Сомникс верил, что Гари и Софи справятся, он уже нашёл Сириуса и предупредил о проблеме с «перевёртышами» и о том, что к нему наведаются гости.
Сириус стоял в верху всего «братства» Шепелявых, он ушёл из жизни по глупости, почти ребёнком, и теперь, уже не один десяток лет, бродил меж людей не в состоянии найти место, для своей погубленной души.
Вселенная не стирала его, -- за столько лет он сделался незаменимым, чистая душа ребёнка видит, и слышит всё, что происходит в кругу Шепелявых. Его метки всегда верны, он ни разу не ошибся и не погубил невинного. Это был профессионал.
Сомникс верил, что когда ни будь Вселенная простит и вернёт ему, то что он по детской наивности выбросил.
Перестав мусолить в голове информацию о тех, кто выбрал не тот жизненный путь, Сомникс задумался, -- кого он подберёт для Софи и Гари.
Только он подумал о Софи, его губы тут же расплылись в улыбке.
Но она получилась какой-то странной, Сомникс поймал себя на мысли, что хотел бы увидеть, как это у него вышло.
Ощущение лица носа, бровей, губ, исчезли: лицо стало чужим, и когда он попытался улыбнутся ещё раз, то почувствовал, что на том месте где должен быть рот, (за место губ,) появились два тяжёлых хот – дога, по краешку которых стекало что-то похожее на кетчуп.
Проведя ластой по тому месту, что когда-то было лицом, Сомникс почувствовал только бугристую поверхность: изуродованный облик предшественника тут же встал у него перед глазами, но как раньше паники не вызвал.
Софи, Гари и Сириус заполнили всё сознание Сомникса, -- видимо, как целостная единица его тело и мозг уже переставали существовать, его мысли направляли.
Вселенная была в нём!
Сомникс облегчённо вздохнул, страх ушёл, осознание что он ещё нужен и должен довести до конца ту часть работы что на него возложена, только укрепилось.
Он опять подумал о Софи,
Уж как этой милой пушистой зайке, не хватало женских прибамбасов: как она страдала что не может одеть платье или туфли на каблуках, казалось, что облик зайчихи полученный ей непонятно по какой причине, (даже он, не смог это узнать) волновал её намного меньше, чем предметы женского туалета, и он решил дать ей облик молодой, рыжеволосой, танцовщицы, вскрывшей себе вены в прошлом году.
«И чего спрашивается не жилось.? Бойфренд видители бросил, -- вот теперь и танцует между временем и пространством.»
С Гари было намного сложней, -- парень так сжился с обликом Коршуна, что находиться в теле человека для него было пыткой.
-- Нужно найти кого попроще, без сложностей, --подумал Сомникс,
--Того, кто долго не думал, и не страдал перед смертью, кого она застала врасплох
В его голове стали летать картинки: один, другой, третий…, души метались в его сознании словно пойманные и посаженные в огромную клетку птицы, они бились в стенки времени, отлетали назад, а их стоны не могли оставить равнодушными, никого, кто бы их услышал.
Сомникс оценивающе, смотрел на новичков сильно отличавшихся от тех, кто уже смерился с произошедшим, и медленно скользил в дозволенных пределах.
Одна субстанция ему приглянулась, он притянул её поближе,
-- Нужно посмотреть почему он здесь…, что произошло…?
Тёмно серый круг, медленно плавал вокруг бушующей массы, он слегка пульсировал и менял цвет, это было не характерно для самоубийц,
-- Кто ты…? Тихо спросил Сомникс, проведя рукой по воздуху.
Ответа не последовало, но он почувствовал, что его услышали: новичок замер, затем его цвет изменился, покрывшись дымкой, шар плавно заскользил в его сторону.
Перед глазами Сомникс возникла картина, -- Скала, девушка и полёт в никуда.
Сомникс понял: -- Это тот, кто ему нужен, -- ни переживаний, ни страданий, только злость, жажда и порыв, а самое главное ощущение полёта.
«Возможно это чувство и поможет Гари» -- решил Сомникс, остановив свои поиски на новичке.
Давно зная, что Гари не отрабатывал своё время в рядах инкорнированных, -- это было его настоящим и скорей всего, желанным будущим, Сомникс в какой-то мере был рад за друга.
Когда он думал о нём, то никак не мог понять, почему Вселенная отвела Гари роль приземлённого человека, если его душа всегда жаждала свободы и полёта
Но Вселенная и не ждала что бы её понимали, Вселенский разум для человека был не постижим.
Глава 32.
-- Привет- прозвенело за спиной, Сомникса вырвав его из раздумий, он слегка вздрогнул и повернул свою легко подвижную голову на сто восемьдесят градусов.