В трубке тихонько завыли.
— Лена?! — сипло выдохнула Чёрненькая.
— Маша! Маша, это я! Где ты? Ты уже уехала из города? Мне страшно, Маш! Маш, помоги!
Маша отняла телефон от уха и с недоверием посмотрела на экран. Очередная ловушка? Дочка покойного Валентина Витальевича, сестра Вавы, просит её о помощи? Ей страшно? Это в городе-то, где Вава был царём и богом?
Но ведь Вава и убил Валентина Витальевича. Своими руками или чужими — не важно. Если не пожалел отца, почему должен жалеть сестру? Маша склонила голову. Не должен. И не пожалел бы. Разве что, если сестра выполняет его поручение. Пока она ему нужна, пока она приносит пользу, он едва ли решит от неё избавиться. Знает ли об этом Лена?
Она закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Тоненький вой из трубки повторился:
— Ма-а-аша-а-а…
— М? — коротко выдохнула Маша. На большее сил уже не хватало.
— Маш, забери меня! Мне страшно! Вава… Вадим… — Лена отчётливо всхлипнула и тихо выдохнула. — Вадим папу убил! И меня убьёт! Маша, забери меня!
— Ты знала, что он — Вава? И молча…
— Нет! — Тихий плач едва не превратился в рыдания. — Я не знала, не знала, клянусь! Я только знала, что он мой брат! Машенька, пожалуйста, я тебе клянусь, я не знала! Я ничего не…
— Хватит. — Маша потёрла горло ладонью.
Лена послушно умолкла, теперь слышны были только тихие всхлипы и сопение.
Чёрненькая посмотрела на дорогу перед собой, на город позади. И мысленно прокляла свою доброту, не истреблённую перенесёнными ужасами.
— Где ты?
*
Возможно, скажи Лена, что она в городе, прячется где-нибудь в пустом доме, Маша не решилась бы поехать за ней. Бросила бы трубку и отправилась навстречу своей судьбе. Но Лена, по счастью, из города сбежала. Правда, сделала она это по железнодорожному мосту. Добираться до него пришлось по узенькой тропинке, петляющей по лесистому берегу. Обзора почти никакого не было, и Маше постоянно казалось, что она вот-вот наткнётся на шайку последователей Вавы. Рёв двигателя слышно хорошо, найти её можно без проблем. А местные наверняка способны догадаться, по какой именно тропинке она едет. Но за ближайшим поворотом никого не оказывалось. И за следующим. И за тем, что следовал за ним.
Маша ожидала, что Лена бросится ей навстречу, едва мотоцикл появится в поле зрения, и попытается повиснуть на шее, но та неожиданно отступила по узкой тропке, вьющейся между деревьев, и встала, вытянувшись по струнке и спрятав руки за спиной. Откинув подножку, Чёрненькая устало, но пристально осмотрела свою знакомую. Грязная, вся в царапинах, одежда порвана. У неё, определённо, тоже была та ещё ночь.
— Тебя Вава послал?
Лена вздрогнула, как от пощёчины, и побледнела. Даже с расстояния Маша видела, как запрыгали её губы. Но голос, пусть и дрожащий, звучал уверенно:
— Нет! Он папу убил! Я ему… Я ему…
Рыдание прорвалось на краткую секунду: Лена сгорбилась, её плечи вздрогнули, из груди вырвался резкий стон.
— Папа ничего такого не хотел! — выкрикнула она, сжав кулаки. — Он исправился! Хотел как лучше! Ребятам хороший пример подавал!
Маша мысленно добавила к этому списку секс с малолетними девочками, но вслух эту мысль не озвучила.
— Он был добрый! А Вадим… Вадим… — Лена всплеснула руками и принялась торопливо рыться в карманах. — Я же записала! Записала, что Вадим с тобой сделал!
Чёрненькая вскинула голову.
— Что?!
— Да вот же, Маш! Во! Гляди!
Лена развернула к ней экран телефона, и Маша быстро отвернулась. Ей не хотелось смотреть. Раздался искажённый динамиком дешёвого телефона, но всё ещё узнаваемый голос:
— Привет, Маша! Как дела?
— Я решила, что смогу, как ты! — дрожащим голосом объявила Лена громко. — Я спряталась и снимала! Я знала, где они соберутся!
Впервые за ночь и утро Маша ощутила что-то кроме боли и отчаяния. На её лице появилась слабая улыбка. Она уже хотела сказать Лене, чтобы она садилась на мотоцикл, но зазвонивший телефон не дал ей этого сделать. Она взглянула на экран: «Папа». И без особых эмоций приняла вызов.
— Ну и как? — вместо приветствия поинтересовался отец. — Как игра в сыщика? Сложнее, чем…
Маша перебила его:
— Пап.
— Ну?
— Иди в задницу.
*
Больше всего Маша боялась, что Вава изменит решение. Сейчас, когда у неё появился шанс на спасение. Боялась, что сзади появится автомобиль, который попросту спихнёт их с Леной с дороги. И боялась полиции.
Поэтому она предпочитала гнать мотоцикл дальше и дальше по дороге, петляющей в полях, объезжая деревни и избегая посёлков. На указателях появлялись незнакомые и странные названия: Перехваль, Данков, Елец…
Она рыскала туда и сюда, сворачивая с асфальта на пыльные грунтовки и выныривая обратно на асфальт. Маша смутно догадывалась, что заблудилась. Но не желала в этом признаваться даже самой себе. Потому что это означало бы, что им придётся остановиться. Потерять время. Дать поймать себя тем, кто, возможно, мчится следом.