Грэг подорвался с места и уже был готов кинуться на моего друга — идиота, если бы я не схватила его руку. Я успокаивающе посмотрела на него, а потом обернулась к Дориану.
— Что тебе надо? — мой тон был жёстким. Ведь я, как и Грэг, не очень желала, чтобы нас прерывали, да еще и так нахально.
— Я искал тебя по всему дому. Хотел поговорить с тобой, убедится, что ты в порядке после нашего разговора — парень будто бы не заметил явных порывов Грэга набить ему морду.
Он смотрел прямо на меня, и в его глазах была видна боль. Мне почти стало его жаль. Но я уже приняла решение и не собираюсь от него отступать. Я больше не хочу быть влюблённой в Дориана. Я больше не хочу быть слабой.
— Со мной всё в порядке. Спасибо за беспокойство, но не стоит — пусть мой голос был немного язвительным, и Дориан не заслуживал такого отношения, но мне было плевать.
— Николь, давай поговорим — он умоляюще смотрел на меня.
— Убирайся, щенок! Она дала ясный ответ — Грэг опять рванул к нему, но я снова его остановила.
— Я тебе не щенок, ублюдок. Не лезь не в свое дело! — теперь в Дориане заиграла агрессия.
Это бывает крайне редко, ведь он никогда не любил марать руки. У него со всеми были дружеские отношения, может, потому что он понимал, что в драке он не так силен, как в словах. Ему было легче запудрить мозги человеку, чем броситься в драку. За всей напыщенностью и нахальством скрывался острый ум, и именно это привлекало меня. Пусть он был слабее в схватке, но он уж точно был умнее любого знакомого мне парня, пусть он и тщательно это скрывал.
— Хэй, парни, давайте без лишних движений — я попыталась их успокоить, но Грэг, видимо, был достаточно вспыльчив.
— А мне лишних и не надо — только процедил сквозь зубы Грэг.
И тут случилась неожиданность. Дориан сам бросился на парня. Сейчас, видимо, его ясный ум помутился, так как Грэг был больше и крепче его.
Я сорвалась с места и встала перед Дорианом. Схватив его за плечи, я монотонным голосом начала успокаивать его.
— Пожалуйста, не нужно этих разговоров. Все уже сказано, единственное, что я могу добавить так это то, что мне уже порядком надоело притворяться прежней. Я больше не чувствую к тебе тех чувств. Я больше не влюблена в тебя, Дориан, поэтому я прошу, отпусти меня.
— Ты врёшь. Все эти слова — ложь. Почему тебе сейчас так трудно признаться? Ведь раньше ты открыто говорила о своих чувствах.
— Раньше я была другой, сколько можно это говорить. Мы больше не в том мире живём. Хватит изображать, что все в порядке. Ничего не в порядке, черт возьми. Теперь нам нужно думать о выживании, а не о своих гребанных чувствах.
— Здесь ты права, но у тебя остались эти гребанные чувства — упорность слышалась и в его голосе и читалась в его взгляде.
Он не собирался отступать, а мне эти разговоры осточертели. Раньше я бы часами могла говорить с ним на такие темы, а он убегал от меня постоянно, как только я заводилась. Сейчас мы поменялись местами, он стал более ранимым и искренним, а я отчуждённой и безразличной.
— Уходи, Дориан. Прошу, просто оставь меня в покое.
На этих словах я отвернулась от него и направилась к Грэгори, который всё это время только и ждал, когда же я дам ему зелёный свет, и он хорошенько отметелит парня. Но я его сдержала.
Что странно так это то, что Дориан молча ушел. Обычно он всегда должен был сказать что-то напоследок. Но на этот раз он не проронил более ни слова. Нужно мне перестать сравнивать все с прошлым.
— Давай просто поспим. Я слишком устала.
Грэг коротко кивнул, немного разочарованно. Мне бы хотелось продолжить всё, но ни о каком желании не могло идти и речи. Дориан окончательно испортил мне всё настроение. Единственное мое желание было заснуть. Заснуть вдали от Дориана и всей прошлой жизни.
Я умостилась на старом матрасе на полу и ждала, пока Грэг ляжет рядом, но он этого не сделал.
— Я еще никогда ни с кем не спал — немного испуганно сказал он. Впервые вижу его таким. Я тихонько засмеялась.
— Не верю, что ты девственник.
— Нет, я имею в виду именно спать — теперь его волнение стало возрастать. Это поразило меня.
— Ну, это будет твой первый раз. Как и мой, впрочем. Я не хочу идти вниз, а мне больше некуда пойти.
— Я не выгоняю тебя, я просто лягу в том углу — он показал на противоположный угол.
— Ты не будешь спать просто на полу, я тебе не позволю. Раз так, то я там лягу — я начала подниматься, но он меня остановил.
— Черт, Николь. Ты спишь здесь. Я постелю себе одеяло — он достал из ящика грязное старое одеяло — не спорь.
Он развернулся и направился в тёмный угол. Я была слишком подавлена, чтобы спорить еще и с ним. Видимо, он еще не готов переступить эту черту нашей близости. Секс — это, конечно, близкий контакт, но вместе спать — это нечто более глубокое, и я его понимаю. Мы оба еще не готовы к таким переменам.
…
Проснувшись, сама того от себя не ожидая, я решила впервые после этого странного сна взглянуть на себя в зеркало и накраситься. Что-то внутри просто жаждало заняться хоть чем-то обычным. Я подошла к зеркалу и взглянула в отражение.
Передо мной больше не стояла та неуверенная в себе девочка с большими карими глазами и коротко обстриженными каштановыми волосами. Теперь некогда округленные черты лица стали острее, осанка уверенней и даже волосы, которые я раньше так старательно укладывала в аккуратное каре, теперь растрепались, но предали мне еще более уверенный вид.
Я оглядела себя всю. Раньше у меня были проблемы с фигурой. Я была недовольна своими не худенькими ляшками и не стройной талией, но теперь это проблема пропала из-за такой физической и моральной перемены жизни. Впервые мне понравилось свое отражение, что я решила не утруждать себя украшением косметикой. Теперь она мне не нужна. Да, и глупо торчать перед зеркалом в такое тяжелое время.
Я улыбнулась сама себе и почувствовала прилив сил. Пора приступать к работе. Нужно сделать эту ферму своим домом.
…
— И почему вы сидите? У вас, что роботы мало? — я обращалась к парням на крыльце, которые спокойно сидели и курили.
Они вопросительно на меня посмотрели и пожали плечами. Я быстро рассказала, что нужно сделать и направилась к остальным. Пусть людей у нас и немного, но вот работы у нас было завались. Поэтому отдыхать никто не будет.
Многие возмущались, некоторые даже отказывались, но у меня всегда находился один достойный ответ: «Для того, чтобы выжить нужно жить, а для того, чтобы жить нам нужны условия для жизни. Но как же вы собираетесь получить хорошие условия для жизни, если вы не будете что-то для этого делать?». После этих слов все замолкали и шли работать.
Я написала список заданий: ремонтные работы, разведать территорию вокруг, собрать урожай от прошлых владельцев, найти запасы провизии. Ну и еще пару десятков пунктов. Этот список я повесила на двери в дом, и через несколько часов в этом списке начало появляться еще больше пунктов, а некоторые из них зачеркивались.
Вот так и началась наша совместная жизнь. Через два часа, когда я закончила убираться в доме и посмотрела на список, то увидела там новый пункт, который сильно меня встревожил. Починить солнечные батареи.
— Да, ты — молодец. Всех заставила работать — это был голос Грэгори, который стоял, опершись на деревянные брусья на крыльце. Я похлопала его по плечу и улыбнулась.
— Труд — это хорошо в любой ситуации. Ты, кстати, тоже чем-то займись, например, почини солнечные батареи.
— Я бы сделал это, если бы мог, но я совершенно в этом ничего не смыслю, как и все мои люди.
Я нахмурилась. Его люди не смогут починить батареи, но кто тогда сможет? И тут мне в голову пришло решение.
— Твои люди не смогут, а вот мои — да.
Я не стала дожидаться его ответа и побежала к Линдси и Джаннет. К моему великому удивлению, даже Джаннет была занята.