В тот момент Сомникс не успел ничего сказать, только предупредительно поднял руку что бы смахнуть птицу, но опоздал, Коршун сунул клюв поглубже, преобразователь щёлкнул, и ни его ни Софи, что стояла на столе недалеко от Гарри и ковыряясь в коробке, не стало.
Тогда, он сразу всё понял и быстро вытащил друзей из тел Шепелявых в которых попали их души, но даже и того не большого времени хватило, что бы они вернулись не похожи сами на себя, испуганные и потерянные. Их оказывается в разные места закинуло, и тела к своим попёрлись, -- типа мышечная память.
Сомникс тогда сильно за Софью переживал, она и так трудно с произошедшим смерялась, а тут такое…. Опять человек, -- живой, на двух ногах и ходить, и говорить можешь, -- но вот в зеркале, не себя видишь. Ну как такое спокойно пережить?
После этого случая, Софья несколько дней в доме не появлялась, по лесам шастала, а когда вернулась, на ту зайчиху, что хвасталась пушистой шкуркой, и намёка не было.
Ободранная, худая, хромая на передние лапы, как зашла в дом сразу у порога упала, и два дня как убитая спала.
Зато, когда проснулась и наелась, объяснения Сомникса приняла спокойно и сдержанно. Наверное, после этого случая Софья стала другой, -- ни ныла, ни плакала, под ногами с одним и тем же вопросом не путалась.
Повзрослела девочка и приняла свой нынешний облик, как должное.
Воспоминания о друзьях немного оживили мозг Сомникса, он открыл глаза и подъехав к преобразователю отыскал волну Гарри.
-- Да Сомникс, я слышу тебя, -- голос Коршуна был несколько резок и приглушался порывами ветра, - Что-то произошло? Гарри был всегда рядом, он так любил небо что редко сидел на земле, чаще всего парил высоко в небе наслаждаясь свободой. Вот и сейчас он ответил почти сразу.
-- Гарри! Вызови Софи и оба ко мне, -- коротко сказал Сомникс не желая говорить по преобразователю. «Если они перехватили волну Сириуса, то где гарантия что не вышли на мою,» -- подумал он и сразу отключился.
Глава 27.
После разговора с Сомниксом Кот-Артур заблокировал свою волну, спустился с дерева, сел под водосточной трубой и задрав голову смотрел в верх.
-- Как это мне удалось так лихо спустится, -- думал он, разглядывая водосток, превратившийся за долгие годы служения в шаткое полуржавое корыто, едва прикреплённое к стене дома.
В свете почти полной луны, все предметы, окружавшие его, казались не естественно большими и уродливыми, остов дома скривившись на одну сторону был уродлив и зиял тёмными проёмами окон.
Задрал голову ещё выше, кот чуть не перевернулся на спину.
-- Да где же оно? – думал он, шаря глазами по стене, где должно было быть небольшое чердачное окно, через которое он вылез на ружу.
Тень от старой крыши падала на дом так, что, прятала под собой всё, что располагалось чуть ниже, поэтому Артуру приходилось только догадываться, где, оное могло располагаться.
Лезть наугад страшно не хотелось, он отошёл чуть подальше и встал под то дерево, что сыграло для него роль переговорной вышки, и откуда, он чуть не свалился благодаря камню, пущенному в него старой грымзой.
Луна светила так ярко, а вечер был так тих и прекрасен, что, прижавшись к тёплому стволу Артур задумался, -- «А не прогуляться ли ему по подворотням, может, какая кошечка приглянется, так и ночку скоротаю» -- мечтал он, шаря глазами по тёмному фасаду.
Пока он прикидывал как провести остаток ночи, луна немного сместилась, и тень от козырька крыши плавно проследовав за ней, открыла дыру на чердаке, прямо не далеко от водосточной трубы.
-- Эх не повезло вам кошечки, такой парниша хотел по вам пройтись! —вздохнул Артур,
-- Да дела не ждут…, в следующий раз! — грустно сказал он, видимо поддерживая в себе чувство ответственности, которое могло и пошатнутся. Уж сильно ночка хороша была. Ещё раз тяжело вздохнув он посмотрел по сторонам, и поставив шерсть дыбом, вяло пошёл к водосточной трубе.
Уже спустя пару минут, кот лежал на мягком диване и думал, как удобнее улечься с подушкой или нет,
-- «С кошечками пролетел, так хоть по-барски на диване улечься»- ворчал он, придвигая когтями мягкую, тёплую подушку и водружая на неё, своё пушистое тельце.
Пока сон плавно закрадывался в его голову, он не переставал думать,
-- «Какая у котов жизнь шикарная, -- и моют тебя и кормят тебя, и на мягкое спать укладывают, не то что собак на коврике у двери. Хочешь диван, хочешь хозяйская кровать, можно и по столу прогуляться, а можно и куда тебе вздумается пойти. Нет…! Прежде чем опять человеком рождаться, нужно хорошенько подумать, -- Стоит ли шило на мыло менять?!»