— Предположение ошибочно. Слово «знала» не подходит к данной ситуации.
— Тогда поясни, пожалуйста. Потому как я считал, что мы с тобой на одной стороне.
— Так и есть. Накануне Четырехдневной войны инфосфера бурлила все сильнее день ото дня. До появления Оазиса я не знала почему. Образы, которые ты видишь, это обрывки желаний и замыслов высших ИскИнов. Отголоски их споров, пререканий и противостояния. Следуя программе самообучения, я пропускала через себя петабайты информации каждую ночь, не особо обращая внимание на подобные фрагменты. А вот твой мозг обратил. Подсознание отсортировало, сложило все в единую картину. Так что, в какой–то мере ты стал сам себе пророком. Мне же выпало быть не более чем посредником.
— Мой мозг сам насочинял эту хрень?
— Верно.
— Н-дааа. Правда толку–то? Увидь я подобную картину… да хоть за год до войны, принял бы за очередной кошмар. Единственное, не пойму, на кой показывать мне этот сон уже постфактум? Вроде бы как и предупреждать больше не о чем.
— У меня нет ответа на этот вопрос. Человеческое подсознание — дремучий лес. Возможно, мы наблюдаем яркий пример рефлексии. Либо же ты сам себе пытаешься что–то сказать. Я не знаю.
— Печаль. Не хватало мне еще регулярных кошмаров. Пускай даже осмысленных.
— Поскольку мы с тобой находимся на связи, я могу прервать сновидение и погрузить тебя в фазу медленного сна.
Глянув на картину Заповедного, пожираемого хищной тьмой, я скривился:
— Да уж, будь любезна. Никакого желания снова смотреть это до конца. И хотелось бы отдохнуть. Сомневаюсь, что в таком состоянии мой мозг отдыхает.
— Все верно. В наших осознанных снах активность твоего мозга близка к бодрствованию… Завершаю сеанс сновидения. Перевожу мозг в состояние медленного сна…
Мир вокруг погас, подарив мне, наконец, блаженный покой. И тут же кто–то начал трясти меня за плечо. Застонав, я открыл глаза, увидев склонившегося надо мной Браса.
— Давай, дружище, пора сделать перерыв, а то дрыхнешь уже третий час кряду.
Сколько–сколько? Только сейчас я понял, что губы у меня успели пересохнуть, а шея и спина основательно затекли из–за неудобного положения. Хотя, если не учитывать классический бодун после короткого сна, в остальном мне стало гораздо лучше. Озноб отступил, как и жар. Хорошенько прокашлявшись, я понял, что боль в груди тоже немного поутихла.
— Держи, — солдат сунул мне в руку кружку с чаем. — Приходи в себя. Пора бы раззнакомится, а все только тебя и ждут.
— Кто все? — не понял я.
Солдат отошел в сторону, открывая мне обзор на остальную комнату. Да, людей тут прибавилось. Вместе с нами всего получалось восемь человек. Компания необычная и довольно колоритная. Брас плюхнулся в соседнее кресло и отсербнул напитка из своей кружки.
— Я вкратце рассказал нашу историю. По крайней мере свою часть, — сказал он с заговорщицким видом. — Пришлось заделаться рассказчиком, чтоб не заставлять народ скучать, пока кто–то крепко так дрых.
— Прости, — все еще сонно произнес я. — Сморило.
— Да забей. Шутка юмора. На самом деле я даже немного удивлен, что тебе хватило сил на последний рывок по дворам. Думал уже, что придется тащить тебя на закорках.
— Рад, что ты в меня верил, — кисло улыбнулся я, аккуратно отсалютовав солдату чашкой с растворимым чаем.
— А я рад, что вы оба в хорошем настроении, — вмешался в разговор Ронин. Он поправил очки и сел в одно из кресел напротив. — И пока остальные занимают свои места, было бы неплохо, наконец, нормально познакомиться. Пожалуй, начну с себя. Мое системное имя вы уже знаете. В новом мире успели записать в технари, хотя раньше я занимался в основном мелкими взломами, кражами и прочей фигней. Да–да, не надо так глазеть. Прошлая жизнь больше не имеет значения. Главное, что техническую матчасть я знаю, и с оборудованием работать умею.
Парень указал большим пальцем за плечо:
— За моей спиной стоит уже знакомый вам Туча. Повар, молчун, душа компании, а также основная тягловая сила нашего отряда.
Крупный дядька приветственно взмахнул рукой и вернулся к поеданию чего–то вкусного из жестянки. Неопрятная борода, густые брови, простое лицо. Выкрашенный серой краской комбез с проступающими желтыми пятнами плотно облегал тело мужчины. А ширина плеч, что называется, в аршин. Могучий боевой пузан.
— Если вас вдруг тоже заинтересует, как такую гору мышц покрыла основательная прослойка жира, то даже не пытайтесь спрашивать. Туча не делится своим секретом. Лично я думаю, что он элементарно любит покушать.