Как она могла?..
Полина подняла перемазанные кровью ладони, прижала их к щекам и протяжно завыла.
0. Ты ничего не теряешь
Маша пришла последней, как и всегда. Шагнула из-под весёлого весеннего дождя, барабанящего по брусчатке Арбата, под навес кафе, тряхнула зонтом над тротуаром и вошла внутрь, не забыв натянуть на лицо медицинскую маску. Протянула руку хостес, следуя правилам хорошего тона нового времени. Термометр мигнул зелёным, и она тут же стянула маску на подбородок. Бывших однокурсников Маша заметила сразу — не так много времени прошло, чтобы люди изменились. Она шагнула к столу и махнула рукой, рассыпая капли с рукава за воротники:
— Привет!
Над столиком повисла тишина.
— Маша? — тихо произнесла Саша Журавлёва, такая же полненькая и подвижная, как три года назад, когда они выпускались. — Машка!
— О-о-о, Чёрненькая! — раздалось со всех сторон. — Мальвина такая! Ты чего волосы в синий выкрасила, кризис среднего возраста?
Ей живо освободили место, и она села, с наслаждением сбросив мокрую куртку на спинку стула. Возник бардак, какой бывает всегда, когда трезвый человек присоединяется к подвыпившей компании: заговорили все и сразу, посыпались вопросы и шутки. Маша лениво отбивалась: всё нормально, работаю, волосы просто так покрасила, да, всё ещё на мотоцикле, нет, сейчас на метро, нет, пить всё равно не буду.
— Машка молодец у нас. — медленно проговорил Лёша Фролов, уже изрядно окосевший, подперев подбородок кулаком. — И училась хорошо, и не пила никогда. Спортом ещё этим занималась, как его… Дзюдо?
— Карате. — поправила Маша.
— А, точно! — Лёша изобразил нечто, напоминающее магические пассы руками: — У! Ха!
Все рассмеялись, и Саша тут же ткнула его локтем в бок:
— А ещё она тебе нравилась, да?
Лёша на провокацию не поддался, ответив ещё громче:
— Да она мне и сейчас нравится! Жилин, ты как, Машку до сих пор ненавидишь, как в институте? Она вечно перед тобой была!
Никто не воспринял его трёп серьёзно, но Маша почувствовала, что заливается краской. К счастью, подоспела официантка с меню и разговор как-то сам собой перешёл на другую тему. Антон Жилин ответить ничего не успел. Может, он и не собирался этого делать. Чёрненькая с облегчением затихла в уголке, налила себе чай и больше слушала, чем говорила.
Обсуждение блюд из меню перескочило на воспоминания о преподавателях, поставленных и не поставленных зачётах, шпаргалках и совместных выездах на природу. Затем, следуя невероятной логике пьяного разговора, свернуло к особенностям разведения пауков в домашних условиях. Когда же и о пауках все выложили всё, что знали, разговор потёк медленнее и коснулся поездок, гор, туризма… И, наконец, работы.
Маша отползла поближе к спинке стула и постаралась стать незаметной. Манёвр не удался, конечно же. И когда бывшие однокурсники обсудили, что Лёша работает почти за спасибо, ухитряясь при этом содержать жену и ребёнка, Ника Исаева зарабатывает тем же способом, каким в своё время получала зачёты, а Антон Жилин таинственно сообщил, что работает «на телевидении», но отказался говорить, в каком именно шоу, очередь дошла до Маши. Журавлёва тщательно облизала вилку и, словно обвиняла её в чём-то, ткнула зубцами в Чёрненькую:
— Так, Маша! У тебя что с работой?
— Ну, так, — Маша неловко поёрзала на стуле. — Так, ничего особенного.
Фролов, уже посчитавший себя главным неудачником компании, заметно оживился:
— Не-не-не, рассказывай! Ты же у нас главный фанат журналистики была! Книгу хотела написать, этот… Тру детектив?
— Это сериал. — поправила Саша. — «Настоящий детектив». А Маша хотела написать тру крайм, верно?
Чёрненькая кивнула, поджав губы. С мечтой о книге она так и не рассталась.
— Ну, скинешь рукопись старым друзьям?
— Да это… Потом, может. Когда она появится. Пока что-то сюжета подходящего не подвернётся никак.
— Да? — не унималась Саша. — Так, а где ты трудишься-то, раз сюжетов нет? Так хотела в криминал, а сама, небось, журнал «Сад-Огород» пошла?
Кто-то хохотнул: «Сад-Огород» в их компании был шуткой для своих. Скучное место, куда работать пойдёшь разве что от безысходности.
— В «Рыболов-спортсмен»! — попыталась отшутиться Маша, но от Журавлёвой, имевшей хватку питбуля, так просто было не отвертеться.
— Ну так, где, Маш? Тебя нам в пример ставили всё время! Или ты как Антон, стесняешься говорить? Может, вы коллеги с ним?
— Я… В общем, в маркетинге. Тексты пишу.
— Типа… — Фролов поводил рукой в воздухе. — Типа как этот их, в какой-нибудь журнал профессиональный? «Вестник маркетинга»? Ну, если место тёплое, то…