Видя, что все его старания не приносят результата, Оливейра снова начал психовать и чересчур увлекаться рискованными действиями, за что был незамедлительно наказан рассечением подбородка – с его черной бороды закапала кровь. Я тут же нацелился на выставленную вперед ногу и заставил противника отступить. Не будь здесь помехи в лице назойливого Родриго, можно было бы продолжить преследование, но пришлось разворачиваться в другую сторону.
Поймав кончик клинка второго соперника зажатым в левой руке стилетом, я попытался провести колющий удар ему в правое плечо, однако это действие он парировал кинжалом. Неплохую возможность для продолжения атаки снова пришлось упустить из-за приближающегося Оливейры. Ограничившись взмахом шпаги на уровне глаз Родриго, я заставил того отпрянуть и получил возможность уделить больше внимания действиям главаря.
Сбив шпагу Энрике Оливейры вниз, я с быстрым шагом вперед попытался достать его правую руку, но тут противник был безупречен и угрозу ликвидировал, а Родриго снова приблизился на опасное расстояние слева, и мне вновь пришлось отбиваться стилетом и отмахиваться шпагой. В это время его командир, выполнив несколько финтов, почти прошил мою защиту. Лишь проявив чудеса ловкости, я сумел пропустить вражеский клинок между рукой и телом. При этом Оливейра слегка провалился, и, будь у меня чуть больше места для замаха, я с удовольствием проткнул бы его тут шпагой. Вместо этого я воспользовался сближением, чтобы от души двинуть по его бородатой физиономии эфесом шпаги.
К сожалению, снова пришлось переключать внимание на единственного оставшегося подчиненного Оливейры.
Понятное дело, что долго сражаться в таком режиме мне не под силу, нужно что-то срочно придумывать, иначе закончу я свой жизненный путь в этом тупике. И решение нашлось достаточно неожиданно.
В очередной раз отразив нехитрый выпад Родриго, я увел его клинок влево и, проворно развернувшись, оказался спиной к выходу из тупика. Теперь оправившийся от удара Оливейра находился от меня слева, а его товарищ – справа.
Быстро отступив на несколько шагов назад, я ловко перескочил через тело Тристана и остановился в ожидании противников, предлагая им атаковать через пространство, занятое трупами их товарищей. Какое-никакое, а препятствие. А еще у меня появилась возможность попытаться спастись бегством. Правда, делать этого я не собирался, но виной тому были не гордость и дворянская честь, а сугубо практические соображения: вряд ли удастся быстро оторваться от преследователей, зато опасность получить в спину укол шпаги или метательный нож становилась более чем реальной. Так что проблему нужно решать здесь, несмотря на накопившуюся усталость и все больше беспокоящую рану на плече.
Противники переглянулись и снова не придумали ничего лучшего, чем постараться взять меня в клещи. Оливейра пошел в атаку с фронта, а его товарищ бросился обходить меня по большой дуге. По идее, я должен помешать Родриго, иначе он зайдет мне за спину и вновь перекроет выход из тупика, но зато его маневр дает мне несколько драгоценных секунд, которые можно использовать с пользой. Как? Да вот так!
Решительно шагнув навстречу главарю, я сбил его шпагу влево, сделал обманное движение, заставив оппонента судорожно перенести защиту на другую сторону, а сам атаковал именно туда, где вражеский клинок был мгновение назад. Кончик моей шпаги вошел в тело Оливейры в правой верхней части груди. Противник запоздало рванулся назад, разрывая дистанцию, но тут я был быстрее: режущий удар пришелся прямиком по нижней части бедра правой ноги, аккурат над коленом.
Главарь наемных убийц вскрикнул от боли, но добить его мне вновь помешал Родриго, отважно бросившийся на помощь старшему товарищу. Уже не особо опасаясь удара в спину от Оливейры, я переключил внимание на второго бандита, достав его в запястье правой руки в первой же сшибке. Однако кожаная перчатка поспособствовала тому, чтобы он в этот раз отделался лишь болезненным ушибом.
Демонстрируя ничтожность пропущенного укола, Родриго снова бросился в атаку, сумев даже дотянуться шпагой до моего бедра – порез вышел небольшой, и я практически не обратил на него внимания, хотя по опыту знаю, что завтра утром нога будет болеть. Но сейчас на мою боеспособность эта рана никак не повлияла, так что я продолжил поединок и уже спустя мгновение обводящим ударом вонзил клинок в живот оппонента.
С громким всхлипом-стоном, зажав рукой рану и согнувшись в три погибели, Родриго попытался отодвинуться от меня как можно дальше, однако не удержался на ногах и завалился набок. Но, оказавшись на земле, он продолжил попытки отползти подальше.