Правда тяжёлым грузом упала на её хрупкие плечи. Ноги в буквальном смысле подкосились, приближая встречу обессилевшего тела с холодным полом.
Малфой, явно ожидавший чего-то подобного, в мгновение ока подскочил к девушке, предотвратив падение. Грейнджер выглядела настолько маленькой и беспомощной, что парню стало её невыносимо жаль.
Да, он и сам прошёл через что-то подобное, но он точно знал, что это правда, что это его воспоминания. А тут это всё вывалилось на неё. Она ведь уже никогда не вспомнит эти времена. Да, она может посмотреть эти воспоминания через омут, но вспомнить, нет.
- Не трогай меня, нет! Уходи! - Гермиона начала биться, пытаясь вырваться. Хотелось убежать. Спрятаться. Раствориться.
- Успокойся, всё нормально. Ты вернулась, - Малфой говорил так спокойно, будто ничего не произошло. Он крепко держал гриффиндорку, боясь хоть на мгновение ослабить хватку.
- Ты врёшь! Это всё ложь! Розыгрыш! Я не верю! - наверное, лучший способ не сойти с ума в такие моменты - это отрицать всё, что не укладывается в голове.
- Грейнджер, успокойся! - Драко схватил её за плечи, поворачивая к себе лицом. Он заглянул в её глаза, полные ужаса. - Ты же мне поверила. Это правда. Ты знаешь.
- Мне… мне, - Гермиона будто задыхалась.
- Тебе надо прилечь, - тихо сказал Драко, подхватывая девушку на руки. Та медленно кивнула. Слёзы прекратились, но взгляд был таким стеклянным, что казалось, Малфой нёс на руках не живого человека, а просто куклу.
По пути к башне старост слизеринец встретил только парочку пуффендуйцев. Ребята удивлённо посмотрели на странную парочку, но никто из них не решился что-нибудь спросить у Малфоя, а тем более возразить ему.
До комнаты парень дошёл без происшествий. Он был рад, что в гостиной не было Фила. Этот надоедливый кусок старосты только помешал бы.
Малфой положил гриффиндорку на кровать, накрыв пушистым одеялом.
Они обязательно поговорят. Но только завтра.
Перед уходом парень ещё раз посмотрел на девушку, которая уже успела уснуть. Длинные ресницы Гермионы заметно подрагивали, давая понять, что ей снится какой-то сон.
========== Глава 32. Сближение ==========
- Люмос. Нокс. Люмос. Нокс, - Драко сидел на подоконнике в туалете для девочек. Он, наверное, не смог бы сегодня заснуть. В последнее время сон начал отходить на второй план. Поспал – хорошо. Не поспал – ну, и ладно.
- Может хватит уже играться? Ты мешаешь мне спать, - Миртл, призрак местного туалета, порхала над раковинами, корча недовольные рожицы. Но было видно невооруженным глазом, что она очень рада ночному гостю.
- Ты же призрак, - Малфой поднял на неё взгляд. – Ты не умеешь спать.
- А может именно сегодня у меня получилось? – возразила плакса Миртл, подлетая к нему ближе. – Думаешь, раз я умерла, значит совсем ничего не умею?
- Можешь идти спать дальше, - устало пробормотал слизеринец.
- Ну, теперь ты меня уже разбудил, - нахмурилась она. – У тебя опять что-то случилось? – призрак игриво улыбнулась парню, но тот промолчал. – Ты больше не хочешь со мной делиться своими секретами?
- Я и раньше ими не делился, - спокойно ответил Драко. – Мне уже пора, - он соскользнул с подоконника и направился к двери. – Спасибо за приют, - кинул он напоследок.
- Вечно вы, живые, спешите убежать от меня, - послышался дрожащий голос Миртл. По всей видимости, она снова собиралась плакать.
Малфой не спешил возвращаться в свою комнату. Он направился в совятню, которая, как и ожидалось, была полупустой. Большинство сов улетели охотиться. Благо, филин самого Драко находился на месте. Птица встрепенулась, увидев своего хозяина. Действительно, он уже давно никому не писал.
Нарцисса сказала, чтобы он связался с ней, если прозреет. Видимо, такой момент наступил. Парень не знал, где она или с кем. Но он был уверен, что их семейный филин с легкостью отыщет дорогу.
Мать и сын не разговаривали уже давно. Слизеринец часто о ней думал, переживая, не случилось ли чего.
“Здравствуй, мама. Я знаю, что ты сильно на меня обижена, но прочти это письмо до конца. Помнишь наш последний разговор? Ты сказала, что будешь меня ждать. Я пришёл в себя. Наверное, давно стоило всё понять. Но, наверное, мне нужен был отдельный повод, и он случился.
Ты знаешь меня лучше всех. Я всегда с трудом принимал решения и часто ошибался. Я привык делать то, что от меня требовалось. Теперь я хочу сам выбирать, что делать. Но один я с этим не справлюсь.
Если у тебя будет возможность, пришли мне хоть какой-нибудь знак. Дай знать, что ты жива.
Люблю тебя, Драко.”
Слизеринец поспешно водил пером по пергаменту, пока филин нетерпеливо царапал деревянную перегородку у него под ухом.
- Ты хоть не беси, - огрызнулся Малфой, привязывая письмо к его лапке. Филин лишь бросил на него высокомерный взгляд и поспешил улететь.
Гермиона села на кровати, мягко потягиваясь. В комнате было не так уж и светло, солнце спряталось за тучными облаками. Её тело бил лёгкий озноб. В сознании мелькнули картины вчерашнего вечера и Грейнджер, шумно выдохнув, рухнула обратно на кровать.
Еле заметные лучики света, которые пробивались сквозь тучи, игрались на потолке, то и дело сталкиваясь друг с другом. Девушка наблюдала за этой картиной, размышляя обо всём подряд. Она пыталась переиграть в своей голове все воспоминания, увиденные в омуте памяти, анализируя каждый шаг.
В какой момент она поняла, что между ними что-то происходит?
Как эти бесконечные ссоры и перебранки привели к тому, что Малфой бросился под круциатус ради неё?
Где именно была эта грань, эта черта, которую они так легко перешагнули?
Девушка встала с кровати. Пол был очень холодный, поэтому она поморщилась и забралась обратно. Так не хотелось покидать уютную тёплую кровать и идти решать все эти проблемы.
- Доброе утро, - Фил выглядел удивительно бодрым сегодня. Он сидел на кресле в гостиной и тут же поднял голову, когда услышал шаги своей соседки. – Ты только встала? На завтрак не боишься опоздать?
- Успею, - пробубнила девушка и скрылась за дверью ванной. Она даже не посмотрела на время, когда проснулась. Да, опаздывать не стоило.
Гринт все ещё был в гостиной, когда она вышла. Было видно, что он её ждал.
- Слушай, я не хочу, чтобы между нами были какие-то разногласия, - он встал перед гриффиндоркой, спускающейся по небольшой лестнице. – Я хотел как лучше. Ты же сама знаешь, что от этого Малфоя нельзя ждать ничего доброго.
- Я не хочу сейчас обсуждать Малфоя, - строго сказала девушка.
- Да, конечно, - осекся Фил. – Просто давай не будем ругаться.
- Забыли. Ладно? – натянуто улыбнулась Гермиона. Она уже давно на него не злилась, но расплываться в любезностях ни с кем не хотелось.
- Вот и прекрасно, - когтевранец улыбнулся. – Я же так и недорассказал тебе историю с блевательными батончиками, - сразу оживился он.
- Вот, по дороге в большой зал и расскажешь, - согласилась Грейнджер, поравнявшись с ним.
Но не успели они сделать и шагу, как дверь в гостиную открылась. За ней стоял Драко, уверенно глядя на оцепеневшую парочку. Увидеть его утром девушка никак не ожидала.
- Я помешал? – Малфой поднял одну бровь, глядя в упор на Гермиону. Он манерно растягивал слова, совсем как раньше.
- Зачем ты пришёл? – неуверенно спросила Грейнджер, переминаясь с ноги на ногу. Они могли поговорить вечером, да хоть ночью. Зачем надо было заявляться на порог с утра пораньше?
- Ты знаешь, - спокойно ответил тот. Ни одни мускул на его лице не дёрнулся.
- Может тебе выделить здесь отдельную кровать? – дружелюбный голос Фила вмиг переменился. Весь его вид стал холодным и отстранённым. – Ты чуть ли не ночуешь здесь.
- А тебе, видимо, скоро выделят кровать в больничном крыле, - серые глаза блеснули недобрым огнём. Он спокойно шагнул внутрь гостиной. Пусть его тело и выглядело расслабленным, лицо выражало невероятную сосредоточенность.
- Мы уходим, - постановил Гринт, вставая ближе к Гермионе. Драко, кажется, заметил это. Он напрягся.
- Ты уходишь, - он сделал упор на первом слове.