Я тем временем уже разодрал упаковку и взвешивал на руке пару барабанных палочек. Гладкие, хороший баланс. Только что мне с ними делать?
– Хочешь сама попробовать? Я тебя научу.
– Нет, нет, – она аж зарделась, – старого пса новым трюкам уже не выучить. Лучше сыграй мне, я хочу послушать. А то я только от Дины слышала рассказы. Они же ещё нескоро придут.
– Только ради тебя, – сказал я и начал стягивать свитер.
Комплект барабанов на этой точке был не полный, особенно явно не хватало тарелок. Что и логично – у приличного ударника всегда имеются собственные. А у меня своих никогда не было: играл или на том, что было, или на том, что удавалось одолжить. Я прикинул, что можно исполнить на этом, этакое, попроще, вздохнул, упёршись взглядом в здорово покоцанный малый барабан, и поставил ногу на педаль.
Нина даже не смотрела на меня – она слушала. Прикрыв глаза и мечтательно улыбаясь краешками розовых губ. Её лицо расслабилось, разгладились два залома между тёмными бровями, и теперь перед собой я видел не уставшую после смены женщину из трамвайного парка, а беззаботную юную фею, которую никак не поцарапало всё то, через что пришлось пройти Нине.
За то, чтобы она оставалась такой подольше, я готов был отдать, что угодно. Если она хочет, чтобы я играл ей – я буду.
Мы даже не заметили, что в помещении мы больше не одни.
– А как у тебя с румбой? – я услышал от двери знакомое меццо и поднял взгляд.
Дина и Лиза стояли в дверях, Лиза молча закрывала за собой обитую мягким створку. Даже без приветствий. Я втянул носом воздух – задачка была не из простых, но сменил рисунок, искренне надеясь, что Дина не догадается, что я изучал его исключительно по популярному одноимённому треку башкирской рок-звезды и остальному её дебютному альбому. Дина внимательно смотрела на меня, склонив голову к плечу, а потом посмотрела на Лизу и сказала:
– Что ж, это судьба.
Она даже не сняла куртки. Подойдя ко мне, она вынула из внутреннего кармана ещё одну пару палочек, перетянутую обычной канцелярской резинкой.
– Благословляю. Только не играй ими хуйни, прошу.
Я опешил и обернулся к Нине. Но она была удивлена не меньше меня. Динара явно не согласовывала с ней свои действия. Я повернул голову обратно, чтобы сказать спасибо, но слова застряли у меня в горле. Потому что на лице всегда спокойной и словно бы даже сонной Лизы нарисовалось такое выражение, как будто она увидела привидение. Она расстегнула свой бездонный рюкзак, который Нина называла “Улиткин домик” и вытащила оттуда ещё одну пару палочек, на этот раз даже ничем не стянутую. На одной я заметил кольцо всесильной синей изоленты – палочки не были новыми и их прежний хозяин таким образом смещал баланс в удобную себе сторону.
Эстетика идёт по ниспадающей, только и смог подумать я.
– Мои дороже, – Дина скосила глаза на подругу.
– Мои бесплатные, – отбила атаку Лиза, вытаскивая следом из рюкзака две бутылки пива. – Но знала бы ты, чьи руки вчера отыграли ими концерт. Я думала… Для магазина. Там на одной автограф. Пришлось состроить глазки.
Теперь лицо вытянулось и у меня. Мне никак не удавалось совместить в одной голове понятия “Лиза” и “строить глазки”. Тем более… Я бросил взгляд на аккуратную подпись. Она была знакома даже мне.
– Да ладно тебе, шучу я, – она удивила меня ещё раз, так открыто улыбнувшись, что я, наконец, обнаружил в её улыбке неожиданную диастему, как у Аллы Пугачёвой в молодости. – Я у него училась. Как видишь, помнит до сих пор.
– Спасибо, – наконец, выдавил я и попытался встать – время было не резиновое, и девушкам пора было начинать.
– Куда это ты собрался? Сиди, – Дина окончательно вогнала меня в краску. – Поджемишь с нами. Раз уж пришёл.
Следующие два часа я не играл в удовольствие. Я оправдывал доверие, то есть пытался выжать из себя всё, на что был способен. Решив, что даже если, придя домой, я лягу и не смогу пошевелиться до следующего года – да будет так.
– Перед припевом сделай сбивку, – командовала Дина.
Я сделал, но она только бровь подняла:
– Слишком примитивно, попробуй перекат.
С первого раза у меня вышло плохо и Дина заставила меня играть это перед каждым припевом, пока я уверенно не смог перекатиться по томам. Лишь тогда она одобрительно кивнула, даже не прекращая играть. В тот момент я почувствовал себя королём мира, не меньше.
Обидно было только, что Нина совсем на меня не смотрела – она было обернулась пару раз, но тут же сама начинала путаться в нотах, и, видимо, решила, что ещё насмотрится. И то верно – насмотрится и не только.