Автомобиль остановился.
Оба посмотрели назад. В темноте под дождём солдаты копошились, отцепляя буксировочный трос.
— Узнаю былого Пересветова, — кивнул Дятлов с довольной ухмылкой. — Ума мне втолкать надумал по старой привычке?
— Просто делай добросовестно своё маленькое дело и пусть всё будет так, как будет, — подытожил Пересветов, теперь призывая расслабление. Пришлось-таки закатить младшему товарищу мини-лекцию! Почти как в старые добрые времена. — На кого ещё людям надеяться в обычной жизни, если не на таких, как ты? Однажды всё будет, но не в наше время. — Он щёлкнул пальцами. — Молодой ещё. Идеалист. А мне до общества большого дела уже нет. У меня в теплице во-о-о-от такие огурцы! — Он показал руками что-то, по размеру схожее с кочергой для камина. — А помидоры… во-о-о-отакущие! — И отмерил руками, по меньшей мере, воображаемый арбуз. — А уж каких сомов из реки вытаскиваю!..
Молодой человек с горькой усмешкой выставил руки в отрицающем жесте.
— Размер сомов не показывай. Длины машины не хватит. Печально слышать такое от мужика, который до увольнения… Впрочем, ладно, — кивнул он с демонстративной сдержанностью. — Молчу.
Пересветов резко среагировал на услышанное — сцепил челюсти в борьбе с самим собой, с собственными эмоциями. Промолчал. Впился глазами в дорогу. Вот уже и поднялись в горку. Асфальт в окружении дождливой тьмы поблескивал в свете фар подобием грязной чёрной реки.
Со стороны Пересветова заглянул в окно Колыма — лишь глаза сверкали из-под натянутого на голову дождевика.
— На ходу?
Подполковник кивнул и без лишних слов положил руку на рычаг коробки передач.
Они медленно поехали, огибая заставу, бронетранспортёры, грузовики и щитовые заграждения. Солдаты обустраивали под хлещущим дождём мобильные заградительные барьеры из плотных, лёгких материалов. Глядя в окно на всё это, Дятлов тревожно цокнул.
— Нам как будто лучше туда не ехать.
— Не поедем, тогда и кина не будет, — усмехнулся подполковник. — Рык сказал позвонить, когда приедем в город. Уточнит адрес.
Спустя несколько мгновений раздался звонок. Но не от генерал-полковника Рыкова.
Дятлов проверил свой телефон. Звонила жена. Проснулась она среди ночи… Нежданно обнаружила на соседней подушке вместо мужа странную записку: «Уехал на рыбалку с Пересветовым! Люблю, целую, не ругайся». Всадники апокалипсиса ещё не прискакивали, но Марьянке они ни к чему — она и без них устроит апокалипсис!.. Дятлов с тяжким вздохом помотал головой.
Пересветов взглянул на экран и улыбнулся изображению девушки с крайне недовольным лицом, но с большими, весёлыми глазами цвета серого мрамора. Под нарочито-косо, пижонски, надетой чёрной шапочкой — прямые светлые волосы с небрежно вплетенными в них лентами — синей и жёлтой.
— Вот, с Марьянкой и побалакай, — ухмыльнулся он. — Она вправляет тебе мозги лучше, чем мог бы наш ротный по прозвищу Федя Питбуль.
Дятлов, глотая недовольство, вцепился пальцами в смартфон.
— Всё нормально, — спокойно сказал он жене. — Не переживай! Поехал на рыбалку с Пересветовым…
— На рыбалку?.. — удивился Пересветов, обруливая очередной БТР, а так же группу солдат, расставляющих заграждение, и недоумённо покачнул головой. — Сказочник…
Пересветов обожал подслушивать разговоры Дятлова с женой. Нравилась ему экспрессия этой парочки, их постоянное качание на качелях непонятно откуда берущихся в таком объёме эмоций, а также умение Дятлова каким-то образом выкручиваться из самых неудобных положений перед требовательной и пытливой женой.
Дятлов с растущим недовольством выслушивал неприятную тираду, лившуюся в уши потоком раскалённой магмы.