Я резко обернулась на отца. Мои глаза округлились от ужаса. Мама тоже заметно напряглась. Что же ты задумал, папа?
— Дорогой… — начала мать, но так и не нашлась что сказать.
Ответом нам послужила хитрая полуулыбка.
— Пап, — предостерегающе начала я.
— Эй, Алек, — позвал отец.
Я вновь обернулась и поглядела на Алека. К моему удивлению, на его лице не отразилось и нотки страха, даже наоборот: оно излучало радушие. Эх, я и забыла, что у него настоящий талант к самообладанию. Уверенным шагом парень приблизился к нам, затем его лицо озарилось самой лучезарной улыбкой, на которую он только был способен.
— Виктор Григорьевич, Афина Константиновна, — он склонил голову в знак приветствия.
— Как тебе конкурс? — лукаво спросил отец, я стрельнула в него глазами.
— Чудесно, правда ни один участник не сравнится с вашей дочерью, — совершенно серьёзно ответил парень.
— Что правда — то правда.
— Серьёзно? — спросила я, смотря в упор на папу.
В моём мозгу никак не укладывалось то, что ему могло понравиться моё пение. Кому угодно, но не ему. Однако вопреки моим ожиданиям, мужчина кивнул.
— Серьёзно. У тебя чудесный голос, милая.
— С-спасибо, — лишь пролепетала в ответ я.
— Алек, на следующих выходных мы устраиваем семейный ужин. Мне хотелось бы видеть тебя на нём.
— Буду рад стать вашим гостем, — мягко ответил друг.
Великие силы, и откуда в нём столько шарма? Если отца это не подкупит, то что же тогда?
Внезапно по театру раздался звонок, приглашающий всех вернуться в актовый зал. С минуты на минуту мы узнаем, кто же оказался среди трёх счастливчиков, получивших заветную стипендию. Бросив мимолётный взгляд на друзей, я заметила, что те поспешили к сцене, а значит — нам тоже пора. Я взглянула на родителей.
— Мам, пап, скоро объявление победителей. Можно мы уже пойдём?
— Идите — отмахнулся отец — увидимся дома.
— Пока, — протянула я и, ухватив Алека за руку, потащила его к дубовым дверям.
— Хорошего вечера, — бросил он на прощание.
Большой зрительный зал театра был отделан роскошью и напоминал дворец. Большие кресла, обитые алым бархатом, гигантские сияющие люстры, внушительные портьеры и яркие прожекторы — от всего этого болели глаза. Однако, это была приятная боль.
Вопреки всем правилам, значительная часть зрителей столпилась прямо возле сцены. Я замотала головой, пытаясь отыскать Лину и ребят, хотя те бесповоротно растворились в толпе.
— Ты их видишь? — спросила я, останавливаясь в проходе.
— Нет, только тебя, — ответил Алек.
Его голос вновь наполнился хитрыми нотками, отчего я перестала вертеть головой по сторонам и взглянула прямо на возлюбленного.
— Даже когда ты ушла к родителям, я продолжал видеть лишь тебя.
— И как ты умудряешься делать это? — полушепотом спросила я.
— Делать что? — Алек непонимающе нахмурился.
— Влюблять меня в себя снова и снова. Даже когда мне кажется, что влюбиться сильнее просто невозможно, ты вновь доказываешь обратное.
На этих словах Алек изменился в лице, казалось, у него перехватило дыхание. Воспользовавшись моментом, я встала на носочки и потянула его за рубашку, прося о поцелуе. Парень наклонился и, ласково проведя пальцем по моей щеке, подарил его, позволяя забыться на несколько мгновений.
— Нужно найти ребят, — заметила я, отстраняясь.
Алек тяжело вздохнул, но всё же кивнул головой в знак согласия, и мы начали пробираться сквозь толпу.
— А что за женщина подходила к тебе в холле? — неожиданно спросил он.
Я остановилась как вкопанная, приятель врезался мне в спину.
— Эй! — усмехнулся он.
— Это София Дамрош — глава кафедры вокала в РАИ, — пояснила я. — Ей понравилось моё выступление, и она предложила мне место в Академии.
— Что?!
— Вот и я была в шоке! — неожиданно громко выкрикнула я, а затем добавила уже тише: — Она сказала, что готова взять меня без вступительных испытаний.
— Ничего себе. И ты согласилась? — голос Алека стал серьёзным.
И тут на меня нахлынуло озарение. Я вздрогнула, словно получила здоровенный щелбан. Это было лишь одно слово — Лондон. С самого детства Алек учился в Лондоне, лишь сейчас он взял перерыв, чтобы разобраться с делами и отцом. Но вскоре ему придётся вернуться в Европу. А значит, нам придётся расстаться. От этой мысли мне захотелось сесть прямо на пол и разреветься. Нет, нет, нет! Мы только помирились. Только не это!
Я нервно сглотнула.
— Если честно, я очень хочу там учиться.
— И что тебя останавливает? — нахмурился Алек, явно не понимая, в чем дело.
— Лондон, — отрезала я.
— Ты сомневаешься из-за меня?! — казалось, мои слова его сильно шокировали.
— Да.
— О, Мила, я перевёлся на заочное отделение еще месяц назад.
— Что? — моя челюсть отвалилась и вихлялась где-то на уровне коленей.
— Да. Просто не знал, как сказать тебе об этом. Я останусь здесь, навсегда. Ну если только ты не решишь перебраться в новое место, — на этих словах его губы искривились в усмешке. — Я должен приезжать в Англию лишь на экзамены, но мне кажется, что ты не будешь против небольших каникул.
— Ты — чудо, — выпалила я, бросаясь парню на шею.
Тот крепко прижал меня к себе и прошептал на ухо:
— Я никогда тебя не оставлю.
В ответ Алек получил лёгкий толчок.
— Эй, а это за что? — возмутился он.
— Я же тебя предупреждала, будешь продолжать в том же духе…
— И что тогда? — на лице парня отразилась очередная ухмылка, за что он получил новый толчок.
— Хочешь, чтобы я набросилась на тебя с поцелуями прямо сейчас?
— А что? Это очень даже заманчиво!
Я громко рассмеялась. Ну да, кто бы сомневался! Тем временем, на сцену уже вышли ведущие.
— Дамы и господа, просим вас занять свои места, — начал парень.
— Всех участников приглашаем на сцену, — закончила девушка.
Заиграла торжественная музыка. Конкурсанты поспешили наверх. Недалеко от лестницы я сумела разглядеть Лину.
— Алек, Лина там, — мой палец уже показывал в нужном направлении.
— Беги, — лишь кивнул друг.
И я побежала. Расталкивая толпу, наступая на ноги, но я всё же устремилась к своей Лине. Она уже почти поднялась на сцену, когда я окликнула её. Подруга обернулась, а затем поспешила мне на встречу.
— Мила! — выкрикнула она.
Стоило нам оказаться рядом, как я затараторила:
— Знай, что бы ни решили судьи, я очень тобой горжусь!
— Мне страшно, — честно призналась Лина.
— Мне тоже, — также честно ответила я. — Скрестим пальцы?
В ответ девушка выдала истеричный смешок и кивнула.
— Лина, — позвал, неожиданно возникший рядом, Андрей Николаевич.
— Папа! — закричала она, кидаясь ему на шею.
— Ты умница! И я, и твоя мама очень гордимся тобой.
— Спасибо, — глаза Лины наполнились слезами. — Вам обоим. Спасибо!
— Иди уже, — усмехнулась я, хотя сама готова была разреветься в любой момент.
Подруга послушно кивнула и поспешила на сцену. Там уже собрались почти все участники, судьи тоже поднялись наверх и о чём-то перешептывались. Я заметила среди них Софию, женщина смотрела прямо на меня. Точнее, на нас с Линой. На лице судьи отразилась лёгкая полуулыбка. Хм, может это знак?
Отойдя от лестницы немного в сторону, я вновь встретилась с Алеком.
— Ты скрестила пальцы?
— Да, — захихикала я — а ты?
— Да, — в отличие от меня, парень был совершенно серьёзен.
— Так, начинается, — выпалила я, когда один из судей подошел к микрофону.
Вопреки всеобщим ожиданиям, представители РАИ не спешили называть имена победителей. Каждый из них произнёс по небольшой речи, что заняло почти десять минут. Все говорили примерно одно и то же: «Вы молодцы. Каждый достоин стать победителем. Выбор был очень трудным. Даже если вы не выиграли — ждём вас в стенах Академии». Некоторые зрители даже начали откровенно зевать, а потом…
— Настало время назвать имена трёх счастливчиков, которые получат стипендию на обучение в Равенской Академии Искусств, — пропела ведущая.