– Я не смогу, сын. Заседание совета директоров, только вчера сообщили.
Знаю я твои заседания, внезапно и зло подумал я. В их именах ты не путаешься. Я бы, может, и рад был не знать таких подробностей, но меня угораздило с одной из них встречаться, и в постели она нарассказывала мне всякого и без купюр о том, как в этой продюсерской компании строятся карьеры юных скрипачек и флейтисток. Если бы девица знала, что мы родственники, то промолчала бы, конечно, но мне удалось это скрыть – фамилия Соловьёв достаточно распространённая, а внешне я, слава богу, пошёл больше в маменьку. Вслух же я сказал:
– Ладно, без проблем. Во сколько надо быть?
– Танюша, родная, принеси приглашения. Пусть будут у него.
Мать аккуратно положила вилку и вышла из столовой. Отец взял со стола бокал белого, покрутил его в руках и сделал глоток.
– Я тут, кстати, подумал, посоветовался с людьми… Есть легальный способ выжить, наконец, ту шарашку.
– Какую? – спросил я, как только смог проглотить последний кусок неожиданно ставшего совсем безвкусным карпа.
– Ту, что по соседству с книжным магазином. В общем, я всё организовал. Соберём подписи жильцов дома, направим коллективную жалобу. На шум, на то, что там подозрительные личности ошиваются. В пожарный надзор напишем. Да мало ли куда. Проверки к ним как на работу ходить будут. Дом старой постройки, хоть одно нарушение да найдут. А там или на штрафах разорятся, или на взятках, или на судебных издержках, доказывая, что не верблюды. Ну, молодец я, да?
– Молодец, Серёжа, – улыбнулась мать, садясь рядом со мной и протягивая мне два приглашения. – Сынок, там на вернисаже дресс-код, обрати внимание. Не white tie, но если ты наденешь смокинг, будет хорошо. Немного overdressed, но я собираюсь идти туда под руку с самым красивым мужчиной на этой вечеринке.
Прости, мама, подумал я, смокинг ещё ладно, но вот парикмахерская теперь точно отменяется.
Я взял приглашения и начал убирать их во внутренний карман пиджака. С первого раза не получилось. Кончики моих пальцев подрагивали, а мысли щёлкали, как костяшки счётов – я пытался быстро прикинуть весь расклад.
Штрафов я не боюсь, проверок тоже. Но, если дойдёт до суда, подставная контора всплывёт кверху брюхом и засветит меня. Я не сомневался, что папенька дотошно проследит, чтобы проверки проводились не для галочки – центр города, уважаемые люди живут. Штирлиц очень, очень близок к провалу. Опять же, зная папеньку, я отлично понимал, что он на полдороге дело не бросит и богомерзкую лавку планирует добить.
Придётся, стало быть, съехать, причём очень быстро, не дожидаясь перитонита. Ой, как же жалко-то… Место было хорошее, нагретое.
Я взял свой бокал и с лёгким звоном коснулся им отцовского. Для меня этот звон звучал похоронным колоколом.
– Очень хорошая идея, папа.
Как только я оказался на улице, я схватил телефон мистера Хайда и позвонил в агентство по недвижимости Яне, агенту, которая и нашла для меня помещения для моих лавочек. Янка мне нравилась – как только я увидел её первый раз, с бритыми висками, одним кольцом в носу и с двумя в нижней губе, я понял, что мы поладим. В эротическом смысле она меня отшила ещё на этапе невинного флирта, но как приятельница и деловой партнёр была – лучше не придумаешь.
Ситуацию я объяснил ей в паре предложений, даже не поздоровавшись. На том конце телефонной линии охнули, потом помолчали, а потом попросили перезвонить часа через два-три. Дескать, она посмотрит, чем сможет помочь. Я прикинул – как раз успею смотаться за пластинками и перезвоню ей после.
А через три часа я сидел в лавочке, над которой нависла угроза быть смытой с этого места потоком кляуз, рядом со стопкой пластинок, завёрнутых в газету, и пытался осознать тот факт, что Яна помочь мне ничем не сможет.
– В радиусе пяти километров от твоего дома ничего нет, Кирилл. Или площадь слишком большая, или арендаторы съедут не раньше, чем через месяц, или состояние убитое настолько, что придётся серьёзно ремонтировать. Сколько ты можешь позволить себе ждать?
– Совсем нисколько, Яна. Максимум две недели – это самый край.
– Спальные районы?
– Не интересуют.
– Тогда в Москве вариантов нет. Извини. Может, в другом агентстве попробуешь? У них может быть эксклюзив.
– Нет, они обжулят меня без уважения, не то, что ты. Всё равно спасибо.
– Со спасибо мне комиссия не капает. Пока.
Надо же, думал я, сжимая телефон, Москва – огромный мегаполис, домов поди сотни тысяч, в моём районе их десятки, и ни одного вшивого подвала в аренду не нашлось. Может, и в самом деле, не брезговать спальниками? Но частые визиты за пределы Садового кольца могут насторожить моих родителей – их сыну там делать совершенно нечего.