Мысленно пожав плечами и перевернувшись на другой бок, я вернулся к воспоминаниям трехлетней давности. Не так уж много в моей жизни было хороших времен, но это, вне всяких сомнений, было из самых лучших.
В Эскароне тогда один дворянин по имени Рене Орлов собрал отличную команду, занимавшуюся охраной порядка на столичных улицах. Причем они не жались, подобно стражникам, к богатым кварталам, а работали в восточной части Монтеры, где обитал люд попроще и обстановка на улицах была куда как напряженнее. Особенно по ночам.
Кого только в том Патруле не было! Сам Орлов был потомком переселенцев из Ориосии, его правой рукой был эльф, еще была масса эскаронских дворян, зеландец Ван Гален и даже аллорийская виконтесса д’Астра. Жаль, что я не сразу присоединился к этой компании, столько интересного пропустил. Впрочем, хватило и на мою долю. Было трудно, интересно и весело одновременно. Нам приходилось драться и с представителями организованного преступного сообщества, не желавшего лишаться привычного дохода, и с высокомерной частью дворянства, считавшей наше занятие недостойным звания настоящего дворянина.
А потом случились война с Нугулемом и хитрый маневр принца Роберта Левансийского, внезапно оказавшегося со своей наемной армией у стен беззащитной столицы Эскарона. Однако шевалье Орлов совершил, казалось, невозможное – сплотил перед лицом общей угрозы весь город. За оружие взялись дворяне, купцы, ремесленники, матросы и рабочие порта. Мы заманили на городские улицы и наголову разбили войско принца. Попавший тогда в плен Роберт настолько подмочил свою репутацию, что до сих пор избегает появляться при дворе – говорят, старшие братья буквально изводят его насмешками.
Эх, интересно было, а дальше могло быть еще интереснее, да дернуло же меня отправиться в Нугулем за наследством де Вилья! Как наивный юнец, понадеялся на чудо и предсказуемо остался у разбитого корыта. Я этим самым де Вилья родственник практически условный, как говорится, седьмая вода на киселе, если не меньше. Так как же я мог подумать, что их земли, замок, их деньги, наконец, достанутся мне? Интересно, конечно, чем же это кузены так умудрились насолить старому барону, что он в завещание вписал меня? Ну да это я уже вряд ли когда узнаю. Да не очень-то и хотелось…
Хм, принц Роберт! Как-то так вышло, что сразу после родственничков мои мысли вернулись к третьему сыну нугулемского короля Хуана. Как-то подзабыл я, что он давно уже прочно связан с Ожерским легионом и граф де Бернье в прошлом частенько обделывал для принца делишки деликатного свойства. Не для него ли и сейчас де Монтегю, ла Вивьер и прочие носом землю роют? Какой Левансийскому может быть прок от писем маркиза? Да черт его знает, возможно, и никакого. В любом случае я был бы весьма благодарен Всевышнему, если бы все участники этого дела вдруг взяли да и позабыли о моем существовании. Эх, Мигелито! Понимаю, что ты хотел подзаработать, и благодаря твоим заботам я впервые за последние годы не буду чувствовать себя голодранцем, если сумею выпутаться из этой передряги, сохранив в неприкосновенности свою перевязь с реалами. Но видит бог, лучше бы ты просто остался живым!
Я еще раз перевернулся на другой бок, и в памяти моей вдруг всплыла симпатичная сеньорита Элена, встреченная в «Еловой шишке». Почему-то от этого воспоминания на душе стало тепло и спокойно, и я наконец-то заснул.
Выбрался я из палатки, когда солнце уже стояло в зените. Вокруг раскинулся приличных размеров воинский лагерь анкилонцев. Правда, в отличие от привычных мне людских армейских лагерей, здесь было очень тихо. Я даже протер на всякий случай глаза, потому что казалось совершенно невозможным, чтобы такое количество воинов создавали столь мало шума.
– Сеньор силен спать! – раздался рядом на смешливый голос Ненор.
– Вчера был очень тяжелый день, – щурясь от солнца, ответил я, с интересом разглядывая ладную фигуру эльфийки.
– Что, не приходилось раньше видеть воительниц? – Эльфийка шутливо подбоченилась, как бы желая продемонстрировать себя в наиболее выгодном свете.
– В Эскароне видел аллорийку. Так что извини, ты не первая… – И я, так же в шутку, легонько щелкнул ее по кончику носа, несмотря на все ее попытки избежать этого. Она быстра, а я быстрее.