– Ладно. – Даня на всякий случай чуть опустил тонированное стекло, чтобы слышать происходящее снаружи.
Шурша колесами по мелким камешкам, автомобиль въехал под неуверенно поднявшийся шлагбаум и остановился на тускло освещенной площадке. К ним вразвалочку направлялся грузный мужик в очень странной одежде: домотканые штаны и модная лет двадцать назад черная кожанка, расшитая золотом, – причудливое сочетание.
Поля вылезла из машины, обошла ее и встала так, чтобы закрыть собой сидевшего внутри Даню.
– Ты чего забыла тут, Поль? – гулко спросил мужик. – Мы тебя только в четверг ждали.
– Личная доставка от князя в Лунноярск, – она похлопала ладонью по машине, – по спецпропуску.
– Плевать на князя, – непочтительно цыкнул Горыч.
– Доплюешься, – беззлобно хмыкнула девчонка, – перекроют вам опять поставку товаров, так тебя свои же раскатают. Просто дай мне проехать. – И протянула черный квиток, в тусклом свете сверкнувший янтарным проблеском.
Проигнорировав квиток, охранник попытался заглянуть внутрь, и тут – Даня от изумления заморгал – Поля бестрепетно схватила огромного мужика за ухо и оттащила подальше от машины.
Ополоумела девка?
– Я же тебе сразу сказала, личная доставка от князя, – выговаривала она при этом вовсе не строгим, а певучим голосом. – Я же спецпропуск предъявила. Вот чего тебе все время неймется-то?
– Не трожь ухо, – гаркнул мужик и, как-то бережно отцепив девицу от себя, обнял за плечи, отчего Дане на минуту показалось, что Поля вот-вот рухнет под таким весом. – Доставка так доставка. Пропуск так пропуск. Ухо тут при чем?
– Ни при чем, – согласилась она покладисто. – Так я поехала, Горыч?
– Когда обратно-то? – спросил он совсем другим, мирным тоном. – Мне бы двоюродному дядюшке сыр передать в Причудинск, а? И еще кое-что по мелочи. Твоя Женя Петровна пропустила бы, а? По-свойски?
– Знаю я твои мелочи, – вздохнула она. – Серебро и меха без пошлины, да?
– Да тише ты! – Горыч торопливо закрыл ей рот. – Ну, Поль?
– Готовь посылку к среде, – вывернувшись из его рук, она направилась к машине, – попробую докинуть до Причудинска. Все, пока. Предупреди своих бойцов, чтобы не досматривали.
– Да все мои бойцы до четверга разбежались! Один я тут как сыч кукую.
– Сычи не кукуют, – наставительно заметила Поля и, махнув на прощание, села на водительское сиденье.
– Думаешь, он не заметил, что внутри человек? – спросил Даня, когда они выехали с огороженной территории.
Свет фар выхватывал из темноты фрагменты узкой каменистой дороги, больше ничего и не видно было.
– А и заметил, так что с того. У Горыча свои дела, у меня свои. – Поля притормозила. – Перебирайся вперед, не люблю, когда кто-то маячит за спиной.
– Так решетка же. – Даня едва не упал, ноги еще не до конца проснулись.
Спотыкаясь, он выбрался из кузова, преодолел крохотное расстояние и рухнул рядом на переднее сиденье.
– Других автомобилей здесь не встретишь, – сообщила Поля, трогаясь, – бензин давным-давно закончился. Я пригнала несколько бензовозов, но топливо в первую очередь ушло в Златополье, чтобы запустить тракторы.
– На нас же не нападут, чтобы забрать машину?
– Никто в этих местах меня и пальцем не тронет. Я могу остановиться в любом доме, и каждый житель Верхогорья поделится со мной едой и уложит спать на самой лучшей кровати.
– Тут вот какое дело… – Даня помялся, прежде чем подступиться к разговору. Он не знал, насколько Поля предана князю, но беседа о контрабанде оставляла шанс на то, что она все же способна на непослушание. – Мне как бы не очень надо в Лунноярск. Вернее, очень не надо.
– И куда же тогда? – Она, кажется, не удивилась.
– В Костяное ущелье.
– Хм…
Просто «хм»? И что оно означает?
– Поля?..
– Это гораздо дальше, – проговорила спокойно. – Времени и бензина хватит впритык.
– Насколько впритык? – тут же уточнил Даня. – Твое «впритык» означает, что вернешься обратно на машине или что будешь переходить Гиблый перевал пешком?
– Ну уж точно не пешком, – дернула плечом, – в крайнем случае Горыч выдаст лошадь.
Дане стало не по себе. О перевале ходило столько страшных слухов, что он с трудом представлял, как Поля преодолевает его на грузовиках. Наверное, особой разницы не было, но почему-то верхом она казалась бы более беззащитной перед живущими там духами.
Даня предполагал, что преодолеть Гиблый перевал может только существо, полностью лишенное обычных человеческих привязанностей. Пока для дикарки из леса это не составляло труда, но она превращалась в привлекательную девушку, и недалек тот час, когда какой-нибудь красавчик по ту ли, по эту ли сторону гор украдет ее сердце. И тогда духи доберутся до нее.