-- Год за пять…! -тихо произнёс Сомникс и поехал к зеркалу.
Глава 1. (Смирение)
Путь до огромного, занимающего половину стены стекла, занимал не более двух минут, за это время перед газами Сомникса пролетала вся его прошлая жизнь: жизнь среди людей. Воспоминания словно киноплёнка, возвращали его в то время, когда он ещё считал себя человеком.
-- Когда, это было и было ли вообще…? -- опять сказал он в слух. Его тело, уже не принадлежало ему, а душа болела: словно старый, дряхлый, старик, -- молящий жизнь отпустить, а забвение не опаздывать.
Зеркало стояло в кабинете, когда он впервые попал в дом и каждый день проходя мимо, он не осознано заглядывал в него, как-бы приветствуя себя и новый день. Когда с его телом, стали происходить странные вещи, он хотел закрыть его, -- занавесить тканью, чтобы не видеть свое преображение. Но как бы он не старался, оно всегда оставалось открытым. Огромное стекло отказывалось подчинятся, продолжая отражать всё вокруг…, и его!
Вселенная хотела, чтобы он видел и помнил об отпущенном ему времени, и о работе, которая не должна прекращаться: и он смерился.
Подъезжая к зеркалу Сомникс, больше не отводил глаза и здоровался с тем, что смотрело на него оттуда. Заново знакомился с самим собой: новым и ужасным.
Спустя какое-то время, он привык к этой психологической экзекуции, и даже стал ждать утра, потому что знал: чем меньше остаётся его плоти, тем меньше времени в его распоряжении и тем быстрее, он должен был действовать.
Иначе всё напрасно, все жертвы, его потраченная жизнь, -- всё попусту.
Он должен был найти наместника и закончить работу.
ГЛАВА 2
Кресло легко, еле слышно катилось по-старому, облупившемуся паркету. Покорёженные временем досточки, кое где немного разошлись и тихонько поскрипывали. Живые звуки, врывающиеся из-под колёс, покалывали, будоража слух и играя роль подсказки. Беззастенчиво выуживая из памяти приятное и не очень, они постоянно возвращали в прошлое. Подгнивший пол странным образом говорил с ним пугая страшными пророчествами.
Иногда, он долго решался на то, чтобы тронутся с места: не хотел нарушить тишину, которая стала его спутником и другом. Он теперешний…, -- многого чего не хотел помнить, а знать, что будет дальше побаивался: в душе он оставался человеком, во многом слабым и пугливым.
Но сегодня, его ничего не страшило, его странным образом тянуло к стеклу.
Тихо шурша шинами, кресло подъехало к тому месту где, он притормаживать каждое утро, чтобы поздороваться с тем, кто, смотрел на него, из старого полу облупившегося стекла.
Сомникс просто не мог позволить себе, подъехать слишком близко, или встать слишком далеко.
Он так решил…! Только правда и ни чего более!
Любое зеркало, имело особенность преувеличивать, или преуменьшать реальность, если встать не под тем углом, или не на том расстоянии.
Вот и сейчас: медленно приближаясь к нему, он увидел то, с чем уже смирился за последние дни: -- ЕГО…, вновь стало чуть меньше, чем было вчера.
Сегодня, только одна его голова не подвела и могла сказать: --- то, что отражалось, когда-то было полноценным человеком, с руками и ногами.
Волосы, глаза, губы, -- это всё…, что осталось от него прежнего, что пока не претерпело изменений. Кожа на лице, конечно состарилась и немного пожелтела, став морщинистой и обвислой, но это ерунда по сравнению с тем, что, происходило со всем остальным.
Его тело…! Он, каждый день должен был привыкать к тому, как изменялось его тело: и он почти привык.
Спокойно, с детским интересом Сомникс осматривал себя и прикидывал, -- Что произойдёт, когда платить будет не чем, когда кости в его теле закончатся?
Уже сейчас, с другой стороны зеркала на него смотрело почти бесформенное чудовище.
Тщедушная, тоненькая шейка, плавно переходила в что-то странное, на подобие рыбных плавников. Новообразования заменили его плечи и руки, заканчиваясь двумя разрезами в виде клешней. При первом их знакомстве, эти выросты казались уродливо - мягкими и подвижными. Вначале они испугали его, но затем удивили. Оправившись от первого шока, Сомникс быстро приспособился к ним и был даже доволен, новым приобретением.