В платье, которое я примеряю в свадебном салоне, влюбляюсь с первого взгляда. Молочного цвета в пол, воздушное и струящееся, оно идеально садится по фигуре, и я не могу отвести глаз от своего отражения в зеркале. Едва ли не каждый день до свадьбы достаю его из чехла и любуюсь, как произведением искусства. Даже странно, что предмет одежды на один единственный день может иметь для меня такое значение. Видимо, виноваты гормоны.
До свадьбы предстоит еще многое сделать. Самое, пожалуй, важное — знакомство с родителями.
Со своими я провожу предварительную подготовку. Пару дней кручу в голове варианты построения разговора и, плюнув, прихожу к выводу, что «замуж по залету» не прикроешь никакими словесными конструкциями. В последний день отпуска напрашиваюсь на ужин.
За столом обсуждаю с мамой и папой всевозможные новости и проблемы, начиная с личных и заканчивая общемировыми, но никак не могу плавно подойти к самому важному. В конце концов приходится говорить напрямик:
— Я хочу познакомить вас со своим… парнем.
— Ну слава богу, а то с «подружкой» она на море ездила, — подковыривает папа.
— Вам Света разболтала?
— А… Светка, значит, обо всем знала? Ну партизанка, ничего не сказала! Выкладывай давай, кто он, кем работает, адреса, пароли, явки…
Я очень коротко рассказываю о Сереже. Без какой-либо конкретики, без подробностей, как можно было бы описать едва ли не каждого второго. Не хочу, чтобы у родителей заочно сложилось о нем какое-то мнение, неважно, хорошее или плохое.
— И как его зовут? — интересуется папа. И правда, во всем моем рассказе фигурировало только «он».
— Тебе не понравится — ворчу я.
Папины брови взлетают высоко вверх. Родители растерянно переглядываются.
— Так как же?
— Сергей.
Папа смотрит на меня изумленно.
— И почему мне это имя должно не понравиться?
— Ты сразу начнешь думать о том, что у внука будет отчество Сергеевич. Александр Сергеевич, Михаил Сергеевич, Никита Сергеевич — как ни назови, все вызывает ненужные ассоциации.
Папа улавливает мой шутливый тон, а мама неодобрительно качает головой, я явно нервирую ее своими высказываниями.
— Послушай, Иришка, — в притворной задумчивости произносит папа. — Когда-то я хотел, если бы родился мальчик, назвать сына Львом. Чем не вариант для внука? Лев Сергеевич — по-моему, звучит отлично!
Я скептически хмыкаю. Хоть и понимаю, что папа так шутит, где-то внутри шевелится ревность. Ну уж дудки, своего ребенка я назову сама!
Папа вдруг спохватывается, пронзительно, с прищуром смотрит мне в глаза:
— А ты это… в качестве прогноза на будущее говоришь? Теоретически?
— Нет, практически, — неделикатно режу я. — С прицелом на самое ближайшее будущее. Через семь месяцев.
У папы отвисает челюсть. Мама громко охает и, прижимая руку к груди, откидывается на спинку стула.
Ну извините, мои дорогие, так получилось…
Знакомство с родителями Сережи дается мне легче, я просто плыву по течению. Не скажу, что сильно волнуюсь перед встречей, волноваться мне вредно, скорее испытываю неловкость. С родителями первого мужа знакомилась тоже уже в качестве невесты. Но тогда мы были равноценными единицами, бедными студентами из простых семей. Сейчас я понимаю, что меня могут принять за хищницу, захотевшую поймать на две полоски ценного самца. Глупо с порога доказывать чистоту своих помыслов. С этим просто придется смириться, хотя бы на время. Морально готовлюсь к косым взглядам и двусмысленным фразам. Но ожидания не сбываются.
Сережины родители принимают радушно, неудобных вопросов не задают. Не могу понять, то ли они действительно интеллигентные люди, привыкшие уважать выбор сына, то ли Сережа провел серьезную разъяснительную работу. Этот может.
Свадьба получается такой, как я хотела, тихой и душевной. День теплый и солнечный, еще продолжается бабье лето. Фотографии как в ЗАГСе, так и на природе выходят просто восхитительными. На лицах наших гостей искренние улыбки, а в тостах и поздравлениях звучит много мудрых и красивых слов. Единственное, что омрачает нашу свадьбу — от богато накрытого стола невесту мутит. К ни го ед. нет
Беременность для меня — это месяц тошниловки и потом еще почти семь месяцев кайфа. Следить, как растет животик, прислушиваться к своим ощущениям и, наконец, почувствовать шевеления малыша — это ни с чем не сравнимый опыт! В целом я чувствую себя прекрасно, и повышенная забота и предупредительность Серёжи порой излишни. Но приятно до кончика хвоста!