Реакция весьма двусмысленная. С одной стороны, Александр Исаевич осудил названную публикацию и даже отмежевался от нее, но с другой – не отказался от авторства опубликованной под его фамилией статьи.
Прошло совсем немного времени, и появилось интервью с Н.А.Решетовской, в котором она заявила: «…идея книги возникла у Александар Исаевича еще в 60-х годах. Тогда мы активно общались с семьей профессора Николая Кобозева, жена которого Эсфирь Ефимовна – еврейка. В огромной библиотеке профессора, где любил проводить время Солженицын, существенная часть книг была посвящена еврейским вопросам» (5).
А далее, как утверждала Н.А.Решетовская, «где-то в конце 80-начале 90-х годов» сын Н.И.Кобозева Алексей предложил ей купить сохранившуюся у него рукопись статьи А.И.Солженицына о евреях. «Я, – читаем мы в интервью Натальи Алексеевны, – даже не знала о ее существовании, но, конечно, выкупила рукопись…за достаточно большую сумму и отдала на хранение в Пушкинский дом в отдел секретных рукописей» (6). «…это состоящее из нескольких десятков страниц научное исследование», по ее словам, и «разрослось до двух томов «Двести лет вместе» (7).
Тем самым Наталья Алексеевна признала, что специальная статья А.И.Солженицына по еврейскому вопрсу все-таки существовала. Открытым оставался лишь вопрос: ее ли опубликовал А.И.Сидорченко? Ответ на этот вопрос дал сам Александр Исаевич изданием второго тома своей книги «Двести лет вместе». Как уже отмечено в печати, между этим томом и статьей «Евреи в СССР и в будущей России» имется целый ряд текстуальных совпадений, а глава о лагерях вошла в книгу почти полностью. Вот только одно сопоставление (текстуальные расхождения выделены жирным шрифтом):
Евреи в СССР и будущей России Двести лет вместе
Если б я там не побывал – не написать бы мне этой главы (как и всех моих книг). До лагерей и я так думал: наций не надо замечать, никаких наций вообще нет, есть человечество. До лагерей я был интернационалистом – энергично наивным, неистовым. А в лагерях присылаешься и узнаешь: если у тебя удачная нация – ты счастливчик, ты обеспечен, ты выжил. Если общая нация – не обижайся. Ибо национальность – едва ли не главный признак, по которому зэки отбираются в спасительный корпусу придурков (С.45) Если б я там не побывал – не написать бы мне этой главы. До лагерей и я так думал: наций не надо замечать, никаких наций вообще нет, есть человечество. А в лагерях присылаешься и узнаешь: если у тебя удачная нация – ты счастливчик, ты обеспечен, ты выжил. Если общая нация – не обижайся. Ибо национальность – едва ли не главный признак, по которому зэки отбираются в спасительный корпусу придурков (Т.2. С.330)
После этого все сомнения относительно авторства статьи «Евреи в СССР и в будущей России» рассеялись. В связи с этим в феврале 2003 г. главный редактор газеты «Еврейские новости» Н. Попирный обратился к А.И. Солженицыну с открытым письмом, предлагая ему дать разьяснения (8). С тех пор прошло уже много времени, но Александр Исаевич хранит молчание. Да, и что тут скажешь*.
*Через полгода после публикации этого письма А.И.Солженицын вынужден был признать авторство статьи «Евреи в СССР и в будущей России», опубликованной А.И.Сидорченко (Солженицын А.И. Потёмщики света не ищут // Комсомольская правда. 2003. 23 октября).
С изданием книги «Двести лет вместе» была поставлена последняя точка в затянувшемся споре об отношении великого гуманиста к евреям. На память невольно приходит знаменитый Альхен – голубой жулик, который воровал и стыдился, стыдился и все равно воровал.
А ведь все началось гораздо раньше, еще тогда, когда А.И. Солженицын написал «Республику труда» и наделил самого отрицательного героя еврейской фамилией. И хотя он уверял потом, что взял этот образ из жизни, такое обьяснение никак нельзя признатиь серьезным. Ведь он же писал не историю конкретного лагеря. Затем появился роман «В круге первом», в котором некоторые читатели тоже увидели элементы скрытого антисемитизма (9).
Видимо, желая, чтобы его правильно поняли, в 1966 г. Александр Исаевич открыто встал на защиту евреев и в очерке «Пасхальный крестный ход» написал: «Евреев мы все ругаем, евреи нам бесперечь мешают, а оглянуться б добро: каких мы руских тем временем вырастили? Оглянешься – остолбенеешь» (10). Вот, ведь, как: евреев ругаем, а сами не лучше. Одно утешает, евреи евреями были всегда, а русских, от которых «столбенеешь», вырастили недавно, «тем временем». Значит, когда-то мы были не как евреи, все-таки лучше.
А вот возмущенные слова Александра Исаевича по поводу реконструкции Москвы из «Письма к вождям»:
Окончательный вариант Первоначальный вариант
“Мы сделали все наоборот: измерзопакостили широкие ручсские пространства и обезобразили сердце России, дорогую нашу Москву: какая ошалелая несыновья рука разорвала бульвары, так что нельзя уже ими пройти, не ныряя в унизительные каменые тонели? Какой злой чужой вырубил Садовое кольцо, заменил его бензино-асфальтовой отравленной зоной” (Публицистика. Т.1. С.162). “Мы сделали все наоборот: измерзопакостили широкие русские пространства и обезобразили сердце России, дорогую нашу Москву: какая нерусская рука разорвала бульвары, так что нельзя уже ими пройти, не ныряя в унизительные каменые тонели? Какой нерусский топор вырубил Садовое кольцо, замени его бензино-асфальтовой отравленной зоной” (Кремлевский самосуд. С.267)
Комментируя эти высказывания, А.Флегон ехидно спрашивал их автора: какие же нерусские архитекторы могли это сделать? чуваши? тунгусы? или, может быть, чукчи? (11)
Конечно, нет. Хорошо известно, что реконструкция Москвы осуществлялась под руководством Лазаря Моисеевича Кагановича, а главными его помощниками были архитекторы Н.Гинзбург и А.М.Заславский (12).
Это значит и «ошалелая несыновья рука» была еврейской, и еврейским был «злой чужой топор». Как тут не вспомнить известную частушку: «Если в кране нет воды, значит выпили жиды» (13).
Но разве генеральная реконструкция Москвы осуществлялась бы по- другому, если бы ею руководил Н.С.Хрущев или какой-нибудь другой человек с русской фамилией? Тем более, что Генеральный план реконструкции Москвы был разработан под руководством русского архитектора В.Н.Семенова (14).
Полемизируя в свое время с А.Д.Сахаровым, А.И.Солженицын счел необходимым отметить, что его недавний союзник игнорирует такое важное явление как нации, которые, по его мнению, были, есть и будут, отвлекаться от них было бы ошибкой, а оправдывать их изживание – преступлением (15). Можно по-разному оценивать подобные взгляды, но в них нет ничего предосудительного. Предосудительный характер они начали приобретать тогда, когда Александр Исаевич счел возможным сравнить нации с людьми, что позволяет подразделить их на хорошие и плохие (16). И хотя сам А.И.Солженицын считает, что нет абсолютно плохих, и абсолютно хороших людей, и что в разные периоды жизни человек может вести себя по-разному (17), однако в жизни любого человека, что-то преобладает. А значит, у отдельных наций тоже могут преобладать положительные или отрицательные черты.
Кто же относится к хорошим нациям? Прежде всего, почему-то эстонцы (18). Но самое главное – щедрые американцы. А кто – к плохим? Ответ на этот вопрос А.И.Солженицын оставляет открытым, но мы, с его слов, уже знаем – евреи хуже русских. И не только русских, но и украинцев (19).
Не случайно, видимо, как пишет В.Н.Войнович, среди тех, кого он почитал, был В.Солоухин, а «среди особо ценимых им друзей, кому он посвятил самые высокие комплименты – Игорь Шафаревич. Не просто антисемит, а злобный. Таких называют зоологическими. Владимир Солоухин в книге, написанной перед смертью, сожалел, что Гитлеру не удалось окончательно решить еврейский вопрос. Александр Исаевич уважал Солоухина и почтил приходом на его похороны» (20).