— Завтра придешь? — все еще не зная, что предпринять, спросила я.
— Приду, я же обещал!
— Тогда до завтра.
Он махнул мне рукой, заворачивая в темную арку двора, а я еще долго тупо стояла, пытаясь вспомнить, что же мне надо было сделать еще. Ах, да, телефон! И не забыть позвонить Раечке, напомнила я себе, открывая дверцу машины.
— Ты чего так долго? Я уже беспокоиться начала.
— Да так, заговорилась.
— Ты же практически ни с кем не общаешься. А тот ребенок, для которого ты брала еду, ты его видела?
— Да. — Я задумчиво листала записную книжку, стараясь не просмотреть Раечкин телефон.
— Он кто? Бомжонок?
— Нет, у него заболела мама, а больше у него никого нет. Отец их бросил, он какой-то известный спортсмен. Одежда на ребенке хоть и грязная, но недешевая, явно привозная.
— Скотина какая! — ругнулась Татьяна.
— Кто? — переспросила я, не поднимая глаз от записной книжки.
— Да спортсмен этот.
— Ну, наверное, — не совсем понимая, кого она так яростно ругает, согласилась я.
Раечкин телефон упорно не находился, и я начала нервничать. Сейчас приедет мадам, а мне и сказать ей нечего, поедет Рая в Италию или не соблазнилась столь заманчивой перспективой «отдохнуть за чужой счет».
— Завтра пакет с едой собрать?
— Что? — Я непонимающе уставилась на Татьяну.
— Еду для мальчишки, — пояснила. Она у нас барышня сентиментальная, сериалы мексиканские по два раза пересматривает и плачет в конце каждой серии.
— Сама заеду и куплю чего-нибудь, нечего хозяйское добро разбазаривать.
— Я тоже куплю, ладно?
— Нашла! — обрадовалась я, увидев Раечкин номер.
— Что? — Татьяна от неожиданности присела.
— Телефон няни, с которой вы поедете в Италию, — и, немного подумав, добавила: — Возможно, если она согласится.
— Надеюсь, она не такая полоумная, как ты? С чего бы ей отказываться.
— Возраст. Раечка дама мобильная и гувернантка замечательная, но возраст — ей слегка за пятьдесят. Не тяжело ей будет, как думаешь?
— А чего это мы за нее мыслить будем? Звони и все узнаешь.
— Тоже верно, — набирая номер, согласилась я с Татьяной.
— Раечка? — начала я медовым голосом и охнула! Татьяна локтем засадила мне в ребро и покрутила у виска.
— Чокнулась, что ли? Сама говорила ей за пятьдесят, и туда же, Раечка… По отчеству надо, — принялась учить меня Татьяна манерам, нашептывая громким басом мне в ухо.
— Раечка, — уже безо всякого меда начала я, пытаясь подальше отойти от Татьяны. — Со своими манерами сначала разберись, — потирая ушибленные ребра, простонала я.
— Раиса Васильевна, — официально проговорила я, заметив Татьяну в опасной близости от себя.
— Я вас внимательно слушаю, Людмила Валентиновна, — тут же подыграла мне Раечка. — Что у вас там за официоз такой? Вы не на приеме в посольстве? Нет?
— На приеме, — подтвердила я, — у психиатра.
— Это я уже поняла. Что дальше?
— Понятливая вы наша! В Италию нет желания поехать? — наконец-то подошла я к главному.
— А надо?
— Не знаю. Вот стою и думаю, оно вам надо?
— Поеду! Когда?
— Работать, — попыталась остудить я ее пыл.
— Понятное дело — не гулеванить, — выдала Рая свою казачью сущность. Она из донских казачек и очень этим гордится, имея в личном архиве владение пятью иностранными языками и манерами института благородных девиц.
— Точно, поедешь?
— Легко! А с кем? — запоздало полюбопытствовала она. — Ты что, агентство свое уже открыла? Поездки в Италию предлагаешь…
— Нет, но подумываю.
— А меня кому сватаешь?
— Раечка, я не брачное агентство собираюсь открывать, ты что-то слегка напутала. Хочу предложить тебе поехать в Италию с Мэри. Помнишь малышку, с которой ты работала на Остоженке?
— Жанну Владимировну я запомнила лучше! — проговорила Раечка суровым голосом. — И воспоминания, надо признаться, не самые восторженные.
— Я не предлагаю тебе ею восторгаться, а предлагаю хорошо оплачиваемую работу с ребенком, которого ты знаешь и понимаешь, и не где-нибудь, а в Италии. Почувствуй разницу и проникнись. Ты же профессиональная гувернантка, а не тетенька за три рубля. У тебя как с итальянским языком?
— Лучше, чем с испанским, но хуже, чем с немецким.
— Так ты согласна? Я все правильно поняла? — Я облегченно вздохнула. — Пойми, ну не могу я отдать Мэри в чужие руки. А времени для разгона совсем не осталось, потому что через неделю они улетают. Нужно все быстро оформить, визы, билеты.
— Хорошо, — Раечка слегка замялась, — но все финансовые вопросы по поводу моего контракта ты решаешь сама.