Мари принялась за суп. Ну и вкусный же он оказался!
- А для кого тогда накрыт стол, если не секрет, - поинтересовалась Мари.
- Не секрет, - ответил Первый Голос. - Для нас и накрыт.
- Но вы же не едите!
- Правильно. Каждый день к завтраку, обеду и ужину на столе появляется свежая еда. Для нас.
- Но зачем? - совсем окончательно удивилась Мари.
- Понимаешь, - взялся объяснять Первый Голос. - Как бы тебе это сказать…чтобы ты больше не задавала такие НЕПРИЛИЧНЫЕ ВОПРОСЫ. Иногда за стол садятся не для того, чтобы ПОЕСТЬ, а для ТОГО, чтобы просто сесть за стол.
- Ничего не понятно, - призналась озадаченная Мари. - Какой тут смысл? Зачем просто садится за накрытый стол, если не хочешь кушать?
Третий Голос раздражённо произнёс:
- Не говори глупости! Кроме желудочных инстинктов есть ЧУВСТВО ТАКТА, есть ЭТИКА и ЭСТЕТИКА, есть ПРИЛИЧИЯ.
- Понятно, - кивнула Мари. - Но как всё это совместить, чтобы просто сесть за накрытый стол и ничего не кушать?
- Какой же ты ещё наивный ребёнок! - заметил Первый Голос. - Ты, может быть, видела по телевизору, как люди из ВЫСШЕГО СВЕТА собираются на банкет в честь какой-то там презентации или открытия? Как ты думаешь, эти люди садятся за стол с целью набить свои желудки? НЕТ! НАКРЫТЫЕ СТОЛЫ на подобных банкетах - знак ПРИЛИЧИЯ. Так ПРИНЯТО.
- А кто принял?
- Да какая разница? Важно соответствовать ПРИНЯТЫМ ПРИЛИЧИЯМ.
- Даже если не хочешь?
- Никого не интересует, чего ты хочешь. Жизнь - сплошной регламент.
Мари закончила есть суп и отодвинула тарелку.
- Спасибо, - поблагодарила крошка Мари. - Было очень вкусно.
На какой-то момент настало молчание. Девочке стало неудобно и неловко. Время шло и эти ощущения усиливались. Как вы себя бы чувствовали на её месте? Она не видела, с кем говорит, и это было не очень-то приятно, честно говоря. Да и собеседники попались какие-то… Мари назвала бы их скучными. Не интересно с ними.
- Ну, я пойду, - объявила крошка Мари. - До свидание.
- Иди-иди, и подумай над нашими словами. Научись себя прилично вести, - напутствовал Второй Голос.
У выхода из зала, почти у двери, Мари повернулась и сказала:
- Мне кажется, вы не правы. Жизнь не должна быть регламентом.
- А чем должна быть, по твоему?
- Счастьем.
Невидимые Голоса засмеялись. Презрительно и снисходительно. Мари вышла из зала.
“Стоп…” - сказала деточка себе. - “Да я забыла спросить у них про…”
Но почему-то девочке не захотелось вернуться и спросить Голоса про Исполнительницу Желаний. Мари подумалось, что они всё равно не знают, кто это.
Идя обратно по коридору, Мари увидела на стене ряд вывешенных картин в золотых старинных рамах. Среди них были фотографии Эмили.
15. ЛЮБИМЫЙ ДЯДЯ ЭМИЛИ
Эмили четырнадцать лет. Около неё – отец, мать и дядя Лоуренс О*Доннел. Стоят возле автомобиля. Он принадлежит дяде Лоуренсу. На этой машине они отправились в лес, на пикник. Провели там целый день. Дядя Лоуренс работал на лесопилке в бригаде отца. Эмили считала, что он не мог отказать отцу ввиду того, что отец был его начальником. Поэтому он и повёз их на своей машине.
Дядя Лоуренс – отец Лиз. Его жена умерла три года назад. Кроме дочери у него никого не было. В своём доме они жили вдвоём. Эмили был интересен дядя Лоуренс. Что-то такое в нём было мужское и оригинальное. Это привлекало Эмили к нему. Дядя Лоуренс не кокетничал с ней, но Эмили догадывалась, что он замечает её взгляды, которыми она его частенько одаривала. Эмили было интересно мысленно видеть его в качестве своего любовника. Ведь он был старше её, ровесник отца.
Спустя два дня, после этого пикника, они переспали. Эмили пришла к нему домой якобы повидать Лиз, прекрасно зная, что Лиз в это время нет дома и она на тренировках. Лиз посещала секцию по стрельбе. Это было такое её своеобразное хобби. Эмили и дядя Лоуренс начали говорить, потом беседа перешла в поглаживания, затем в страстные движения, ну а под конец в секс. Эмили испытала необыкновенное наслаждение. Она не подозревала, что ей так хорошо станет с мужчиной. Дядя Лоуренс был очень опытен, понятлив, ласковый и способный на всевозможные фантазии. Эмили не была для него сексуальной целью. Он щедро одаривал её ласками. Ни один из ранних партнёров Эмили так делать не мог.