение.
— Да!
— А можно узнать в каком? — не унималась я.
— В самом лучшем, — огрызнулась она с вызовом. — А что?
И так посмотрела на меня, что не проработай я столько лет с психами, просто отползла бы на безопасное расстояние.
— Ничего, — буркнула я, снимая Мэри с качелей, чтобы предотвратить падение реактивного самолета.
— Парашют, — протянула она зонтик, предлагая мне новую игру.
— Ладно, — согласилась. — Ты прыгаешь, а я тебя ловлю.
Мэри отважно забралась на горку, раскрыла зонтик и прыгнула, приземлившись точно в мои руки.
— Молодец, — похвалила я ее. — Завтра запишу тебя в парашютную секцию.
Она довольно заулыбалась и полезла опять на горку, чтобы закрепить успех.
Рядом проехала знакомая коляска, мамочка покосилась на нас и недовольно фыркнула.
— Мэри, пойдем домой, там гости, папа приедет пораньше, — напомнила я.
Мы со всеми попрощались и бодрым шагом направились к подъезду. Уже выходя из лифта, я вдруг вспомнила:
— Мэри, мы забыли зонтик!
Она растерянно посмотрела на свои руки и закивала: «Да, няня, забыли!» Лифт дожидаться не стали, торопливо сбежали по ступенькам и помчались на детскую площадку.
Почти все разошлись, остались только Васенька с мамой и еще один малыш с бабушкой, которая любезно с нами попрощалась и тоже ушла с внуком.
Забытый зонтик одиноко лежал на качелях, тихонько раскачиваясь. Мэри подбежала к нему, схватила, прижала к груди.
— Нашли, — проворковала она, нежно поглаживая свою находку.
Васенька раскричался, Мэри с удивлением подняла голову и посмотрела на меня.
— Опять плачет?
— Плачет, — согласилась я с ней.
Она нахмурила бровки и недоуменно посмотрела на меня: а ты, мол, что стоишь? Сделай что-нибудь, чтобы он не плакал.
Я вздохнула, взяла ее за руку и сказала:
— Пойдем, там папа тебя ждет, а мы еще наряд не выбрали, так что надо поторопиться.
— Неть. — Она опять с укоризной уставилась на меня.
Мама, стараясь успокоить малыша, раскачивала и трясла коляску, пыталась ему что-то напевать, но Вася ничего не хотел слушать и только заливался жалобным плачем.