— Расчётное время внедрения «Чистого разума» — три дня. В основном все функции и так присутствуют в человеческом организме, нужно лишь добавить ряд новых связей биоблока с головным мозгом и нервной системой.
Хмыкнув, я двинулся дальше по списку:
— По поводу «Замедленного метаболизма» не совсем ясно. Я не растолстею, как на дрожжах, если снова начну нормальном питаться? Насколько я знаю, медленный метаболизм — это основная причина, по которой люди по всему миру обращаются в клиники по восстановлению базовых параметров организма. Мне как–то совсем не охота откачивать жир и удалять растянувшуюся кожу каждый год. Да и не факт, что это возможно в нынешних реалиях.
— У данного навыка совершенно иной принцип. Для тебя изменится понятие нормального питания само по себе. Скажем, вместо трех раз в день, ты будешь есть два, а то и меньше. Тебе просто не захочется есть чаще, ты не будешь испытывать голода.
— Пожалуй, это может оказаться полезным. Особенно если кушать нечего, как сейчас. Ладно, что там дальше?.. С костным укрепление в целом всё тоже понятно. Конечно, повышение выносливости, грузоподъемности и дополнительная плюшка в тесном бою с измененными — это вкусно. Но я планирую максимально избегать любых столкновений. Да и скорее всего меня раньше сожрут, нежели начнут ломать кости.
— Пока всё складывалось с точностью до наоборот.
— Туше. Но, думаю, активный мне пригодится больше.
— Выбираешь «Чистый разум»?
— Да. Три дня — не так уж и долго. Хочется верить, что мне она не потребуется до того момента.
— Установить указанную модификацию?
— Устанавливай, — мысленно кивнул я, и потянулся к ручке десантного люка.
Глава 10. Привкус свободы
Выбраться из БМП оказалось не сложно, а вот сделать это тихо — уже стоило немалых усилий. Склон из обломков межуровневых перекрытий усеивали булыжники и небольшие камни. Последние так и норовили осыпаться при каждом шаге. Пока слез вниз изрядно взмок. К тому же меня все еще трясло и знобило — нежелательно организму приходить в себя вот так после месяца нахождения в стазисе. Полагалось хорошенько отдохнуть, а лучше поспать, если ты не лабораторная крыса для опытов, конечно. Я таковой становиться не собирался.
Колесный БМП зарылся носом в пол текущего этажа, при этом левым бортом насадившись на стальной каркас из обломков. Какой–же силы там был удар? Сверху, под определенными углами можно было рассмотреть прореху провала, но до нее было далеко. Стоило признать: я минимум на четвертом уровне низинного города. И ни единого шанса взобраться прямо здесь — слишком велико расстояние между обломками и проломами.
Я поспешил покинуть место крушения, на всякий случай. Встречаться с измененными не хотелось ни капли. Оружие на поясе больше не создавало иллюзии собственной безопасности. Особенно это стало очевидно, когда я наткнулся на место, где военные пытались оказать отчаянное сопротивление. Почему пытались? Забаррикадированный переулок не был бы так залит кровью, и завален обглоданными останками, если бы оборона удалась. Тут и там валялись ошметки военной формы (кстати, не нашей), море гильз и приведенное в негодность оружие.
Но меня в первую очередь интересовало другое. Фляги с водой или иное питье. Я внимательно осмотрел место, не побрезговал обыскать остатки разгрузок и рюкзаков. По итогу стал обладателем наполовину пустой помятой фляги, еще одной совсем небольшой, наполненной алкоголем, и остатками сухпайка. Но самое главное, что мне попалась упаковка гранул сухой воды. При контакте со слюной плотное вещество начинало активно переходить в жидкое состояние, превращаясь в обычную воду. Одна такая мелкая гранула содержала в себе примерно полстакана H2О. Стопроцентная мародерка. На гражданке подобного просто не раздобыть. Грандиозная находка, особенно учитывая, что за полдня пить уже хотелось, как заблудившемуся в пустыне.
А еще, как оказалось, моя напарница не посчитала важным упомянуть сразу, что, пока я дрых, произошел второй Импульс. И, там, где было два, можно ожидать третий. Где–то через пару недель, если промежуток между ними сохранится. Вот уж, что называется, оставила сладкое напоследок, блин.
Тварей я встречал не часто, в основном по темным закоулкам. Уродцы больше походили на замершие изломанные манекены. При скудном освещении, Ева безошибочно определяла их силуэты на достаточном расстоянии, чтобы я успел дать заднего. Это даже несмотря на то, что крутой трофейный шлем уже давным–давно разрядился, и его пришлось бросить. Теперь я щеголял в обычном, а маска химзащиты пока болталась на поясе.