– Старый благородный романтик, – только и сумел я вымолвить, возвращая бумаги нотариусу.
То, что старый барон завещал мне фамильную шпагу де Вилья, было крайне неприятно для его прямых наследников и почти полностью бесполезно для меня. Видит бог, я бы предпочел хоть какой-то кусок земли или пару тысяч реалов. А лучше – и то, и другое. Но нет, шпага, и только шпага.
Причем шпага старого образца, слишком тяжелая и непривычная для меня. Такая хорошо будет смотреться на стене главного зала фамильного замка. Но замка у меня нет и в ближайшем будущем не предвидится, а фехтовать я привык более легким оружием, так что такое наследство будет для меня либо бесполезным обременением, либо предметом торга. Увы и ах.
– Это точно, – мрачно буркнул Марко.
– Послушайте, – я тщательно подбирал слова, стараясь решить вопрос к обоюдной выгоде, – я, конечно, уважаю последнюю волю барона, какой бы она ни была. Но все же будет правильным, если эта шпага останется в замке де Вилья. Там ее законное место. Не лишись я по воле случая всех своих сбережений, я бы и не подумал просить за нее компенсацию. Но так уж вышло, что у меня ни шпаги, ни коня, ни денег, а убраться как можно скорее в Эскарон мне жизненно необходимо.
Родриго молча протянул руку, в которую нотариус незамедлительно вложил еще один свиток.
– Будут тебе, Кристиан, и шпага, и конь, и немного денег. Что-то подобное мы предполагали, потому подготовились заранее.
Документ тут же перекочевал ко мне.
– Давайте перо и чернила.
Я лишь бегло просмотрел форменный «отказ от всяких притязаний», ибо вчитываться во все подробности не было никаких сил. Да и не силен я в крючкотворстве, если захотят обмануть, все одно обманут.
– Так просто? Даже ничего оспаривать не будешь? – искренне удивился Марко.
– Так я же беспринципный бретер, – усмехнулся я, подписывая бумаги, – завтра обвиню вас в обмане и снова буду хвататься за шпагу. Не думали о таком развитии событий?
– Мы знаем о тебе больше, чем ты думаешь, – внимательно оглядев мою подпись, Родриго довольно кивнул, – в прошлый раз ты был искренне уверен, что тебя обманывают. Сейчас таких мыслей у тебя уже не будет. И, бретер ты или не бретер, это совершенно неважно. Главное – ты человек слова, следовательно, проблем с твоей стороны у нашей семьи больше не будет.
Старший кузен поднялся, показывая, что разговор окончен. Нотариус с помощником, аккуратно упаковав бумаги, поспешили исчезнуть из комнаты.
– Неожиданно приятно было повидаться с тобой, Крис, – поднимаясь из-за стола, сказал Марко и протянул мне руку.
– Будешь в наших краях, заезжай, – внезапно предложил Родриго, – в гостевых комнатах всегда найдется место для тебя.
– И то хлеб, – устало улыбнулся я.
– Держи, – Этьен отцепил с пояса ножны со шпагой, – взамен дедовской.
– Комната оплачена еще на два дня, в конюшне для тебя оставлен вороной жеребец. И вот здесь, – Марко опустил на столешницу небольшой кошель, – деньги. Немного, но на первое время хватит.
– Уж извини, – развел руками Родриго, – дед оставил больше долгов, чем богатств, больше выделить не можем.
– Черт побери, – только и смог ответить я, до того был растроган. К горлу неожиданно подкатил ком – такого отношения со стороны кузенов де Вилья я никак не ожидал.
– Бывай, де Бранди! – Поочередно хлопнув меня по плечу на прощание, братья ушли.
Я же, заперев за ними дверь на засов, снял с себя пропитанные чужой кровью камзол и сорочку и завалился спать. Больше ни на что сил не было.
Глава 22
Сеньор Оберон де Флорес пребывал в отчаянии: все пошло наперекосяк именно в тот момент, когда он считал основные трудности уже пройденными. Ну в самом деле, когда в лесу их догнали люди виконта, он успел уже мысленно проститься и с жизнью, и с любимой дочерью, которую в руках этого настойчивого мерзавца не ждало ничего хорошего. Но в дело вмешался храбрый сеньор де Бранди, в одиночку обративший в бегство чуть не десяток благородных негодяев. Правда, потом его самого пришлось прятать от преследователей, но это не составило отцу с дочерью большого труда. И поначалу у де Флореса не было причин быть недовольным новым знакомцем: молодой человек был умен, рассудителен и лишен предрассудков, свойственных многим представителям дворянства. А кроме всего прочего, обещал помочь с набором новой охраны, способной противостоять банде виконта де Монтихо.