Милый, ты потерял меня.
Мы старались... о, как мы рыдали...
Мы себя потеряли и любовь умерла.
И хотя мы пытались, ничего не скажешь....
Мы — как снаряды, сражение проиграно.
Между нами была магия, и это такая трагедия.
Ты не мог держать свои руки при себе.
Я чувствую, что наш мир был заражен,
и ты пренебрег мной.
И мы поняли, что наша жизнь изменилась.
Милый, ты потерял меня.
Сейчас я знаю, что ты сожалеешь,
но ты поддался соблазну, обманув меня.
Ты будешь жалеть, но уже слишком поздно.
Как я могу снова тебе доверять?
Я чувствую, что наш мир был заражен,
и ты пренебрег мной.
И мы поняли, что наша жизнь изменилась.
Милый, ты потерял меня.
После того, как она закончила, послышались неуверенные аплодисменты, подхваченные свистом Костика и Миши, которые вошли уже в самом конце ее песни и просто остолбенели, услышав ее голос.
- Ни хрена себе, вот это голос! – воскликнул Костик и все дружно поддержали его
- Спасибо – сказала Кристина, спускаясь к ним и проходя за барную стойку
- Так, Матвей, видимо нам нужно, сделать ее, гвоздем вечера! – улыбнулся Костик, и она испуганно уставилась на Матвея, качая головой
- Потрясающе поёшь! – сказал Матвей, кивая на слова Костика - Если вдруг передумаешь, скажи – бросил он и пошел в кабинет
- Ничего себе, подруга ты даешь! Почему мне не сказала, что ты вторая, мать ее, Кристина Агилера? – прошептала Ирина, толкнув ее в бок, и Ромка закивал, поддерживая ее
- Эй, красавица, плесни мне чего-нибудь! – грохнул Миша, смотря пристально на Ирину
- Ром, плесни товарищу – махнула она, даже не смотря на него
- Я тебя попросил! – рявкнул он и Ира, повернувшись, обдала его презрительным взглядом, уставив руки в бока
- Будешь права качать, я тебя вообще не стану обслуживать, понял?
- Че сказала? – пробасил он, и Кристина поняла, что если не вмешаться, все может закончиться очень плохо
- Что слышал, качок-переросток или у тебя от анаболиков, слух подсел?
Смотря на Ирку, Кристина иногда удивлялась ее способности не видеть очевидного, такого как: «оппонент в два раза выше и сильнее тебя», «он друг твоего босса», и «ты явно не в его весовой категории».
- Миша, давайте я вас обслужу? – предложила Кристина свою помощь, боясь, что если эта перепалка дойдет до Матвея, он не станет разбираться, кто виноват, а просто уволит Ирину
- Нет малышка, хочу, чтобы она обслужила! – рявкнул он, но уже не так грубо
- Чего изволите, сударь? – елейным голосом спрашивала Ирка, явно зля Михаила
- Сударь желает виски, и извинений!
- Вот ваш виски, а извинений сегодня еще не завозили, так что, барин, не обессудь…
Роман и Кристина едва сдерживались от смеха, замечая, как ловко Иришка отшила огромного медведя, который схватив свой бокал, что-то бросил ей на прощание, отчего она слегка покраснела.
- Что он сказал?
- Сукой обозвал! – пожав плечами, сказала Ирина и ушла в подсобку
- Ириш, ты что расстроилась? – спросила она, ворвавшись за ней почти следом
- Нет, конечно, просто живот скрутило! Не парься, не уволят меня, друзья мы с Матвеем – сказала она, кривя лицо
- Ирин все хорошо? – спросила испуганно Кристина и та кивнула
- Может я отравилась чем-то?
- Ты посиди пока, а мы с Ромой поработаем, я прикрою, если что – прошептала Крис, понимая, что если Ира не придет в себя в ближайшее время, она до утра точно не протянет
Выйдя из подсобки, она подошла к бару и, улыбнувшись посетителям, спросила, что они будут пить. Работа закипела с новой силой, словно и не было тяжелой ночи вчера. Незаметно пролетел час, и Кристина стала чувствовать, что тело отказывается ей помогать, руки стали слегка трястись, и она стала слишком много проливать. На немой вопрос Иры, просто качала головой, но когда Ирина подошла к ней, чтобы помочь ей с напитками и попыталась отодвинуть ее, ухватив за талию, Крис не сдержалась и вскрикнула, тут же улыбаясь.
- А ну-ка подруга, пошли со мной! – сказала она и, кивнув Роме, повела ее за собой - Рассказывай в чем дело? – сложив руки на груди, требовала Ира, и Кристина слегка поежилась от ее проникающего взгляда, а потом случилось то, чего она совсем не ожидала
Подлетев к ней, она задрала ее водолазку и тихо ахнула, увидев синяки на ее теле, гематомы и рубцы.
- Ни хера себе прикид! Кто тебя так?
Ее вопрос остался без ответа, потому что Кристина не знала, как сказать ей, что отчим учит ее послушанию через боль
- Не скажешь, я к Матвею пойду! – нажала на слабое место Ира, и та затрясла головой
- Прошу не надо! Это отчим… - потерянно прошептала она и опустила голову, краснея