Мак-Адам слишком опасен, чтобы и дальше играть с
ним в кошки-мышки. У него длинные руки, а в подвалах
замка работают мастера по части развязывать языки.
—
И все же я не могу уехать... — сказал Крейтон.
Разумом он понимал, что ему следует немедленно
бежать, получить на руки необходимые документы и
возвратиться героем в Англию; но он не мог. Не мог, не
убедившись, что с Энн все в порядке, что в его
отсутствие с ней ничего не стрясется.
—
Почему не можешь?
—
Потому что моя миссия еще не закончена, —
солгал он, — а раз так, я должен ждать.
Энн резко встала из-за стола, словно сдерживая
внезапный приступ гнева.
—
Эндрю, ты должен уйти. Пожалуйста, ради
меня.
Крейтон расслышал в ее требовательном голосе
дрожь от подступающих слез. Девушка по-настоящему
боялась за него. Тоже встав, он подошел к ней и стал
сзади. Ему так хотелось обнять и утешить Энн. Она
290
повернулась, подняла на него глаза. И вновь Эндрю
почувствовал, как тает его воля к сопротивлению
чувству.
—
А если Донован арестует тебя прежде, чем ты
все здесь закончишь? Тебя будут пытать, и ты скажешь
все, что он хочет узнать, или даже все, что он хочет от
тебя услышать; Эндрю, он же убьет тебя!
—
Нет, этот человек не настолько глуп; его
интересует то, что представляет важность для
государства и короля, и когда я расскажу ему о том, что
успел узнать, он как человек дальновидный не станет
лишать меня жизни.
—
Нет, я тебе не верю. Ты остаешься из-за меня.
Неужели ты не видишь, что мы совершенно бессильны?
Ничто на свете уже не сможет предотвратить мой брак.
Через месяц меня обвенчают с лордом Мюрреем!
Эндрю, нам придется расстаться, но я не могу
расстаться с тобой просто так.
Он обнял Энн за плечи и привлек к себе!
—
Ты думаешь, Энн, что я убегу, как трусливый
заяц, оставив тебя расхлебывать кашу, которую сам же
заварил? Да никогда, клянусь Господом! Я скорее сгнию
в донжоне, чем позволю кому бы то ни было тронуть
тебя хотя бы пальцем!
По щекам Энн потекли слезы, губы ее задрожали.
—
Но я-то, я этого не переживу. Если ты умрешь,
умрет и моя душа. Чтобы примириться с будущим, я
должна знать, что ты в безопасности!
Энн чувствовала себя маленькой и хрупкой в
объятиях Эндрю. Соль ее слез была у него на языке, а ее
нежные губы приоткрылись навстречу его поцелую;
больше он уже не мог сдерживать себя. По телу его
291
пробежал трепет, прежде ему незнакомый. Кровь кипела
в жилах, сердце бешено стучало. Он прижал Энн к
груди, наполнив ее блаженным теплом; руками девушка
обняла голову Эндрю, и ее пальцы запутались в его
густых волосах. Она словно парила в воздухе,
прижимаясь к нему каждой клеточкой своего тела.
—
Ах, Энн, самое тяжелое на свете — это
оставить тебя, но еще хуже — знать при этом, что ты...
—
Пожалуйста, выслушай меня. Ты должен
понять, что есть вещи, над которыми мы не властны.
—
Что именно, Энн?
—
Я... Я знаю, что должна выйти замуж за другого,
что наши жизни никогда не сойдутся. Даже если тебе
удастся осуществить свои планы, ты уже не успеешь
прийти мне на помощь.
—
Но я могу успеть убить этого ублюдка!
—
Я не хочу, чтобы ты пролил ради меня кровь. И
даже если ты убьешь его? Ты полагаешь, Яков позволит
нам соединиться? Да и Мюррей не злодей, Эндрю. Он
также всего лишь исполняет приказание короля.
—
Не надо мне доказывать его невиновность!
Разве найдется мужчина, способный жениться на
женщине, которая его не желает? Исключая, конечно,
этого чертова Мак-Адама!
Энн осторожно высвободилась из его объятий и
подошла к горящему камину, протянув над ним руки.
—
Да, он принудил Кэтрин к браку, но, пожалуй,
не стоит так уж сокрушаться.
—
Что ты хочешь сказать?
—
Мне кажется, Кэтрин в него влюблена... —
Глаза Энн потеплели, и губы дрогнули в улыбке: — Мне
ли не распознать чувство, которое владеет и мной? Мне
292
ли не заметить ее любовь, Эндрю, если я сама
переполнена этим чувством?
Крейтон до глубины души был потрясен ее кротким и
тихим признанием; он вновь обнял девушку.
—
Никогда не думал, что смогу полюбить
женщину так, как люблю тебя, Энн. И при этом
чувствовать себя столь беспомощным и бессильным.