Тем временем палач легко поднял меня на руки и забросил в телегу. Отчего-то в голове моей промелькнула жуткая мысль, что в сарае он просто промахнулся, а сейчас поймет, что я жив, и быстренько исправит ошибку. Бред, конечно, но что только ни придет в голову в такую ночь.
Сверху на меня упал какой-то жутко вонючий мешок. Поскольку он закрыл мою голову, можно было понять, что палач подстраховывается: хоть на дворе и ночь, но мало ли кому захочется поглазеть на покойников.
Медленно тянулись минуты, телега неспешно двигалась по улицам Уэски, сначала нещадно трясясь по булыжникам мостовых, потом тяжело переваливаясь по колдобинам немощеных улиц. По мере удаления от центра города вокруг все реже слышались музыка и голоса людей. Когда мы уже удалились от тюрьмы на достаточное расстояние, несколько кварталов скорбное средство передвижения преследовала свора бродячих собак. Привлеченные запахами свежего мяса и крови, вечно голодные шавки подняли такой шум, что невозмутимому доселе палачу пришлось, нещадно ругаясь, разогнать их несколькими ударами кнута.
Я по-прежнему старался не шевелиться. Стянутые за спиной руки затекли, в бок упиралось чье-то тело, а спиной я чувствовал чью-то лишенную головы шею. Мало того что лежать было неудобно, так еще и одежда моя от такого соседства постепенно пропитывалась жидкостью. Не трудно догадаться, какой. Ну и, кроме всего прочего, чем дальше, тем больше в телеге пахло отхожим местом, потому что тела казненных после смерти исторгли из себя содержимое своих кишечников. В общем, путешествие было не из приятных, но это если забыть, что я только что чудом остался жив.
Трудно было сказать, сколько времени продолжалась поездка. Мне она казалась невозможно долгой, на самом же деле могла длиться тридцать-сорок минут. Но всему когда-то приходит конец, подошло к концу и это путешествие.
– Добрый вечер, сеньоры! – донесся до меня приглушенный расстоянием голос палача. – Как видите, мэтр Тике слово держит. Забирайте своего товарища.
Что ему ответили, я не разобрал: голоса его собеседников заглушал шум гуляющего в листве деревьев ветра. Но что среди этих голосов не было голоса сеньора де Флореса, можно было утверждать с уверенностью. В принципе, можно было уже не гадать, кто выкупил мою жизнь у властей Уэски, вариант оставался один, ничего хорошего мне не обещающий.
– Вставайте, сеньор, приехали! – Проклятущий мешок наконец-то убрали с головы. Сильные руки палача легко вытащили меня из телеги и водрузили на ноги. – Не поминайте лихом мэтра Тике. Удачи!
Я решительно не знал, что сказать в ответ на вполне искреннее пожелание, сделанное при таких обстоятельствах: проклинать за то, что не отрубил голову, было бы столь же глупо, как и благодарить за то, что доставил с одной казни на другую. Впрочем, мэтр Тике и не нуждался в моей реакции, он спокойно вернулся к своей неказистой лошадке, ухватил ее под уздцы и продолжил путь. Я так понимаю, ему нужно было похоронить казненных сегодняшним вечером преступников. Бр-р, ох и работенка!
Через минуту я остался один на опушке леса в компании трех молчаливых фигур, кутающихся в черные плащи. Это обстоятельство меня не радовало, вкупе с тем, что я был не только без оружия, но еще и со связанными руками, онемевшими уже настолько, что я их совершенно не чувствовал.
– Ну, здравствуй, Кристиан! – произнесла одна из фигур, делая шаг вперед и позволяя луне осветить свое лицо.
– Да чтоб меня! – только и смог промолвить я в ответ, потому что такого развития событий никак не ожидал.
– Неожиданно? – усмехнулся Родриго, старший из моих кузенов де Вилья.
– Более чем, – настороженно ответил я.
Чего ожидать от такого поворота событий, было совершенно непонятно. Хорошо, если Этьен тоже здесь, тогда у меня будет хотя бы один заступник. Не думаю, что его слово много значит для старших братьев, но вряд ли он сможет безропотно наблюдать, как меня убивают.
– Чего так напрягся? Испугался, что ли? – сверкнув белозубой улыбкой, Марко, второй из братьев, подошел ко мне, вальяжно поигрывая обнаженным ножом. – Давай свои руки!
– Вечерок у меня был еще тот. – Веревки упали наземь, вслед за чем мои затекшие руки безвольно повисли вдоль тела. – Уже и бояться устал.
– Ну извини, – снова усмехнулся Родриго, всколыхнув во мне давнишнюю неприязнь к нему. – Во-первых, не мог отказать себе в удовольствии, устроив тебе все это, а во-вторых, ты вляпался в такую историю, что по-другому вытащить тебя просто не представлялось возможным.
– Поверь, Крис, – наконец подал голос и Этьен, – другого выхода не было.
– Да уж, еще неделю назад я бы палец о палец не ударил, узнав о приключившемся с тобой, – Марко спрятал нож и легонько подтолкнул меня в направлении едва видневшейся в ночи лесной тропинки, – но долг платежом красен. Если бы не ты, Этьена сейчас с нами не было бы.