— Но я все же скажу, — заявила Холли, смотрясь в зеркало. Через десять минут ей надо было быть на работе. — Я могу сделать предсказание: твоя брачная ночь станет той ночью, когда я наконец-то завалю этого великолепного самца к себе в постель.
…………………………………………..
Необходимо было столько всего сделать, что вскоре Тесса начала ценить мудрость тех, кто организует свою жизнь традиционным образом: вначале свадьба, а уж потом ребенок. Все заботы по подготовке торжеств взял на себя Макс, но Тесса все равно была завалена работой, да и Оливия, восхитительная, но пожирающая время, постоянно ей мешала. Занятия живописью, излишне об этом упоминать, полностью прекратились. Чистые холсты были похоронены под слоем памперсов, и каждый раз, как только Тессе удавалось расчистить пятачок в ее заваленном вещами домике, являлся кто-нибудь из взрослых — обычно либо Холли, либо Макс, либо Эдам — и в порыве нежности приносил для Оливии очередную огромную мягкую игрушку.
Тем не менее Тесса наконец-то была по-настоящему счастлива. Несмотря на одолевавшие ее сомнения и опасения, теперь она поняла, что больше всего на свете ей хотелось выйти замуж за Росса.
И поскольку Тесса не хотела устраивать грандиозную свадьбу, а Росс стремился именно к этому, они приняли компромиссное решение: скромная церемония в бюро записей актов гражданского состояния, а потом многолюдный, пышный прием в «Мызе».
«Это только сказать легко, — подумала Тесса, в то время как Оливия заплакала, требуя, чтобы ее покормили, и сбросила на пол стопку ответов на свадебные приглашения. — А на самом деле кто бы мог подумать, что выходить замуж так сложно!»
…………………………………………..
«Кто бы мог подумать, что любить так сложно», — размышляла Мэтти, попивая чай и ожидая, когда зазвонит телефон. В том, что он зазвонит, она не сомневалась.
Раньше Мэтти никогда не представляла себя в роли любовницы, и сейчас ей все еще было трудно свыкнуться с мыслью, что она таки ею стала. «Иметь связь с подходящим человеком, — пришла к заключению Мэтти, чувствуя себя, однако, несколько виноватой, — очень даже легко».
В каком-то смысле это даже казалось захватывающим. Необходимость сохранять в тайне их отношения была дополнительным афродизиаком, и когда они были вместе, Мэтти повторяла себе, — как велел ей Ричард, — что поскольку у Антонии уже многие годы постоянно романы на стороне, то волноваться не надо. Если бы он изменял верной, любящей жене, которая ждет его дома с добрыми словами и старательно приготовленным ужином, — это был бы совсем другой расклад.
Но ощущение вины, радости, новая любовь и понимание того, что то, чем она занимается, плохо… и в то же время так хорошо… было определенно большой нагрузкой для организма. За две недели она без каких бы то ни было специальных усилий похудела на десять фунтов. Мэтти даже подумывала, не начать ли продвигать на рынок новый продукт — Секс-Диету. Но ей не хватало уверенности в себе, чтобы серьезно взяться за дело. Все ее знакомые говорили, что она намного лучше выгладит, Ричард вчера (точнее, прошлой ночью, во время ключевого момента их рандеву) признался ей в любви, и несмотря на все это, Мэтти не могла не думать о будущем. Стоит ли вообще принимать в расчет сказанное в такой момент? Что выйдет из этого великолепного романа?
Мэтти любила… обожала… боготворила Ричарда, но ее постоянно преследовала мысль, что он всего лишь пользуется ею. Она была практичной женщиной и прекрасно понимала, что этот роман может оказаться из той же серии, что и интрижка с Россом Монаганом… только более долгим. Да оставит ли Ричард красивую, холеную, молодую жену ради женщины, которая была старше и толще, которую никак не назовешь шикарной, которой больше нечего предложить ему, кроме вечной преданности и растяжек на теле.
…………………………………………..
У Франсин Лалонд тоже были растяжки, но Макса это не смущало. Холли накрасила губы новым невероятным оттенком розового (так что Максу хотелось хорошенько вытереть ей рот туалетной бумагой) и все утро искоса поглядывала на него каким-то коварным взглядом. В отместку он пошел к себе наверх и позвонил в Мадрид, где сейчас снималась Франсин.
Она, естественно, была на съемках и не могла подойти к телефону.
Когда Франсин наконец-то (через три часа) удосужилась ему перезвонить, Макс был разочарован, услышав, что прилететь в Англию на свадьбу его брата она не сможет. Не стоит даже разговор заводить об этом.
А еще сильнее его расстроило то, что Франсин, в своей изысканной манере, объяснила ему, почему именно она не сможет прилететь на свадьбу.