Старец громогласно рассмеялся, будто вопрос был неуместен, а ответ — до смешного очевиден, что объясняться было бы неловко.
— Добрый Тилем, меня зовут Гульцу-Ри, и я уже много лет топчу эти земли. Бывал я в таких краях, где не ступала нога ни одного соларца. И Йольдов на своём веку повидал немало — отсюда и богатства, что привёз издалека. Бывал и в ваших землях. Народ у вас статный, воинственный и, к моей радости, сговорчивый. Именно ваши соплеменники в давние времена вернули нам непокорную воительницу и богиню Шафен-Де. Ну и… — Окинув мальчика оценивающим взглядом, торговец заключил: — Одежда твоя мало похожа на то, что носят здешние.
Но ничто уже не волновало юношу так сильно, как имя, которое он искал в этих далёких землях.
— Расскажите мне про Шафен-Де! — встрепенулся он, слегка оттягивая платок, чтобы вдохнуть свежего воздуха.
— Постой, постой, — остановил его мужчина. — Сперва объясни, как ты прошёл сквозь материю? Портал был запечатан предками, чтобы ни один Йольд, да и никто другой, не смог снять печать.
От этих слов повеяло ледяным холодом. Тилем смутился и понял: если ему нужна помощь, без объяснений не обойтись. Занырнув в карман, все еще сомневаясь в правильности своих действий, он немного помедлил вытаскивая сжатую в кулак руку. На раскрытой ладони заискрился небольшой желтоватый камень, свет которого ослепил Гульцу-Ри. Спохватившись мужчина мгновенно прикрыл его рукой.
Торговца охватило волнение. Он замер в растерянности, его грудь начала тяжело вздыматься.
— Ты не просто пришелец из дома воинов… Кто ты на самом деле? Откуда у тебя сердце Шафен-Де? Нет-нет… — Гульцу-Ри засуетился, лихорадочно соображая, кто же попал к нему в руки и что с этим делать. — Негоже нам говорить об этом так открыто.
Он поманил мальчика, и они скрылись в глубине торговой палатки, подальше от любопытных глаз. Снаружи кто-то подошёл к прилавку и принялся окликать хозяина.
- Есть кто? Гульцу-Ри, есть новость, выходи! – раздался хриплый низкий голос.
Торговец всплеснул руками и, раздосадованный, подал Тилему знак стоять тихо и не выдавать своего присутствия. Юноша беспрекословно подчинился. Сняв ремень с ножнами, он опустился на землю необычного цвета и консистенции — тёмно-оранжевую, с крупинками, похожими на засахаренный песок.
Мальчик вздрогнул, услышав громкое и переполненное излишней ходульности приветствие мужчин; одаривая друг друга широкими улыбками, они не забывали попеременно выражать восхищение изысканностью нарядов.
Их лощёные физиономии, не переставая рассыпаться в комплиментах, играли солнечными зайчиками, отскакивавшими от золотых вставок в зубах. Для Тилема это было сродни экзотике — чтобы мужчины, словно болтливые девки, лясничали о побрякушках!
Довольно быстро соскучившись от однообразия беседы, пытливый взгляд мальчика отметил множество тканей, аккуратно уложенных в стопки. Они были всевозможных цветов и орнаментов, а некоторые украшены драгоценными камнями. Поодаль таились ящики, наполненные медными монетами и плотно заставленные старыми, обветшалыми книгами в кожаных переплетах. Тилем хмыкнул: «Ну и ну, богатства так ненадёжно припрятаны… Видать, совсем не боится за свои пожитки».
Но не монеты привлекли юношу. Книги и записи куда лучше раскрывали естество человека, нежели материальные богатства. Разглядывая находки, он сам не заметил, как погрузился в чтение: «Солнце тьму не осветит, но тьма Солнце поглотит. Расчёты верны. Слои эфира будут разноситься по траектории окулус, в это время эссенция тёмной материи рассеется в сферической проекции». Парень не заметил, как за его спиной выросла фигура Гульцу-Ри.
— Интересуешься моими бреднями? — подивился торговец.
Тилем вздрогнул, но, совладав с собой, аккуратно отложил записки в сторону.
— Да, они интересовать меня, хотя я не смочь уложить слова в предложение и понять, что здесь писать, — невозмутимо ответил юноша.
— Юный Йоллин не должен понимать всё и сразу, для всего отведён свой срок. Признаться, я поражён: как Йольд смог освоить язык Соляра, никогда прежде не ступав на его земли? Должно быть, у тебя был хороший учитель.
— Мой дьедущка научить. Я много-много сам стараться. Мы не разговаривать дома, но он много знать о мире Солар.