Кот посмотрел на машины, быстро мелькающие перед его глазами, на ноги прохожих, на осеннюю листву в которой почти утопали его лапы, --- и решил не заморачиваться, решая загадку, -- кто и где? -- А просто доверится своему чутью, он уже почти определил волну, по которой мог найти пришлых,(Софи и Гари) а поэтому прогулочным шагом медленно побрёл, наслаждаясь природой и хорошей погодой.
Глава 37.
ПРИШЛЫЕ...!
-- Гари! Гари…! Услышал он и ощутил давно забытое чувство, -- его трясли за плечо, он отчётливо почувствовал чьё то человеческое тело. Голос, зовущий его, был несколько приглушен, но знаком,
-- Софи…? Гари открыл газа.
Незнакомая девушка стояла рядом, дёргала какой то предмет, похожий на человеческое тело и обеспокоенно смотрела.
-- Софи...? – опять спросил он.
-- Ой господи, что заикал, словно заезженная пластинка! Да это я!
Гари посмотрел по сторонам.
Деревья, лавка, небо, голоса, люди, голова закружилась, и он покачнулся в явном намерении рухнуть на землю,
--Гари стой! Незнакомка схватила его за рубашку и усадила назад на скамейку.
Он удивлённо посмотрел на её руки, затем на себя,
-- Что это…? Рубашка…?!
-- Да это рубашка, а ты человек в рубашке, -- засмеялась Софи.
-- И ты человек...?
Софи перестала смеяться и серьёзно посмотрела на него.
-- Гари…! Хватит уже…, что не заметно...-- и я.., тоже человек! Ну посмотри на меня,
Софи, соскочила с лавки встав прямо перед ним, затем, отошла на шаг растопырив по сторонам руки, от чего стала похожа на пугало с огорода(но очень красивое), и сделав несколько поворотов на триста шестьдесят градусов, присела в шутливом реверансе.
-- Мы снова люди…! Тихо сказал он.
-- Ага! – взвизгнула девушка, -- Представляешь у нас целых два дня!
Гари не разделял её восторга, он прекрасно помнил прошлое погружение, и ничего хорошего не ждал на сей раз.
-- Софи, Артур на связь не выходил…? —опомнившись спросил он.
-- Нет...
-- Нужно срочно с ним связаться, времени мало, не известно, как поведут себя хозяева этих тел.
Софи всё ещё стояла перед Гари и удивлённо смотрела на него,
-- Да ты чего..., это же целых два дня! Представляешь, все два дня мы можем делать что захотим.А знаешь, что…, ты давай связывайся с Артуром, а я, сбегаю вон в тот магазинчик, -- она показала на противоположную сторону дороги, где светился огнями бутик женской одежды.
Увидев, его осуждающий взгляд она заискивающе добавила,
-- Гари миленький, я только на минутку, померю несколько платьишек и назад. Честное слово.
Она щебетала словно птичка, а ему было не хорошо, в нутри его тела что- то жалобно поскуливало, жутко мутило.
Он посмотрел на Софи: глаза незнакомой девушки ярко блестели, щёки пылали, она явно была не в себе.
Гари привстал со скамейки, взял Софи- незнакомку за руку, и насильно усадил рядом с собой.
--Софи — это эйфория…, последствие перехода, посиди, привыкни к телу.
Слегка подёргавшись, крольчиха Софи, --- на сорок восемь часов человек, надула губки и капризно сказала,
-- Чего мне привыкать, -- ноги, руки, голова…, -- и тут она замолчала, потом перевела взгляд на него.
-- Гари, я не вижу своих рук…, -- в ужасе простонала она, -- Только какие -то красные пятна, будто кровь, -- теперь уже она закачалась и медленно стала сползать со скамейки. Он подхватил её и прижал к себе,
-- Ничего сейчас всё пройдёт. Ты в теле танцовщицы вскрывшей себе вены. У тебя её дежавю. Это жалость к себе. Заплакав навзрыд девушка прижалась к нему, а он обнял и медленно медленно гладить по спине.
Немногочисленные прохожие с интересом поглядывали на них, но быстро пробегали мимо.
Проплакавшись она подняла голову, и заглянула Гари в глаза.
-- Гари…! Я всё помню…, я знаю, что я вскоре сделаю, но только не понимаю зачем! Софи вытерла мокрый нос и уже готова была вновь разрыдаться, но он опередил её.
-- Это не ты сделала, успокойся. Сейчас подойдёт Артур.
Он отодвинул её от себя и посмотрел в её заплаканное лицо,
-- Ты же знаешь Артура…?
-- Ты помнишь кто такой Артур…?!
Самое главное для инкарнированных (пришлых, как они сами называли себя), при попадании в чужое тело, было не потеряться в его страстях, и эмоциях, не нарушить ход событий и не жалеть погибающую душу.
Они должны были сохранить себя и свою память, не дав страхам и боли, которые опустошали самоубийц, проникнуть и завладеть самосознанием пришлого, (инкарнированного) который в свою очередь, не должен был влиять на поступки тела, в которое он вселился.