Пистолет был изумительно красив. По крайней мере хотя бы это скрасило последние мгновения жизни Чарльза Уонга.
Глава 31
В 8.45 на следующее утро мы ждали в машине через улицу от "Тетушкиного буфета". Было холодно, уже два часа шел дождь со снегом, и небо затягивали темные тучи. Я курил одну сигарету за другой. Бобби молчал, положив пистолет на колени и глядя через ветровое стекло.
– Так когда они собираются здесь появиться?
– Нет никакой гарантии, что они вообще приедут, – сказал я.
Он покачал головой.
– Коп без лицензии и девушка. Черт побери. Мы непобедимы. Давайте вторгнемся в Ирак.
– Больше все равно никого нет, Бобби.
На улицу свернул неопределенного вида автомобиль. Мы посмотрели ему вслед, но за рулем сидела женщина средних лет, которая даже не взглянула в нашу сторону. Мы ждали, когда кое-кто явится в свою контору, и прибыли на место уже в восемь часов. Наши нервы натянулись как тетива, и мы готовы были броситься на любую тень. Прошедшей ночью мы почти не спали.
– Так, – наконец сказал Бобби, показывая через улицу. – Вон тот тощий и рыжий – тот самый, кого мы ищем?
Мы подождали, пока Чип скроется за дверью конторы, а затем вышли из машины. Я не стал запирать дверцу – улица была совершенно пуста, погода не располагала к разглядыванию витрин, и весь транспортный поток через город двигался другим путем.
Я распахнул дверь агентства недвижимости Фарлинга и вошел внутрь, Бобби за мной. Чип скрылся в кабинете в задней части помещения. В большом зале стояли четыре стола. За двумя из них сидели женщины лет сорока с аккуратными прическами, в деловых костюмах, одна – в зеленом, другая – в красном. Обе выжидающе посмотрели на нас, готовые с радостью продать нам нашу мечту.
– Мы ищем Чипа, – сказал я.
Одна из женщин встала.
– Мистер Фарлинг сейчас будет, – прощебетала она. – А пока не хотите ли чашечку кофе?
– Не думаю, что мистер Хопкинс задержится здесь надолго.
Чип стоял в дверях кабинета. Через его скулу и лоб тянулся ярко-красный шрам.
– Собственно говоря, полагаю, что он уйдет очень скоро.
– Именно так мы и намеревались поступить, Чип. Но вы поедете с нами. Мы едем в Холлс, и нам нужен кто-то, с кем бы нас туда пропустили. Поскольку с недавних пор вы единственный риэлтор, работающий на них, у вас нет выбора. Либо вы поедете с нами добровольно, либо мы вытащим вас на улицу за горло.
– Сомневаюсь, – раздраженно бросил он.
Послышался звонок колокольчика – дверь позади нас распахнулась. Я обернулся и увидел двух полицейских. Один – высокий и черноволосый, другой – пониже, со светлыми волосами.
– Доброе утро, мистер Хопкинс, – сказал второй полицейский.
– Мы знакомы?
– Мы разговаривали по телефону.
– Не припоминаю.
– Вы звонили в участок по поводу смерти ваших родителей.
Я почувствовал, как стоявший позади меня Бобби шевельнул рукой в кармане пиджака.
– Офицер Сперлинг? – спросил я.
– Он здесь по моей просьбе, – сказал Чип. – Я увидел, что вы и ваш друг сидите снаружи. О том, что вы на меня напали, в полиции уже знают.
– На мой взгляд, мы всего лишь несколько разошлись во мнениях, – пожал я плечами. – А потом с вами случился странный припадок.
– Мне так не кажется. Полиции тоже.
– Все это чушь, Уорд, – сказал Бобби.
Чип повернулся к двум женщинам, наблюдавшим за нами с видом любопытных кошек.
– Дорин, Джулия, не могли бы вы на минуту пройти в кабинет?
– Мы пришли за вами, Чип, – сказал я. – Никому больше никуда идти не надо.
– Прошу вас. – Чип пристально посмотрел на женщин.
Те встали и прошли мимо него в другую комнату. Чип закрыл за ними дверь.
– Будет лучше, если вы поедете с нами в участок, – сказал Сперлинг.
Он говорил спокойно и рассудительно.
– Не знаю, известно ли вам, но пострадал дом ваших родителей, и случился пожар в отеле, причем, похоже, между этими событиями есть некая связь. Мы с офицером Макгрегором хотели бы вам помочь.
– Видите ли, дело в том, – сказал я, – что я в это просто не верю.
– Что с вашим напарником? – спросил Бобби. – Что-то он не слишком разговорчив.
Второй полицейский уставился на Бобби, но не произнес ни слова. Именно в этот момент мне стало не по себе. Если кто-то достаточно долго смотрит в глаза Бобби без особого уважения – этот человек либо глуп, либо крайне опасен, либо и то и другое.
– Разделение труда, – сказал я, надеясь хоть как-то разрядить обстановку. – Возможно, Макгрегор непревзойденный мастер заполнять бланки.
– Ну и дурак же вы, Хопкинс, – сказал Чип. – Явно наследственное.
Сперлинг проигнорировал его реплику.
– Мистер Хопкинс, вы поедете со мной?
– Нет, – ответил Бобби.
Чип улыбнулся. Макгрегор достал пистолет.
– Эй, спокойнее, – сказал я, начиная нервничать. Офицер Сперлинг с неподдельным удивлением уставился на оружие в руке своего напарника.
– Э-э, Джордж... – пробормотал он.
Но тут Макгрегор начал стрелять.
Мы сорвались с места, едва только губы Чипа изогнулись в самодовольной улыбке, но в конторе некуда было бежать. Спрятаться тоже было негде.
Бобби выхватил пистолет и несколько раз выстрелил в Макгрегора. Пули попали в бедро и грудь полицейского, но звук от их удара о тело был совсем не таким, каким должен был быть, и я понял, что на нем бронежилет. Удар оказался достаточно силен для того, чтобы опрокинуть его на спину, но он уже поднимался на ноги. Тем временем Сперлинг продолжал стоять как вкопанный, с раскрытым ртом.
Я едва увернулся от пули Макгрегора, бросившись на пол и перекатившись вбок. Спрятавшись за столом Дорин, я выстрелил в ответ, попав ему в плечо. Что-то просвистело рядом с моей головой, и я понял, что Чип тоже держит в руке маленький пистолет. Что было дальше, я почти не помню. Я просто разрядил пистолет, стреляя в тех, кто подвернется. Когда оказываешься участником перестрелки на открытой местности, иногда еще успеваешь подумать, оценить обстановку. Если же ты находишься в закрытом помещении и в тебя стреляют двое, на размышления времени уже не остается.
Десять секунд спустя стрельба прекратилась. Я лежал за столом Джулии, ощущая жгучую боль на щеке и на лбу, в том месте, где что-то их зацепило. Вряд ли пуля, скорее маленький разрывной снаряд. Я был очень удивлен, что так легко отделался. Содержимое головы Чипа разбрызгалось по задней стене. Макгрегора нигде не было видно, и дверь в контору была раскрыта настежь.
Сперлинг получил пулю в ногу и упал на стол. Он шевелился, но не слишком живо. По крайней мере, голова его была на месте, и я не стал его трогать.
Бобби стоял, прижавшись спиной к стене возле двери и обхватив рукой плечо. Сквозь его пальцы сочилась кровь. Я подбежал к нему и потащил на улицу.
Мы вывалились на тротуар, проковыляли через дорогу, и я втолкнул его в машину. Проходившая мимо парочка в ярко-оранжевых лыжных костюмах, раскрыв рты, переводила взгляд с одного из нас на другого, а потом на разбитые окна агентства недвижимости.
– Это, наверное, кино снимают, – сказал кто-то из них.
– Я в порядке, – пробормотал Бобби, пока я забирался на сиденье водителя и заводил двигатель. Нажав на газ, я на полной скорости помчался по улице. – Все отлично.
– Ты ранен, придурок.
– Езжай помедленнее.
Впереди виднелись красный сигнал светофора и оживленная дорога, с которыми приходилось считаться. Отпустив педаль, я чудом проскользнул в свободный промежуток и выехал в крайний ряд.
– Куда ты едешь?
– В больницу, Бобби.
– Туда нельзя, – сказал он. – После всего, что случилось.
– Сперлинг нас поддержит.
– Все, что ему известно, – что завязалась перестрелка. Оба они были ранены, а гражданское лицо – убито.
– Он знает, что стрельбу начал Макгрегор. А я сейчас могу выехать на шоссе и найти ближайшую больницу за пределами города.