Обступая его со всех сторон они не давали дышать, замещая собою кислород. В сознании Сомникса появились провалы: чёрные плеши прошлого вклинивались в настоящее. Откинувшись на спинку кресла, он застонал.
Эмма и Эрик, самое дорогое что было в его жизни!
Всё исчезло, пропало, в глубине времени, -- в лабиринтах вселенной.
Самым страшным для него, было осознание того, что его сын: продолжение его и Эммы отверг его: ушёл, без объяснения причины — вот тогда он и понял!
Вселенная лишила его сына.
Но так ли это…? Сомникс не знал!
Эрик был совсем маленький, когда судьба определила для Ника одиночество и трудную участь Сомникса.
Не имея сил бороться, он закрыл глаза, а воспоминания мучавшие его последние дни, вновь затянули в себя.
Пред ним, словно призрак возник пожилой мужчина: в тот первый день, когда всё началось, он внезапно появился рядом со скамейкой, где в то время сидел Николай, наблюдая за резвящимся сыном.
Тихий, вкрадчивый голос незнакомца, его мягкая улыбка, его вопрос --«Может ли он, присесть рядом с ним?» Эхом прозвучали у него в голове.
В тот момент Эрик гонял с мальчишками на велосипедах, а он с удовольствием наблюдал за кульбитами, которые вытворял сын с трёх колёсным другом.
Человек сел рядом и после нескольких минут молчания, тихо спросил, -- Вы его отец?
Ник, посмотрел на соседа, и с гордой улыбкой ответил, -- Да…! Правда клёвый пацан!
Какое-то время мужчины молча наблюдали за ребятнёй.
-- Его мать умерла…?
Ник замер, затем повернулся к незнакомцу и с беспокойством посмотрев на старенького - пожёванного человечка, удивлённо спросил.
-- А вы откуда знаете…? Незнакомец не ответил на вопрос, он, будто его не слышал.
Отрешённо смотря в противоположную сторону, мужчина опять спросил, -- И каждую ночь, вы хотите свести счёты с жизнью…?
Ник, смотрел на старика во все глаза, он не знал, что думать, его мозг отказался выдавать какие-либо версии.
Его обступила тяжёлая тишина, которую нарушали лишь скрипы шин велосипедов по асфальту.
Мужчина встал со скамейки и подал Нику визитку, -- Не стоит так убиваться…, у вас другая судьба…, -- он посмотрел в ту сторону где резвилась малышня, -- Приходите…, не медлите!
Николай настолько был поражён случившимся, что так и остался сидеть на лавочке с зажатой в руке визиткой. Его сознание осталось там, на балконе, под звёздами со стоящим за спиной силуэтом старика.
Только спустя пару минут он посмотрел по сторонам, пытаясь найти странного человека, -- но не нашёл. Среди спешащих по своим делам прохожих его не было.
На душе стало беспокойно. Вокруг него кипела жизнь, играли дети по своим делам спешили люди. Вроде всё так, как было до того момента, когда появился этот странный человек. Он помнил, как привстал со скамейки и поискал глазами сына. Отчётливые воспоминание о том, что в тот момент его что-то смутило, заставило напрячь зрение и слух, всегда были с ним.
Какое-то не понятное движение воздуха, странное перешёптывание листьев на деревьях, вот если бы в тот момент он остановился, выбросил визитку и забыл про старика. Тогда, его жизнь могла сложится по-другому. И Эрик был бы сейчас с ним.
Но тогда…, он видел только сына лихо мчащимся на велике в погоне за своим сверстником. Лицо мальчишки, раскрасневшееся от возбуждения, его коротко стриженные волосы, вспушённые ветром и напоминающие в этот момент старый потрёпанный веник.
Эрик гнал на всех парах, не обращая внимание на поднявшегося со скамьи отца, лишь поравнявшись с ним он притормозил.
-- Что…, Пап, уже пора, -- в голосе мальца было столько досады, а в его взгляде столько сожаления, когда он посмотрел в след удаляющемуся сопернику, что Ник, только улыбнулся.
-- Нет, не пора…, -- он подошёл к сыну обнял его за худенькие плечи и подтолкнул, -- Давай..., вперёд, а то не догонишь.
Он, помнил радостное-- лицо сына, его горящие, счастливые глаза!
Сомникс прикрыл веки ластой, он давно не плакал и давно, эти воспоминания так ярко не вставали перед ним. Сейчас, он попытался отогнать их, но не получилось, воспоминания ожили без спроса и никуда не собирались уходить.