Я стояла отдельно от всех гостей, совершенно одна. И меня переполняло странное чувство, словно всё вокруг — картинка из телевизора, а я — посторонний наблюдатель.
С одной стороны, я была рада ни с кем не разговаривать, мне не нужно было строить из себя светскую леди, и я могла оставаться самой собой — обеспеченной девушкой, пусть и очень далёкой от этого мира. Той, что больше всего на свете любила кофе и книги, музыку и своих друзей.
С другой же стороны, маленькое чувство одиночества начинало скрести изнутри и расти с каждой секундой. Я приехала сюда ради Алека, очень хотела познакомиться с его отцом, но ни одного, ни другого нигде не было видно.
Зато мне открылся прекрасный обзор на эту Катерину. Может быть, это сестра Алека? Только вот он не говорил, что у него есть сестра. Но может она двоюродная или троюродная? Кто знает? И всё же я была абсолютно уверена в том, что эта девушка — необычный гость.
Со своего места я могла хорошо её рассмотреть, не рискуя быть застигнутой врасплох. Катерина была высокой брюнеткой, её пышные сияющие кудри лежали идеально. Она имела красивую и стройную фигуру: округлые грудь и бёдра, тонкую талию и длинные ноги. Хотя, стоило признать, что до параметров Лины Солмей ей было как до луны.
Одета девушка была в красное атласное платье до колен, оно так сильно обтягивало её, что я невзначай задалась вопросом: как она вообще в нём передвигается? На ногах — чёрные классические лодочки, а на шее кулон в форме кольца на золотой цепочке.
Лицо Катерины было вытянутым, глаза чёрные, как смоль, и пушистые ресницы выделялись на бледной коже. Губы девушка покрасила алой помадой в тон платья.
На первый взгляд Катерина казалась божественно красивой, но неестественной, словно кукла. Не сомневаюсь, что многие покупались на её «идеальную» внешность, но не я. В голове по-прежнему стоял образ Лины, одетой в летящее голубое платье, в день её приезда из Австралии. Она была в тысячу раз прекраснее девушки напротив меня. Она была живой.
Но стоило признать, что Катерина держалась со всеми очень учтиво и уверенно. В отличие от меня, робко стоящей в углу, эта девушка была настоящей звездой! «Такой, что можно ослепнуть», — язвительно произнёс голос в голове.
Я так сильно засмотрелась на брюнетку, что даже не заметила, как опустел мой стакан. Я очнулась от своих мыслей, лишь когда услышала незнакомый мужской голос.
— Вы не позволите? — симпатичный черноволосый парень протянул мне руку.
— Спасибо! — с облегчением выдохнула я и отдала свой фужер, толком не понимая, за что конкретно его благодарю — за напиток или за то, что вернул меня в реальность. Молодой человек наполнил его соком и вернул мне.
— Не очень весёлая вечеринка, да? — произнёс он насмешливым тоном.
— Знаете, мне нечасто выпадает возможность посещать подобные приемы, поэтому сравнивать не с чем. Но вы первый человек, заговоривший со мной, то есть, почти первый, — запинаясь, произнесла я, а затем окинула парня внимательным взглядом.
Мой собеседник был чем-то похож на Алека. Такой же высокий и широкоплечий. Он имел волосы того же тёмного оттенка, но короткие. И глаза были не зелёные — голубые. А вот форма лица, носа, губ — всё было очень схоже с чертами моего милого друга.
— Простите, я даже не представился, — резко спохватился молодой человек, протягивая руку. — Меня зовут Евгений. Антверлен. А вы, должно быть, Милана?
В это миг меня осенило: это был брат Алека. Точно! Алек упоминал о нём в своих рассказах. Теперь все пазлы сложились в единую картинку. Так значит это и его вечеринка тоже?! Так, девочка, соберись. Нужно быть поучтивее с одним из хозяев этого дома.
— Да. Очень приятно познакомиться, — ответила я на рукопожатие и улыбнулась как можно шире. — Вы с братом очень похожи!
— Спасибо, мне тоже очень приятно. Вы сказали, что я не первый, кто с вами заговорил? Так с кем же вы еще успели познакомиться и пообщаться?
— Вон та девушка в красном платье, — я кивнула в сторону сногсшибательной красотки и быстро сделала глоток из своего стакана — она поприветствовала меня, когда я только пришла. Она ваша родственница? — лицо молодого человека озарило недоумение, будто я задала непристойный вопрос. Он нахмурился, явно что-то обдумывая. Возникла неловкая пауза. Я решила первой нарушить молчание.
— Простите если… — начала оправдываться я с виноватым видом, но Евгений не позволил мне договорить.
— Нет, нет. Что вы! Это вы меня извините. Я просто думал, что мой брат уже рассказал вам о Катерине. Она нам не родственница, по крайней мере — пока что. Но думаю, вам лучше поговорить об этом с Алеком, — парень явно хотел закрыть эту тему.
Я не стала препятствовать ему. Но с каждой секундой в моей голове появлялось всё больше и больше вопросов, а дурное предчувствие нарастало. Что-то с этой Катериной было не так.
Что это за девушка? Кто, если не их сестра? И что значит это «пока что»? Может их отец нашёл новую подружку и сделал ей предложение? Или вероятно, решил её удочерить, ведь на вид девушке было не больше двадцати. Кто знает какие скелеты в шкафу Григория Антверлена? Брр, да ну нафиг, что за бред?! Быть такого не может!
Чем больше я думала, тем больше странных версий выдавала моя изощренная фантазия. Нужно было на что-то отвлечься, пока я не начала воображать худшее.
— Простите, — словно прочитав мои мысли, сказал Евгений.
— Что? — растерянно переспросила я.
— Простите, я дал вам почву для размышлений, — кажется, его раскаяние было искренним. — Прошу вас, не думайте об этом. Давайте лучше потанцуем, — предложил он и подал мне свою руку.
Танец — отличный способ отвлечься. Наверняка я буду так сильно занята обдумыванием движений, что не смогу сосредоточиться ни на чем другом. К тому же, хотелось знать, что я не напрасно пыхтела в танцевальном зале все эти дни. Возможно, благодаря Лине, я смогу избежать полного фиаско.
Я кивнула, соглашаясь с предложением Евгения. Галантный кавалер взял меня за руку и аккуратно подвёл к центру залы, в которой танцевали другие гости. Он решительно притянул меня к себе и обнял рукой за талию. Видимо эта уверенность в общении с девушками в крови у всех Антверленов. Я опустила ладонь на его крепкое плечо, и мы медленно начали танцевать под красивую французскую песню.
— Вам нравятся танцы, Милана? — вежливо поинтересовался партнёр.
— Прошу вас, называйте меня Мила, — улыбнулась я.
— Хорошо. Тогда давайте перейдём на "ты"? Ведь нам наверняка придётся стать друзьями, — я кивнула. — Так ты не ответила на вопрос.
Евгений медленно провёл меня под своей рукой. А затем я, вернувшись в исходную позицию, сделала красивое движение ногой, которому научилась у Лины.
— Я нахожу их достаточно привлекательными, — ухмыльнувшись, ответила я. Настроение снова начало подниматься, — люблю смотреть, как люди танцуют на сцене. Но больше, всё-таки, отдаю предпочтение вокальному искусству.
— У тебя очень удобная позиция, — усмехнулся Евгений — ты любишь одно, но при этом уважаешь другое. Мне нравится.
— А как насчёт тебя? Что больше предпочитаешь? — спросила я, и мой партнёр улыбнулся.
— О, это очень сложный выбор. После окончания школы, я провёл много времени в путешествиях, изучал культуру и искусство разных стран. Посещал концерты, спектакли, ходил на выставки и в музеи. Я видел огромное количество талантливых людей. Но лишь один человек запомнится мне на всю жизнь.
— Расскажи, — улыбнувшись, попросила я.
— Это было одним безумно скучным вечером в Париже. Мы с моим соседом по квартире договорились сходить в бар, где играла живая музыка. Ну знаешь, чтобы хоть немного разнообразить вечер. В тот самый момент, когда мы сделали заказ и устроились поудобнее, на сцену вышла она. Такого прекрасного пения я никогда не слышал. И цеплял вовсе не красивый голос, а взгляд, отношение к тому, что она делает. Душа, которую эта девушка вкладывала в песни, словно проживала каждую, рассказанную на сцене историю. Это очень зацепило. Поэтому ответом на твой встречный вопрос будет — вокал. Так что видишь, у нас теперь есть кое-что общее, — Евгений улыбнулся, а мои губы образовали полумесяц в ответ. — Возможно, мне когда-нибудь удастся услышать и твоё пение? Алек сказал, что ты поёшь.